Приглашение к греху - Сюзанна Энок

– Уверен. И к тому же я третий сын в семье. Как же зовут счастливчика?

– Не скажу. Сами догадайтесь.

– Я никого не знаю в Троубридже. Ну хотя бы намекните.

– Хм. У него свое дело в городе.

Он уже достаточно изучил повадки сестер Уитфслд, чтобы понять, что сначала они выбирают объект для обожания, а потом начинают все вместе его обхаживать. Поэтому он догадался, кто должен быть владельцем этого дела.

– Случайно, не Мартин Уильяме?

– Вы догадались? Он такой красивый, и отец оставил ему большое наследство.

– Только не говорите мне, что за вами не ухаживал кто-либо еще, мисс Джулия.

– Да, на балах меня всегда приглашает танцевать Питер Редфорд. Он довольно красив, но он сын викария. А я не хочу быть невесткой викария или женой будущего викария.

Но если девушек семь, какой-нибудь из них придется выйти замуж за будущего викария. И Питер Редфорд определенно нравился Джулии.

– А эти джентльмены догадываются, что они вам нравятся?

– Господи, откуда мне знать. Я всегда стараюсь не пропускать ни одного танца.

Закери скрыл улыбку.

– А с офицерами вам разрешается танцевать?

– Папа не может этому препятствовать. Это было бы невежливо, ведь так?

– Конечно. – И бедняге будет трудно удержать от танцев семь дочерей. Интересно, а Кэролайн танцует? Будет приятно пригласить ее и иметь возможность прикоснуться к ней.

Джулия покачнулась в седле, но успела предотвратить падение, схватившись за гриву Дейзи. Закери сделал вид, что ничего не заметил. Он не хотел, чтобы она изображала несчастный случай только для того, чтобы упасть в его объятия.

– Надеюсь, что вы танцуете, лорд Закери.

– Не сомневайтесь, мисс Джулия. Ничто не помешает мне танцевать с вами. И называйте меня Закери, пожалуйста.

– Спасибо, Закери. И поскольку бал у нас дома будет еще более великолепным, чем в Троубридже, у нас будет не менее четырех вальсов. На один вы пригласите меня, Закери, договорились?

– Договорились.

Он незаметно глянул на свои карманные часы. До конца отведенного Джулии времени оставалось десять минут. Потом по расписанию у него должен был быть пикник с Энн. Он понятия не имел, какие у сестер планы на оставшейся день, но, очевидно, его время будет поделено между Джоанной, Грейс и Вайолет. Хорошо бы одна из них выбрала рыбалку, но если они столь же искусны в ловле рыбы, как Джулия в верховой езде, удовольствие он вряд ли получит.

– Который сейчас час, Закери?

– Без десяти одиннадцать.

– Черт! Мне полагается больше времени, потому что мне пришлось ждать, пока Стедман оседлает Дейзи.

Закери чуть было не предложил Джулии, чтобы в следующий раз она заранее продумала, как с пользой провести отведенное ей время, но Джулия не обладала умом Кэролайн, и ее было неинтересно поддразнивать. С другой стороны, только Сьюзен созналась, что они его поделили, и сейчас он об этом не знал бы.

– У нас весь день впереди, не так ли? Ваш отец рассказал мне, что за пастбищем есть восхитительные тропы для верховой езды с небольшими преградами. – Он все же не удержался, чтобы немного не подразнить ее.

– С преградами? – пискнула Джулия. – Знаете, мне кажется, Энн готовит для вас какой-то сюрприз. Может, нам стоит вернуться домой?

Если учесть, что они проехати всего милю да и ту черепашьим шагом, возвращение будет не столь уж трудным.

– Как пожелаете.

Они повернули обратно. Ухмыляющийся Стсдман все также следовал за ними на некотором расстоянии.

Первое, что увидел Закери в проеме каменной стены, отделявшей дом, сад и конюшни от остального поместья, была корзинка для пикника. Потом – поля розовой шляпки и, наконец, круглое улыбающееся лицо Энн.

– А вот и она, – тихо пробормотала Джулия. – Могла бы дать мне еще пять минут в конюшне.

– Добрый день, мисс Энн, – улыбнулся Закери и в знак приветствия приложил руку к шляпе.

Закери пришел к выводу, что внимание со стороны такого количества привлекательных девушек было не таким уж и неприятным – особенно теперь, когда они не наваливались на него всем скопом. Если бы их намерения не были так безнадежно прозрачны и если бы они не были сестрами, которых он поневоле сталкивал лбами, он наслаждался бы ситуацией. Впрочем, не менее интересным было сделать этих девушек привлекательными для других джентльменов.

– Лорд Закери. – Энн присела в реверансе. – Надеюсь, вам понравятся прогулка и пикник на берегу пруда.

– Звучит замечательно. Разрешите мне проводить мисс Джулию до конюшни и…

– Нет-нет, – проворчала Джулия. – Стедман, возьми поводья.

Стедман подъехал, и Закери вручил груму поводья, а с ними отдал ему на попечение Дейзи и ее всадницу. Чтобы не дать Джулии передумать, он спрыгнул на землю и бросил поводья Саграмора все тому же Стедману. Потом поклонился Джулии:

– Спасибо за приятную прогулку, мисс Джулия.

– Это вам спасибо, Закери. – Она улыбнулась и махнула рукой груму, но ей пришлось тут же ухватиться обеими руками за луку седла, потому что Дейзи ринулась вперед.

– Боже правый, – прошептала Энн, когда все три лошади скрылись за углом. – Надеюсь, с ней ничего не случилось.

– Она справилась довольно сносно, – сказал Закери, исподтишка потрогав носком сапога корзинку. Она была полной. А это всегда приятно.

– Вам оказана великая честь, милорд. Я думаю, Джулия лет двенадцать не садилась на лошадь.

– Тогда зачем…

– Затем, что вы любите ездить верхом. Ну, пошли? Он взял у Энн корзинку и предложил свободную руку.

– Нас будет кто-нибудь сопровождать?

– Вы же с Каро были одни. Чудесно.

– Ее служанка была в коридоре прямо под дверью. – Он улыбнулся. – Моя тетя строго-настрого приказала мне вести себя прилично. Так что я пытаюсь.

– Очень хорошо. Я просто вас проверяла. – Энн повернулась к дому: – Салли!

Из-за увитой плющом стены появилась служанка.

– Я здесь, мисс Энн.

В сопровождении служанки они направились к пруду. Они не проговорили и нескольких секунд, как одно стало ему ясно: разговор с Энн потребует от него гораздо больших усилий, чем с Джулией или Сьюзен. Эдмунд Уитфелд упомянул, что две его дочери были более разумны, чем остальные. Энн была одной из них. Другая, вероятно, все еще укрывалась в своей башне с карандашами и красками.

– Как прошло ваше утро? – поинтересовалась Энн.

– Замечательно. Я позировал, гулял, ездил верхом, а теперь буду кушать. И все это либо кончалось, либо начиналось в начале часа, либо в его половине.