Твоя - Марина Кистяева

Он не договорил. Раздалась легкая вибрация смартфона. Звонили Ане.

Телефон лежал на комоде, что располагался у стены рядом с дверью. То есть в шаговой доступности от них.

Дамир интуитивно обернулся на раздражающий звук. Глазами сразу же нашел смартфон. Расстояние было небольшим.

И он вполне смог прочитать имя звонившего.

«Коля».

АНЯ

– Возьмешь? Уж ответь мужику, сделай милость.

Аня, почти ничего не видя, подошла к комоду и взяла смартфон. Нажала на принять вызов.

– Привет, Коль. Да, извини, что-то закружилась и не ответила. Ты когда вернулся из командировки? Едешь? Здорово… Как прошло, не спрашиваю. Да, конечно, буду рада тебя видеть. Коля… Давай я тебе перезвоню через полчаса… Хотя нет, лучше через час, и мы договоримся. Конечно. Всё, отлично. До встречи.

Аня прервала разговор и таким же механическим движением вернула смартфон на комод.

Всё…

Пусто.

И почему-то тихо.

Странное сочетание.

Она снова собрала полы халата и посмотрела на стоящего неподалёку мужчину, от которого по-прежнему исходили волны ярости.

Такой высокий. Красивый. Сильный.

Он станет кому-то защитником…

Наверное.

– Я… – она прокашлялась. В горле запершило, во рту пересохло, каждое слово давалось с трудом. – Я не обязана тебе ничего объяснять. Но скажу, Дамир. Мне не сложно. Коля мой друг. Человек, что спас меня от тех уродов, которые порезали и хотели изнасиловать. Я ему обязана своим здоровьем, как физическим, так и психологическим. Это первое. Второе, Дамир. Раз уж ты перечислил все мои достоинства, недостатки, промахи и озвучил план действий. Ты прав. Я ошиблась. Снова. Я с настырным упорством наступаю на одни и те же грабли, а эти грабли так же настырно бьют меня, неумную. Я… Пожалуйста, выслушай меня. Я хочу сказать. Я же тебя слушала. Ты прав. Ты во всем прав. Я не права. Я… Я зря пришла к тебе с тем предложением и настаивала на нем до последнего. Ты мне предлагал деньги. Я возьму их. Сколько дашь. Мне всё равно. Лечить Булата я продолжу. Насколько меня, правда, хватит… За полное его излечение я не… Вернее, полное его излечение я не гарантирую. Ты мне дал вчера много энергии, спасибо тебе за это. Я оценила. На неделю хватит. Может, дней десять. Не знаю… Не уверена. Дальше… Так, что у нас дальше. Твои выпады, упреки. Я их принимаю. Все. Всё, что ты сказал, я услышала. Хорошо… Твоё мнение – твой выбор. Я не буду каждый раз драться с тобой, когда ты приближаешься ко мне или когда тебе захочется на меня поорать. Как видишь, я не особо сильна физически, мне с тобой не справиться. А защищаться, как ты тоже видишь, у меня не особо получается. Ещё что… Что-то я ещё хотела сказать…

Она замолчала, пытаясь вспомнить и собрать в единую цепочку разметавшиеся мысли.

Но их не было.

Никаких.

– У тебя руки дрожат.

Голос мужчины доносился словно через пелену.

Аня механически улыбнулась и посмотрела на руку, которой вцепилась в халат. Она, и правда, сильно дрожала.

– Вспомнила. Дамир, ты правильно предугадал мои действия – я съезжаю. Не стоило и переезжать. Смысла нет никакого. Я…

– Ты. Никуда. Не. Поедешь.

– Поеду, Дамир. Я тут не останусь. Я же сказала: я капитулирую. Моя идея о замужестве, как факторе защиты, оказалась провальной изначально. Надо было брать деньги. Я возьму, если заплатишь. Нет, значит, нет. Мне ещё Колю надо отблагодарить. Он оружием увлекается, может, удастся купить коллекционное. И Вере медикаменты закажу… Девочке нужны препараты, а они только в США производятся и перевозят их в специальных контейнерах… В общем, да, Дамир, я возьму деньги, если заплатишь.

– Ты повторяешься, Аня.

– Да?

Она посмотрела на него.

Пелена…

Туман…

– Да.

– Наверное. Извини.

– Кто такая Вера?

– Вера? Девочка из реабилитационного… – Аня замолчала, внезапно поняв, что сболтнула лишнее. – Неважно. Извини.

– И извиняешься ты тоже повторно.

Она согласна кивнула и облизнула губы. Сухие совсем. Не ухаживает.

Когда она в последний раз была у косметолога?

После трагедии ни разу и не была.

– Аня…

Она сделала шаг назад и покачала головой.

– Ты сказал всё, что думаешь, я тебя поняла. Ты, наверное, приревновал, или что-то не понравилось тебе… Я не знаю. Ревновать нет причин. Я не твоя. Что может не понравиться, я не знаю…

– Так. Хватит. Я сейчас еду в офис, ты остаешься в моем доме.

– Нет, Дамир.

– Тебя не выпустят с территории.

– Выпустят, и ты сам это знаешь.

– Нет.

Она вздохнула. Спорить не будет.

Всё равно уйдет.

– Нам надо утихомирить эмоции. И тебе, и мне.

– Дамир, я хочу уйти. Говорю же, я продолжу лечение Булата, насколько это будет возможным. Я помогу ему.

– Причем тут, черт побери, Булат?

Аня растерянно моргнула.

А потом снова покачала головой.

– Не знаю. Я в этом доме ради него. И ради себя, конечно, тоже… Но, Дамир, я не хочу вот так. Вернее, не могу. Ты… – вздохнула, и легкие обожгла боль. – Ты и я, мы не можем находиться вместе, не получается не поругаться. Я не могу постоянно… защищаться. Я не хочу…

Аню прошибло. Одна волна сменялась другой.

Девушка просыпалась тяжело. И никак не ожидала, что утро выдастся таким бурным.

Её уже обвиняли в чем-то подобном…

Конечно, не такими словами. И обвиняла женщина. Но смысл тот же.

Не умела она использовать свой дар. Не получалось у неё.

Получаемая энергия образовывалась от секса и вытекала через него же. Через сексуальный контакт. Не прямой, конечно. Но всё же… Кожа к коже. Обнаженность.

Пора всё прекращать.

Встретить обычного парня, расстаться, наконец, с девственностью, закончить медицинский колледж, возможно, к тридцати годам поступить в институт и жить обычной жизнью. Иногда по выходным приезжать в реабилитационный центр, а потом долго гулять по парку с тем, кого выбрала себе в спутники.

И никакой больше сексуальной энергии. Подпитки.

Ни к чему…

Снова зазвонил телефон. На этот раз у Дамира. Мужчина, приглушенно выругавшись, достал его из кармана и рявкнул:

– Слушаю.

Аня отвернулась и подошла к окну.

Красиво тут. Вид нереальный. Лесопосадки, озеро, тропинки, по которым она не пройдет на закате.