Грех и любовь - Барбара Доусон Смит

Джейн наслаждалась блаженным покоем. После хождения по магазинам, оставившего в душе неприятный осадок, она упивалась теплотой солнечного дня. Рядом с ней на одеяле лежала Марианна и как зачарованная смотрела на колышущуюся над головой листву. Похоже, ее заинтриговала игра света и тени. Малышка гулькала тихим нежным голоском, напоминающим шелест ветерка в листьях стоящих вокруг деревьев.

Джейн ласково погладила мягкие, как пух, волосики, выбившиеся из-под белого чепчика. В розовых пеленках Марианна была похожа на новорожденную сказочную принцессу.

Она казалась такой маленькой и такой беззащитной, что у Джейн сжалось сердце. Кто-то должен ввести ее в жизнь, привить твердые моральные устои. Кто-то должен позаботиться о том, чтобы ее не отдали в приют для брошенных детей. И кто об этом позаботится, если не она?

Да, нельзя не признать, что ее жизнь здесь, в Лондоне, оказалась интереснее, чем она себе представляла. Она много времени проводила с ребенком и к тому же обнаружила в библиотеке Итана совершенно потрясающие книги. Трудно было даже представить себе, что такой ловелас, как лорд Чейзбурн, собрал столько книг на самые разнообразные темы: от поэзии и философии до истории и романов. Должно быть, это сделал не он, а его отец или дедушка.

Послышались шаги, и Джейн, оторвавшись от своих мыслей, взглянула в сторону дома. У нее екнуло сердце. По дорожке шел Итан, его черные волосы блестели на солнце. На нем были орехового цвета сюртук, темные панталоны и жилет, на котором поблескивали золотые пуговицы.

Оглядевшись по сторонам и заметив Джейн, он направился прямо к ней и остановился на некотором расстоянии. Бросив настороженный взгляд на ребенка, спросил:

— Вы просили меня прийти, Джейн?

Тон у него был недовольный, должно быть, ему не понравилось, что за ним посылали, как за каким-нибудь слугой.

Однако Джейн не испугалась.

— Я думала, может быть, вы захотите с нами посидеть.

Сегодня такой чудесный денек.

— В вашей записке было сказано, что вам нужно сказать мне что-то срочное.

— Верно. Я подумала, что вам небезынтересно будет знать, что Марианна сегодня потянулась за погремушкой.

— За погремушкой?

— Да. — Взяв серебряную игрушку, Джейн поднесла ее к личику ребенка. — Взгляни, детка, что у тети Джейн для тебя есть.

Взгляд голубых глазенок, до того взиравших на листву, переместился на блестящий предмет. Марианна заморгала и неловко протянула пухлые ручонки за погремушкой.

— Видите? — с гордостью сказала Джейн. — Она пытается ее схватить.

— Она хочет, чтобы вы убрали игрушку от ее лица.

— Нет. Она только что поняла, что можно касаться предметов. Правда, это замечательно?

Хмыкнув, Итан опустился на землю рядом с ними и, взяв из рук Джейн погремушку, поднес к лицу Марианны. Глазки девочки проследили за блестящим предметом, и она снова протянула к нему ручонки. На сей раз крошечные пальчики даже попытались сомкнуться вокруг погремушки.

— Ну надо же! Нет, вы только посмотрите, — с некоторым удивлением пробормотал Итан.

Он продолжал играть с Марианной, перемещая игрушку то туда, то сюда, и всякий раз девочка касалась погремушки рукой.

А Джейн смотрела на него и думала, каким отцом он станет для Марианны, любящим или равнодушным, будет заниматься с ней от души или только по принуждению?

Может быть, зря она попросила Итана сюда прийти? Что, если отцовские чувства взыграют в нем и он сам займется воспитанием Марианны, а ее, Джейн, отошлет в Уэссекс?

Охваченная страхом, Джейн попыталась выхватить из рук Итана погремушку и вдруг заметила на его среднем пальце чернильное пятно.

Вид его настолько поразил Джейн, что она, даже не осознавая того, что делает, протянула руку и коснулась этого пятна, желая убедиться в том, что оно ей не почудилось. Этого легкого прикосновения оказалось достаточно, чтобы по телу ее разлилось приятное тепло. Пытаясь скрыть смущение, Джейн пролепетала:

— Как странно… Я тоже пачкаю палец чернилами, когда целый день занимаюсь переписыванием рукописей.

Лицо Итана потемнело — а быть может, это просто солнце закрыли тучи, — и, бросив на одеяло погремушку, он недовольно буркнул:

— Пришлось заполнить кое-какие счета и написать пару писем.

— Но разве у вас нет секретаря?

— Он сегодня был занят другими делами.

Голос Итана прозвучал фальшиво. Джейн пристально взглянула на него. Так… Значит, он писал письма… Не матери ли Марианны?

— Вы пришли в сад не из своего рабочего кабинета, — медленно проговорила она. — Миссис Креншоу сказала мне, что вы поднялись в комнату в башне и приказали вас не беспокоить.

— И поэтому вы передали записку с лакеем, чтобы я срочно пришел в сад. — Нахмурившись, Итан встал. — В следующий раз прошу не беспокоить меня по пустякам.

— Но все, что касается Марианны, это не пустяки. Она ваша дочь.

— Это еще неизвестно.

Джейн решила не развивать эту тему.

— Когда мы поедем разговаривать с вашей следующей женщиной?

Итан нахмурился, и вид у него стал угрожающий. Похоже, ему не нравится, что она вмешивается не в свои дела, догадалась Джейн, но не испугалась, а осталась сидеть на одеяле, глядя ему прямо в глаза.

— Сегодня вечером, — коротко бросил он. — Будьте готовы к десяти часам.

— Так поздно? Обычно в это время я ложусь спать.

— Я могу поехать и один.

— Я буду готова, — ответила Джейн, вставая.

— Не сомневаюсь.

С кирпичной стены, окружавшей сад, защебетала ласточка. Марианна тихонько загулькала, подпевая ей. Легкий ветерок взъерошил Итану волосы, придав его облику несколько бесшабашный вид. Он смотрел на Джейн, и в его темно-карих глазах поблескивали золотистые искорки. Джейн не могла оторвать от него взгляда.

Он что-то скрывает от нее. Но что?

В этот момент со стороны дома донеслись голоса. Джейн обернулась. По ступеням спускались леди Розалинда и герцог Келлишем. Они великолепно смотрелись вместе. Графиня — стройная, грациозная, как девушка, и герцог — высокий, представительный.

— Черт подери! — выругался Итан сквозь зубы.

— В чем дело? — прошептала Джейн. — Почему вам не нравится герцог?

Не отвечая на вопрос, Итан нагнулся, быстро схватил ребенка, одеяло и все детские вещи.

— Быстрее! Отнесите ее в детскую, — отрывисто бросил он. — Я постараюсь их отвлечь.

Но когда он попытался сунуть Марианну ей в руки, Джейн скрестила их на груди, взбешенная тем, что он ей приказывает.

— Вы не можете вечно ее прятать, словно старую тряпку!