Только он - Эльвира Смелик

Когда последний задолжник наконец ушёл, удовлетворённо разглядывая заветную надпись в «зачётке», ощущение возникло такое, будто Алёна в корпусе осталась одна, а все остальные давно разбежались по домам. Даже свет в большинстве рекреаций и коридоров был уже выключен.

Она ещё пару минут посидела на стуле, борясь с желанием расслабленно откинуться на его спинку, а ноги забросить на рабочий стол, и сожалея, что не умеет телепортироваться. Ей тоже очень хотелось домой, но с той же силой не хотелось подниматься, тащиться по наполненному гулким сумраком зданию, потом по слякотной улице, зябко ёжиться на остановке, трястись в автобусе и так далее. Да только – ничего не поделаешь, пришлось.

Под подошвами чавкали остатки таявшего снега, воздух был насквозь пропитан холодной водяной взвесью, а в голове вертелось: хорошо бы Шарицкий проезжал сейчас мимо и, как всегда, подбросил до дома. Но в реальной жизни чудеса не случаются, а желания, даже загаданные под бой курантов, а уж обычные – тем более, исполняются крайне редко, и то, если приложишь к этому массу усилий. А тут вообще, прикладывай, не прикладывай, просто не подгадаешь.

Или всё-таки сбываются?

Алёну нагнал автомобильный гудок. Знакомая машина, плавно вильнув к краю тротуара, обогнала, чуть проехав вперёд, и остановилась. Дверь гостеприимно распахнулась.

– Привет! Залезай.

С ума сойти. Бывает же. Алёна, без лишних слов, забралась в кресло и даже украдкой вздохнула с облегчением, а Шарицкий спросил:

– Ты чего так поздно?

– Да заочники-задолжники, – пожаловалась она. – В назначенное время не приходят, им некогда, а потом…

– Берут измором? – с пониманием закончил Шарицкий.

– Ну да, – Алёна кивнула. – А ты почему?

– Да примерно потому же, – выдал Андрюха неопределённое, и она привычно не удержалась от подколки:

– А я уж подумала, ты специально меня подкарауливаешь.

Шарицкий, как обычно, отнёсся к её заявлению нарочито серьёзно, принял задумчиво-сосредоточенный вид, предположил:

– И откуда я мог знать, когда ты пойдёшь? – Потом критично хмыкнул: – Или, думаешь, я тут весь день торчу? Ну-у, не спорю, я, безусловно, способен на подвиги, но такие – это вряд ли. Даже в честь тебя и нашего столетнего знакомства.

– А-ха-ха, – выдохнула Алёна.

Машина двинулась с места, отъехала от тротуара, набирая скорость, покатила вперёд, а Шарицкий коротко глянул на Алёну, произнёс:

– Алёнка, ну честно, понятия не имею, как так получилось. Просто проезжал мимо, подумал о тебе…

– Почему? – перебила она.

Андрюха на мгновение недоумённо замялся, потом уточнил:

– Подумал о тебе?

Вот тут как раз ничего особенного, она же тоже о нём подумала. Алёна мотнула головой.

– Нет. Почему вы называете меня по-детски? Алёнка.

– Мы? – опять удивился Шарицкий.

– Ты, – пояснила она. – И Глеб тоже.

– Глеб? – опять он на секунду оторвал взгляд от дороги и вопросительно посмотрел на Алёну. – Это кто? – Но обошёлся без подсказок. – Подожди. Тот самый?

– Ага. Случайно встретились с ним недавно.

– И что?

На лице Шарицкого возникло выражение лёгкой брезгливости, но почти сразу исчезло. А, возможно, ей только показалось, а на самом деле тень пробежала или, наоборот, яркий свет от фонаря или фар проехавшей по встречной машины. Алёна не стала выяснять.

– Он тоже сразу – «Алёнка», – сообщила и тут же поинтересовалась: – Неужели с тех пор ничего не изменилось?

Шарицкий пожал плечами.

– Слишком привыкли, наверное. – И добавил, опять чересчур степенно: – Но, если хочешь, буду называть тебя по имени-отчеству? Это достаточно по-взрослому? Ты же вроде… Игоревна?

– А ты… – Алёна сделала выразительную паузу, в принципе бессмысленную, тоже только для вида, – ну никак не можешь не прикалываться? Андрюш, ты, вообще, бываешь серьёзным?

Они остановились на светофоре, и теперь уже Шарицкий не глянул мельком, а развернулся в её сторону, заявил убеждённо:

– Ещё как. На работе. Там я и серьёзный, и строгий. – Потом, вскинув брови, шкодливо улыбнулся: – А сейчас – не хочу. – И предложил без перехода: – Давай лучше выпьем. Чай или кофе. Или съедим чего-нибудь.

Ну, как всегда!

– У тебя опять жена куда-то уехала?

– Нет, – тронувшись на зелёный сигнал и опять уставившись на дорогу, возразил Шарицкий. – Но у неё тоже какая-то запара на работе. Позвонила, сказала, что неизвестно, когда придёт. Они там уже и пиццу себе заказали. – Он со значением хмыкнул и произнёс: – А, кстати, пойдём тоже куда-нибудь, где делают пиццу. Или бургеры.

– В МакДак? – неожиданно вспомнила Алёна, продолжила, мечтательно растягивая слова: – И ты купишь мне «Хэппи Мил»?

Услышав это, Шарицкий, наклонил голову к одному плечу, сосредоточенно наморщил лоб, а потом медленно и неуверенно проговорил:

– Девушки ведь любят игрушки. – И опять коротко глянул на Алёну. – Если хочешь…

– Да я же пошутила, – перебила она, но ещё и договорить не успела, как машина сбавила скорость, а Шарицкий указал рукой куда-то вперёд и произнёс:

– Смотри. Там какой-то ресторанчик и в названии что-то про бургеры. Идём?