В плену его власти - Софи Росс

Двадцатая глава. Адам

Глаза — зеркало души.

А что там можно рассмотреть, если они охренеть какие бездонные?

Как будто внутрь засасывает, волной накрывает, выбивая весь кислород из легких.

— Как ты… Как ты можешь? — Принцесса хлопает ресницами, отшатывается от меня, едва не сбивая официанта с подносом грязных бокалов.

Да, знаю, что я засранец, но другими способами мне Еву из ее скорлупы не вытряхнуть. Я вижу, как она на меня реагирует, вижу, что тянется навстречу всем моим прикосновениям, но монашка внутри нее хлещет ее прутьями по рукам и не дает наслаждаться жизнью.

Недаром же она попросила научить ее…жить.

Я запомнил эту робкую просьбу.

— Заканчивай свою увеселительную программу, я буду ждать тебя на парковке. Так уж и быть, журналисты обойдутся без сплетен о нашем совместном уходе.

Лишаю Принцессу возможности бросить в меня очередной гневный взгляд — быстро выхожу в зал, показываю братцу не особо культурный жест средним пальцем в ответ на его «подойди сюда, щенок» и нахожу свой байк среди кучи дорогих тачек.

Интересно, сколько из них куплены на деньги, которые должны были пойти какому-нибудь детскому дому или благотворительному фонду, спасающему жизни ни в чем не повинных людей?

Выбрасываю все это из головы, потому что злость уже начинает закипать внутри, и перевожу взгляд в темноту.

Как раз есть время на сигареты — уж эта отрава точно всегда со мной.

Я не сомневаюсь в том, что Ева выйдет ко мне. Мне даже на крайние меры идти не придется. Я бы мог заплатить настройщикам в обмен на просьбу подыграть мне — подойти к их оборудованию, вставить флешку в компьютерный разъем, только вот Принцесса не позволит рухнуть своей идеальной репутации примерной девочки.

Пять минут. Десять. Пятнадцать.

Бинго.

Принцесса появляется в поле моего зрения — она оглядывается по сторонам, быстро цокает своими высокими каблуками и пытается найти меня в темноте.

Завожу байк, моргаю ей фарами, не сводя взгляда с ее идеальной фигурки. Ева выглядит несколько потерянной, но это ничего, я помогу ей найтись. И даже больше.

— Какую версию озвучила моему братцу? — снимаю с себя куртку и накидываю ей на плечи, потому что слишком уж Принцесса легко одета для вечерней ветреной погоды.

— Сказала, что у меня разболелась голова и начались… — она мнется, немного краснеет — я вижу это в свете от мотоцикла — и кусает нижнюю губу, словно боится, что слово «месячные» вызовет у меня паническую атаку.

Мне хоть и нравится бесить ее «Принцессой», но я не идиот и прекрасно понимаю, что у девушек внутри не бабочки с пыльцой единорогов. Я не из тех мужиков, которые кривятся на физиологические процессы.

— А ты, оказывается, умеешь правдоподобно врать, — я отдаю ей шлем и перекидываю ногу через сиденье, после с усмешкой наблюдаю за тем, как она пытается аккуратно натянуть его на свою прическу. Все равно же после снятия будет похожа на Ягу, которая несколько дней волосы не расчесывала.

Слезаю и помогаю ей с этим, пару раз услышав тихой ойканье, когда волосы немного цепляются и путаются.

Всю дорогу Принцесса пытается не прижиматься ко мне слишком сильно. Как будто из вредности. Только на поворотах жмется ко мне сзади и пальцы свои вдавливает с такой силой, что я бы не рискнул пытаться разжать их. А потом опять отпускает, мол, не было ничего секундой ранее и мне вообще все это показалось.

Помогаю ей слезть с байка, когда торможу возле дома. Ева молчит, смотрит куда-то в сторону. Лишь бы не на меня.

— Я что, настолько тебе противен? — вопрос задаю, когда мы оказываемся в квартире.

Просторные апартаменты на два этажа, огромная ванна, куда я обязательно чуть позже затащу Принцессу, чтобы делать с ней всякие грязные вещи.

Ласкать ее тело, например, своими ладонями, пока она будет нежиться в облачках ароматной пены и жадно глотать губами воздух. Уже представляю, как Ева откидывает голову мне на плечо, закрывает глаза, чтобы полностью сосредоточиться на моих пальцах, кружащих в развилке между ее…

— На моем пальце кольцо твоего брата.

Машинально бросаю взгляд на ее пальцы. Хреново кольцо отдает какой-то избитой пошлостью. Складывается ощущение, что братец зашел в ювелирку и взял первое попавшееся.

— Тебя начало заботить это только сейчас, Принцесса? После всего, что я делал с тобой?

Я наливаю виски в стакан, вспоминая, как же охуенно еще недавно Ева дрожала в моих руках. Она отвечала на мои поцелуи, стонала, словно мартовская кошка, и ее глаза абсолютно точно просили о большем.

А сейчас малышка вздрагивает от каждого моего движения совсем не в приятном смысле.

— Мне плевать, но можешь снять для собственного удобства, — продолжаю, отпив виски. — Главное, не забудь утром вернуть его на место, чтобы и дальше играть роль примерной невесты.

— Я не играю, — Ева тут же резко отвечает.

— А та улыбка, которой ты весь вечер светила этим мешкам с деньгами, была искренней и совершенно безболезненной? Не неси херни, Принцесса. Передо мной нет смысла притворяться — я вижу в тебе даже ту глубину, в которой ты себе признаться не можешь, — я подхожу к ней вплотную, так близко, что мы перетягиваем кислород друг у друга.

Она стоит на месте, впивается в губу, и она сразу краснеет от прилива крови.

— Сними платье, Ева. Я хочу посмотреть, — склоняюсь к ней, шепчу на ухо. Принцесса дергается от меня как от чумного, а я едва подавляю смех.

Не могу удержаться — втягиваю запах ее кожи, прижимаюсь губами к виску, чувствую частую пульсацию от бешеного биения ее сердца.

— Снимай, Принцесса. Мы оба знаем, для чего ты здесь. Тебе нужна флешка,