Розовая гавань - Кэтрин Коултер

— Когда твой лорд вернется, ты встретишь его с улыбкой и позаботишься о нем. Покажешь, что он тебе не безразличен, можешь даже поцеловать его, хотя, зная тебя, боюсь, ты скривишь рот и покажешься ему кислым яблоком.

Поцеловать его. Гастингс все время думала об этом. Конечно, она сможет. А если Северн оттолкнет ее? Если презрительно засмеется или скажет, что она ему надоела?

— Северн!

Тот начал оглядываться по сторонам, не понимая, кто его зовет, и вдруг открыл рот от удивления. Гастингс засмеялась и бросилась ему навстречу:

— Я так рада, что ты наконец дома. Она повисла у него на шее, гадая, не сразит ли его наповал, и провисела так, пока Северн нерешительно, а потом вдруг изо всех сил не прижал ее к себе.

— Я так рада, — повторила Гастингс, чмокнув мужа в шею и в правое ухо. — Я скучала по тебе, столько времени мы провели в разлуке. Целых две недели. Добро пожаловать домой, милорд! — И она поцеловала его в щеку, совсем близко от губ.

Объятия несколько ослабели, и Северн легко опустил жену на землю, вглядываясь в эти проклятущие глаза, сиявшие радостью, не таившие никаких подвохов. Да, Гастингс искренне рада, ведь он не слепой и не дурак. Она даже слегка порозовела от смущения.

— Что ты натворила? — спросил он, не отпуская ее. — Убила кого-то из моих людей? Невзначай отравила слугу? Или Макдир приготовил на обед козу Джильберту, спутав ее с цыпленком? А когда эту чертову козу подали на серебряном блюде, не держала ли она во рту непрожеванную рукавицу?

— Нет! — засмеялась Гастингс, прижимаясь к его груди. — Я просто соскучилась. А ты? Хоть немножко?

— Ну, совсем немножко. Я покинул Оксборо не очень-то веселым, да и потом чувствовал себя не лучше.

— Я очень сожалею. Идем, милорд. Я припасла для тебя отличное вино и чудесного каплуна, фаршированного миндалем. Попробуй и сразу поймешь, что это вовсе не старушка Джильберта. — Она встала на цыпочки и решительно поцеловала его в губы.

Гастингс немного промахнулась, но все-таки попала куда надо. Губы Северна оказались теплыми и мягкими, чего она совершенно не ожидала, и, когда поцелуй кончился, даже засомневалась в этом.

— Нет, ты кого-то прибила, верно? — Северн продолжал смотреть на ее рот. — Или повесила нашего капеллана. Или спалила оружейную. Или уничтожила все припасы на зиму.

Она поцеловала его снова. Ведь он просто шутит. Поцеловала еще раз. Зря она сомневалась.

— Гастингс, — прошептал он и услыхал, как смеются его люди, улыбалась и стоявшая на крыльце Агнес. — Хочешь, чтобы я взял тебя прямо здесь?

— Нет, я просто решила устроить тебе подобающую встречу. А ты меня не поцелуешь, Северн? Ведь я сейчас целовалась впервые и понятия не имею, как это делают. Но твои губы оказались такими приятными.

Вздрогнув, Северн прижал ее к себе и поцеловал, вложив в этот поцелуй всю накопившуюся страсть. Он почувствовал, что Гастингс удивлена, даже потрясена. Нет, не возмущена, а именно потрясена. Наверное, он перестарался, ведь ее никто еще не целовал так, как он. Сдержав пыл, он принялся нежно ласкать ее языком.

Гастингс издала какой-то непонятный звук.

— Не думай, что мне это не нравится, Северн, но ты уверен, что целуются именно так?

— Есть много вещей, которыми занимаются мужчина и женщина и которые поначалу тоже кажутся странными, Гастингс. Но обещаю, завтра ты этого уже не скажешь.

Тем временем на дворе поднялся настоящий гвалт, люди смеялись и шутили.

— Мы дали им повод, и вечером они уморят меня советами. Я не знаю причин твоей перемены, Гастингс, но принимаю ее.

Она засмеялась и, отпихнув его, крикнула остальным:

— Ступайте в главный зал, там приготовлен для вас настоящий пир, — и добавила мужу на ухо:

— Если ты зайдешь в спальню, я помогу тебе мыться.

До этого момента Северн чувствовал себя таким уставшим, что мечтал лишь поскорее слезть с коня, а теперь он готов немедленно схватить ее в охапку, унести в их комнату, сорвать с нее одежду и…

— Милорд, добро пожаловать домой. Он тряхнул головой. Окружающие засмеялись еще громче, но его повелительный голос перекрыл этот шум:

— Да, Гвент, приятно вернуться домой. Судя по твоей глупой улыбке, все здесь шло хорошо. А ты, Бимис, помогал обучать этих неотесанных деревенщин?

Бимис с Гвентом шутливо толкали друг друга, и Северна радовало, что они так подружились.

Неожиданно вспомнилась молоденькая девушка из Фонтиваля, расположенного в трех днях езды от Оксборо. Она была моложе Гастингс, но много опытнее иных женщин, с которыми Северн имел дело в Святой Земле. Как она лежала, поджидая его, улыбалась, тянула к нему руки, говорила о его мужской силе и доставленном ей удовольствии. Анна не стала бы называть его скотиной. С нею Северн ощутил себя могучим, но не смог изгнать образ Гастингс даже в момент наивысшей страсти. Перед ним стояло ее бледное испуганное лицо, он знал, что она его ненавидит, и, в свою очередь, ненавидел ее за эту ненависть. Он взял Анну три раза и заснул в полном изнеможении. Однако во сне ему тоже являлась Гастингс, спасала от кинжала убийцы и сжигавшей его тело лихорадки, касалась горячего лба прохладными руками, исцеляющими боль.

Утром его мучила странная вина. Сначала он даже не понял, что это такое, а поняв, возненавидел себя за подобную слабость. Вина? Оттого, что он позабавился с другой женщиной? Какой вздор. Тем не менее Северн уехал из Фонтиваля на день раньше и не встретившись больше с Анной.

Что случилось с Гастингс? Может, и она видела его во сне? Чувствовала ли она вину за то, как обошлась с ним?

Тут Северн понял, что к нему обращается Гвент:

— Я так и не решил, ворует управляющий Торрик или нет. Я не столь искусен в цифрах, как вы. Вам надо разобраться самому.

— Разберусь завтра. А сегодня…

— Да, сегодня вы будете поглощены своей женой. — Гвент задумчиво поглядел на Гастингс. — Уж не снизошла ли на хозяйку благодать Божья?

— Ты хочешь сказать, не было ли ей видения?

— Что-то в этом роде. Не спугните ваше чудо, Северн.

— Но…

— Полюбите ее, как она полюбила вас.

— По правде сказать, я не очень-то гожусь для этого, Гвент. Она меня поцеловала, но это были девичьи поцелуи, она еще не Знает толком, что делать со своими губами. Но я научу ее, она мне не противна, такая податливая, теплая и…

Тут Гвент не выдержал и расхохотался, его примеру последовали остальные. Ничего не понимая, они все же решили не перечить этому великану, который на учении мог в одиночку свалить с ног дюжину противников. Хохочущий Бимис, схватив мальчика, подбросил его в воздух, а затем перекинул стоящему рядом. Малыш кричал от восторга.

Северн в отместку толкнул Гвента и пошел в главный зал.