Приглашение к греху - Сюзанна Энок

– Хм. Вот как?

– Да. На самом деле я беспокоился о том, что, если я, не дай Бог, подверну ногу или попрошу стакан воды, все в доме перевернется вверх дном. – Он искоса посмотрел на Энн.

– Значит, вы все знаете. – Она поджала губы. – Мы составили это расписание лишь для того, чтобы все могли провести с вами время.

– Очень разумно. Полагаю, что это придумали вы.

– Если вы намерены пошутить, я в этом не признаюсь.

– Нет, что вы. Я хотел сказать, что мне нравится ваше общество и общество ваших сестер, но гораздо легче разговаривать с одной из вас, чем со всеми сразу.

– Несомненно. Иногда у меня просто звенит в ушах, когда я ложусь спать, а я выросла вместе со всеми.

– У меня самого два брата, сестра и шестилетняя племянница. Еще месяц назад мы все жили под одной крышей.

– Пока ваша сестра не вышла замуж.

– Да.

– Но почему вы все живете вместе? Наверняка у Гриффинов в Лондоне несколько домов.

– У Шея, то есть Шарлеманя, на самом деле есть свои апартаменты в районе Мейфэр. Но Мельбурн нас подкупил, чтобы мы вернулись в Гриффин-Хаус. Мне кажется, он лучше себя чувствует, когда есть кем командовать. – Он пожал плечами, не желая вдаваться в подробности жизни старшего брата, пытавшегося пережить смерть жены. Это касалось только Гриффинов, а Гриффины не сплетничают, тем более друг о друге. – Дом достаточно большой, так что для всех есть место.

– Представляю себе. Мне всегда хотелось поехать в Лондон.

– Вам еще нет восемнадцати. Может быть, вы сумеете уговорить своих родителей.

Она покачала головой:

– Сомневаюсь. Они решили вывезти в свет одновременно меня, Грейс и Вайолет. Поскольку мы не будем представлены ко двору, моя мама решила, что так будет легче. Так что своего сезона у меня не будет. Но мне все равно. В каком-то смысле сезон приехал сюда, ко мне, разве не так?

– Что вы имеете…

– Мама и папа ни за что не согласились бы устроить у нас дома бал, если бы не приехали вы и леди Глэдис, и я совершенно уверена, что все в нашем графстве приедут на этот бал и разоденутся в пух и прах. Так что это вы подарили мне сезон, хотя и в Уилтшире.

– Тогда я с удовольствием буду присутствовать.

– Однако цель всякого сезона для молодой леди – это найти ей мужа, не так ли?

Закери почувствовал, что галстук вдруг стал ему тесен, и он еле удержался, чтобы не ослабить узел.

– Да, я слышал об этом.

– Как получилось, что вам двадцать четыре года и вы происходите из такой семьи, как Гриффины, но до сих пор не женаты, милорд?

– Я не тороплюсь связать себя узами брака. Прежде у меня есть кое-какие дела. Как только я вернусь в Лондон, я уеду в Испанию, чтобы присоединиться там к нашей армии.

– Расквартированный под Троубриджем полк ждет приказа уже шесть месяцев. Очевидно, Веллингтон считает, что хорошо владеет ситуацией и без них.

Какая разница между реакцией ее и сестер! Она либо уже слышала о его планах, либо была того мнения, что его имя сможет сокрушить предубеждение отца против военных. В обоих случаях это не сулило ему ничего хорошего.

– Я не хочу ждать, пока меня призовут. Я намерен действовать.

– Как это замечательно, лорд Закери. Я тоже не собираюсь сидеть сложа руки и ждать, а буду действовать.

Разгадать смысл этого заявления было нетрудно. Пора переходить от обороны к наступлению, решил Закери, прежде чем она отведет его к какому-нибудь священнику, которого спрятала где-то в кустах.

– И кого же в Троубридже вы наметили в качестве объекта ваших действий? Непохоже, что свой план вы сочинили, только когда я приехал.

– Нет. Но планы меняются.

Он поднял бровь, радуясь тому, что у него был немалый опыт общения с амбициозными юными леди.

– Вы откровенны, не так ли?

– А вы не привыкли к откровенным женщинам? На самом деле он не привык к таким сугубо личным разговорам с незнакомыми людьми просто потому, что большинство из них не смели заводить с ним подобные разговоры. Что касается его семьи, на этой стадии беседы его уже несколько раз обозвали бы тупицей или придурком. Он понял, что в этом было отличие Кэролайн, а теперь – и Энн. Они предполагали, что он умен, интеллигентен и обладает способностью выражать свои мысли, а их предвзятое мнение касалось богатых джентльменов в целом. Это вселяло надежду.

– Полагаю, что нет. А мне тоже будет позволено быть откровенным?

– Пожалуйста.

– Я приехал сюда не для того, чтобы найти жену, мисс Энн. Я выполняю свои обязанности перед тетей и делаю одолжение моему брату.

– И все же вы здесь, на пикнике со мной.

– Вы уверены, что вам всего семнадцать? Я испытываю тревожное чувство, что меня заманивают в ловушку.

Она рассмеялась:

– В таком случае прошу прощения. Я не собираюсь вас загонять в ловушку. Как раз наоборот. Я хочу, чтобы вы поняли мои намерения.

Но это заявление было еще более обескураживающим. Господи! Он собирался наставить на путь истинный глупеньких, хихикающих девиц, а не откровенного убийцу мужчин. В Лондоне достаточно таких женщин, которые намеренно себя компрометируют с целью поймать мужа. Таких он старательно избегал. Впрочем, может, именно поэтому он сможет помочь Энн Уитфелд.

– Вы умеете ловить рыбу? – спросил он, когда они пришли на место.

– Ловить рыбу? Нет, но я видела, как это делается.

– Стало быть, вы знаете, в чем заключаются основы этого вида спорта.

Он помог ей сесть на одеяло, поставил корзинку рядом с ней и тоже сел. Но напротив, чтобы быть уверенным, что она хорошо его видит и слышит.

– Думаю, да.

Закери взял из ее рук сандвич.

– Так что если вы, предположим, пошли бы на рыбалку, вы не бросились бы в воду с дубинкой и не начали ею размахивать?

– Нет, конечно. Персик хотите?

– Да, спасибо. Я это имел в виду.

– Что? Персик?

– Нет. Вы поймаете больше рыбы с помощью червяка на крючке, чем размахивая дубинкой.

Она пристально на него посмотрела, задумчиво жуя сандвич с ветчиной.

– У меня достаточно соперниц даже в собственном доме.

– Только в том случае, если вы все преследуете одного и того же мужчину. Например, – он сделал глубокий вдох, – я же не смог бы жениться на вас всех, даже если бы захотел.

– Значит, нам надо тянуть жребий?

Случись такое, ему пришлось бы пустить себе пулю в лоб, потому что его семья никогда бы его не простила.

– Нет, вам надо сосредоточиться на рыбе, которая, во-первых, желает быть пойманной, и, во-вторых, быть пойманной именно вами.