Стамбульский реванш - Ольга Карпович

Не то чтобы ответ повара не удовлетворил ее… Она достаточно хорошо знала Турцию, чтобы понимать, что многие здешние жители часто в самом деле бывают глубоко религиозны, стремятся следовать заветам Всевышнего. Это, пожалуй, было забавно: толстый усач-повар оказался божьим человеком. И все же… Ведь они с Асей официально считались преступницами. Ладно, Асю осудили за финансовые махинации, можно было предположить, что это встретит сочувствие. Но она, обвиненная в убийстве законного мужа… Неужели ей можно было рассчитывать на сострадание? Ведь для верующего человека, убежденного в незыблемости брака, это страшный грех…

Она окинула Кемаля придирчивым взглядом. Вообще-то с виду этот толстяк не был похож на религиозного фанатика. Хотя, судя по говору, явно происходил не из Стамбула, а из глухих местечек, где народ отличается набожностью.

– Так мне говорит мое сердце, – с пафосом изрек Кемаль. И, для большей наглядности, шлепнул себя по расходящемуся на могучей груди белому кителю крупным волосатым кулаком. – А я привык ему доверять.

В этот момент за железными дверьми послышались стук шагов и приглушенные голоса. Рассуждать больше было некогда. Повар сделал Виктории знак, и та, набрав в грудь побольше воздуху, нырнула в благоухавшее гнилью мусорное месиво. Через секунду над головой захлопнулась крышка. Затем рядом стукнула крышка Асиного ящика. Следом загромыхала решетка, а после послышался поспешный топот. Это, защелкнув замок, улепетывал с места преступления их спаситель. Виктория представила себе, как он торопливо шагает по коридору своими гигантскими слоновьими ногами в разрезанных по шву ботинках, и едва не рассмеялась. Но в ту же секунду невидимые теперь железные двери распахнулись, и совсем рядом загремели голоса.

– …такого страху натерпелся, когда вчера последнюю серию досматривал, – возбужденно рассказывал один из мусорщиков другому. – Ты видел уже? Там все эти мертвецы восстали, обратились в зомби и пошли войной на деревню. Жуть такая…

– Не, я еще пока не смотрел, времени не было, – ответил его товарищ. – Говоришь, пробирает?

– Да не то слово! Всю ночь глаз сомкнуть не мог, все казалось, что в окно эта нечисть лезет.

Решетка загремела снова, затем кто-то ухватился за край мусорного бака, в котором сидела Виктория, и рванул его на себя. От неожиданного толчка Виктория потеряла равновесие и больно стукнулась пораненным в канализации плечом о стенку контейнера. Рана снова закровила, а Виктория зашипела от боли.

– Ты слышал? – замерев, спросил тот мусорщик, что толкал ее бак.

– А? – переспросил второй. – Что слышал?

– Да звук какой-то странный. Вроде свистело… – отозвался первый.

Виктория затаила дыхание, лихорадочно соображая, что теперь делать. А вдруг он сейчас распахнет крышку и заглянет внутрь? Что тогда? Ладно, отступать все равно уже поздно. Пусть только сунется, она вцепится ему в физиономию ногтями.

– Ты бы завязывал с сериалами, а? – тем временем добродушно пробасил напарник трусливого мусорщика. – А то мерещится всякое.

– Но я слышал! – возмущался тот.

– Ну, значит, это мусорный зомби за тобой пришел! – загоготал второй.

Затем он, видимо, потянул на себя Асин контейнер и проворчал:

– Тяжелый, зараза! Что они туда навалили-то?

Но первый не отреагировал. Наверное, обиделся.

Ящики покатили по коридору, затем, видимо, вывезли за двери. Виктория почувствовала, как в едва заметную щель между крышкой и бортом сочится свежий вечерний воздух. Снова грохнули, закрываясь, железные двери. Где-то рядом фырчал мотор.

Контейнер накренился набок и покатился быстрее – вероятно, работник скатывал его с пандуса. От колес, подпрыгивающих на земле, весь бак вибрировал, и Виктории на голову сыпалась то яичная скорлупа, то обрезки овощей. Одежда, которую выдал ей Кемаль, уже местами промокла и пропиталась въедливым гнилостным запахом. Ладно… Ладно, если по итогам им все же удастся выбраться на свободу, значит, это того стоило. Вся эта вонь, грязь, а главное, парализующий ужас, охватывавший ее при мысли, что их в любую секунду могут найти. Кемаль говорил, что до закрытия дверей блоков осталось двадцать минут. Как только это произойдет, их с Асей отсутствие обнаружат. Поднимут тревогу, запрут ворота тюрьмы. Не дай бог эти мусорщики провозятся чуть дольше, и все пропало…

Ворчание мотора становилось все ближе. Наконец ящик остановился, рядом снова что-то загромыхало. А затем контейнер резко толкнули, ухватили сверху и… Виктория едва не взвизгнула от неожиданности – подняли в воздух. Должно быть, это механическая лапа – часть оснащения мусорной машины – оторвала его от земли, чтобы загрузить в кузов.

В животе защекотало. Виктория успела испугаться, что дно контейнера, не рассчитанного на такую нагрузку, вывалится и она, вместе с мусором, рухнет на землю. Но полет занял доли секунды, и вскоре бак уже стукнулся о пол кузова. А еще через мгновение рядом опустился второй.

– Эй, ты здесь? – глухо спросила Виктория, когда дверцы кузова захлопнулись за ними.

Поначалу в рокоте мотора и лязге металлических частей мусоровоза ей ничего не удавалось разобрать. Вдруг подумалось, что Аси тут нет. Кто знает, может, ее бак забыли забрать или оставили до завтра. Или вытряхнули где-то здесь, на территории тюрьмы. Виктория представила себе, как мусорщики переворачивают контейнер над землей и оторопело глядят на сидящую на куче нечистот женщину, и не сумела сдержать нервный смешок.

Где-то хлопнула дверца кабины, и машина тронулась с места. Ящик затрясся, Виктория приложилась макушкой о крышку и выругалась. И тут наконец услышала Асин голос:

– Какой богатый у вас словарный запас, госпожа писательница.

– Фуух, ты все же тут? – с облегчением выговорила Виктория.

А Ася приглушенно пробурчала:

– Нет, сошла на предыдущей остановке. Где же мне еще быть?

– Как ты там? – спросила Виктория.

Вопрос в их ситуации был глупый, конечно. Но ей становилось спокойнее, когда слышала Асин голос.

– Лучше всех, – бодро отрапортовала Ася. – Всегда мечтала путешествовать в компании гнилой селедки. А у тебя кто в попутчиках?

– Картофельные очистки и размокшие сухари.

– Тоже неплохо!

Автомобиль вдруг притормозил, и Виктория напряглась. Должно быть, они подъехали к воротам тюрьмы. Теперь все зависело от того, успели ли они до вечернего обхода. Если их исчезновение уже обнаружили, машину не выпустят…

Почему-то показалось, что стояли они невыносимо долго. Водитель заглушил мотор мусоровоза. В отдалении снова захлопали дверцы. Затем возле кузова раздались оживленные голоса.

– Что так долго? – прошипела из своего бака Ася. – Уже подняли тревогу?

– Тише ты! – шикнула Виктория. – А то будешь сейчас изображать мусорного зомби.

В голове у нее, однако, уже проносилось: «Все. Это конец. Сейчас нас найдут». Над ухом грохнуло – кажется, кто-то стукнул кулаком по металлическому кузову. Затем недовольный голос произнес: