Обрести свободу у алтаря - Барбара Уоллес

— Мамочка, пойдем, пока он не ушел. — Схватив ее за руку, Мэдди потащила ее к двери библиотеки. — Он одет не так, как обычно, но я все равно его узнала.

— Подожди-ка. Что значит — он одет не так… Крис! — воскликнула Розалинд, остановившись у перил.

Крис стоял спиной к лестнице. Услышав свое имя, он повернулся и ослепительно улыбнулся.

— Привет, Лэмми! — Он широко расставил руки, и она, сбежав по ступенькам, бросилась в его объятия.

— Я так рада тебя видеть, Крис, — пробормотала она.

— Я тоже рад тебя видеть. Я как раз говорил твоему мужу, что у меня возникли дела в столице, и я подумал, что могу заодно заглянуть к тебе и узнать, как ты поживаешь.

— Почему ты ничего мне не сказал, когда мы на днях разговаривали по телефону?

— Я хотел сделать тебе сюрприз.

— Тебе это удалось.

Посмотрев украдкой на Томаса, она обнаружила, что он наблюдает за ними с задумчивым выражением лица.

— Мама, ты его знаешь? — Мэдди уставилась на Криса широко распахнутыми глазами.

— Она думает, что ты Санта-Клаус, — шепотом предупредила его Розалинд.

Крис опустился на корточки перед Мэдди.

— Как у тебя дела, Маделейн?

Когда девочка услышала свое имя, ее глаза стали еще больше, если такое было возможно. Розалинд с трудом сдержала смех.

— Я впервые вижу нашу дочь молчащей, — заметил Томас.

— Твой папа сказал мне, что в этом году ты была хорошей девочкой, — сказал Крис. — Это так?

Мэдди кивнула.

— То, что говорит обо мне Джейми Кенсингтон, неправда, — добавила она.

— Рад это слышать, — мягко рассмеялся Крис. — Я также хотел убедиться, что у твоей мамы все хорошо. У нее ведь все хорошо, правда?

— Да, и у папы тоже. Вчера он читал мне сказку о мышке, которая спасла Рождество. Еще мы пекли рождественское печенье.

— Печенье, говоришь? — Крис снова рассмеялся. — У вас его, случайно, не осталось? Я всегда любил рождественское печенье.

— У нас его полно. Я принесу тебе целую тарелку.

— Я пойду с тобой, — сказал Томас. — Я попросил миссис Фейсон поставить чайник.

— У тебя славная малышка, Лэмми, — обратился Крис к Розалинд, когда они остались вдвоем в гостиной. — Похоже, ума у нее тоже достаточно.

— Более чем, — ответила Розалинд. — Иногда я не могу поверить, что я могла забыть… — К горлу подкатился комок, и она тяжело сглотнула. — Я чувствую себя виноватой.

— Тебе не в чем себя винить. Ты через многое прошла. То, что тебя неожиданно охватывают разного рода эмоции, вполне естественно.

— Иногда я не знаю, что я чувствую.

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего. Это пустая болтовня. Не обращай внимания.

Розалинд не хотела портить ему настроение рассказом о своих проблемах.

— Только не говори мне, что это пустяки. — Крис поднял кустистую бровь. — Я Санта, помнишь? Я могу понять, когда кто-то что-то недоговаривает.

— Я думал, что Санта может только отличать капризных детей от послушных.

— Я обладаю всевозможными способностями, — улыбнулся он. — Так что, пока мы одни, расскажи мне, как ты поживаешь на самом деле.

— Оказалось, что Томас меня обманывал, и наш брак нельзя назвать счастливым.

— Но он определенно обрадовался, когда увидел тебя в моем пабе. Очень обрадовался.

— Да, потому что он считал меня погибшей. Томас окружил меня заботой, но это не устраняет проблемы, которые, похоже, давно назрели в нашем браке. Ричард говорит, что…

Крис нахмурился.

— Кто?

— Мой коллега по университету. Он мне помогает заполнить пробелы в памяти. Что может быть в этом плохого?

— Ничего. Но, признаюсь, меня удивляет, что ты не просишь Томаса помочь тебе заполнить эти пробелы.

В коридоре послышались шаги и голоса, и им пришлось прекратить разговор. В следующую секунду в комнату ворвалась Мэдди с листом бумаги в одной руке и печеньем в другой. Следом за ней вошел Томас с подносом в руках.

— Мы выбрали три вида печенья, — сообщила Мэдди. — С джемом мое любимое.

— Выглядит аппетитно, — ответил Крис. — Джессика мне передала для вас песочное печенье, но… — Он похлопал себя по животу. — Перелет был долгий.

— Мы скажем ей, что печенье было очень вкусным, правда, Рози? Хотя, я думаю, Джессика узнает твой секрет, когда твои брюки внезапно перестанут застегиваться. — Томас подмигнул Розалинд, и внутри у нее все затрепетало.

— Об этом моем секрете Джессика знает уже много лет, — рассмеялся Крис. — Я набираю вес каждый декабрь.

«Неудивительно, — подумала Розалинд. — Джессика так вкусно готовит».

— Весь город говорит о расширении мыловаренного завода, — сказал Крис во время чаепития. — Ваши инвестиции принесут большую пользу нашему району.

Томас вложил средства в мыловаренный завод Макдермотта?

— Недавно я присутствовал на важной встрече, которая была посвящена обсуждению этого вопроса, — ответил Томас. — Хотя справедливости ради я должен заметить, что это банк вкладывает средства в расширение бизнеса Макдермотта. Мы просто заключили с заводом договор субподряда. На меня произвел впечатление его производственный потенциал. Если повезет, это расширение пойдет на пользу обеим компаниям.

— Я знаю, что Райан Макдермотт жаждет доказать тебе, что ты не зря в него поверил.

— Я хочу, чтобы он это доказал и у нас все получилось. Мне не хотелось бы погубить двухсотлетний бизнес моей семьи. — Томас улыбнулся, но Розалинд заметила, что уголки его рта дрогнули.

— Я думал, что с моим маленьким пабом хлопот не оберешься, — сказал Крис. — Не представляю, как можно так долго держаться на плаву. Наверное, у Коллиеров вместо крови в венах течет мыло.

На этот раз Томас весело рассмеялся.

— Я бы не удивился. Мне было семь лет, когда я сделал свое первое ароматизированное мыло.

— Правда? — удивилась Розалинд.

Крис прожевал печенье и запил его чаем.

— Не слишком ли ты был мал для работы в лаборатории?

— На самом деле мы тогда находились не в лаборатории, а в музее компании.

— У «Коллиерс соуп» есть музей? — спросила Розалинд, не переставая удивляться.

— Да, небольшой. Он находится на первом этаже нашего офисного здания. Его экспонаты — это в основном газетные статьи, посвященные «Коллиерс соуп», и многочисленные фотографии. Помимо этого там есть стенды с образцами нашей продукции. Несколько раз в месяц в музее проводятся мастер-классы по изготовлению мыла, которые с удовольствием посещают школьные группы. Впервые дедушка привел нас с Лайнусом в музей, чтобы познакомить с семейным наследием. Тогда я узнал, что можно создать новый аромат, смешивая разные эфирные масла в разных пропорциях. К сожалению, мое мыло, пахнущее хвоей, лимоном и мускусом, так и не было запущено в массовое производство.