7 причин сожалеть - Дарья Тоин

Поздоровалась с охранником, что аж присвистнул, увидев меня в этом платье... Нинином... Лучше даже не вспоминать, как это так вообще вышло. Не иначе, как бес попутал.

Но вещь на самом деле красивая, хоть немного и фривольна этим своим вырезом на спине и тонкими бретельками, оголившими плечи. Мельком глянула в зеркало, поправив французскую косу.

Бессмысленно себя убеждать же, что это платьице не из-за него, да? Хоть сколько себе ври, но...

Ужас, аж неловко стало. У меня где-то в кабинете пиджак был белый.

Юркнула к клавиатуре, стараясь максимально не двигаться и никуда не убегать... И если я не бежала к работе, то работа бежала ко мне. Так что к 12-и точно вся школа знала, в чём сегодня явилась Светочка, хоть сколько не красней и не убеждай себя, что это просто красивое платье, что так удачно совпало с босоножками на шпильках. Ну, честно, лето же!

Лгунья.

И сейчас будто сердце не замирает, пока я сбегаю к его припаркованной машине, смотря как зенитное солнце освещает его силуэт рядом.

— Ух ты... — Слышу, ещё даже не подойдя к нему.

Понятно, пиджак ситуацию не спас, судя по тому, как он дернулся ко мне, — совсем не спас.

— Вообще хотел в машине поговорть, а так...

Нахмурилась, замерев на расстоянии пары шагов.

— Ты голодная?

А смысл врать? Утренние канапешки растворились вместе с так и не выпитым кофе.

— Немного.

Улыбнулся, вдруг заблокировав машину и потянув меня за локоть в сторону моей же работы.

— Никита так хвалил то пюре, Свет...

Поразительно! Он на самом деле становится настолько разговорчивым наедине с отцом? Так... Ну, если кто что спросит, скажу, что просто родитель...

Лгунья.

Охранник, заприметив Артёма явно раз десять подумал, остановить ли его и спросить ли документы, но видимо неверно считал выражение моего лица и так и не убранную ладонь на моём локте. Зато сейчас на удивление немноголюдно, никто не бегает туда-сюда возле гардеробной и не сбивает меня с ног.

Снова кинула взгляд в зеркало, на миг замерев на его отражении. Хоть самой себе не врать...

Наверное, после тридцати и правда тело расцветает ярче, или мы уже знаем его особенности и умеем их преподносить?

Так, а о чём это я? О том, что засмотрелась? Отлично...

Огромный пустой на мое счастье зал столовой, у прилавка лишь тётя Валя не ушла обедать, отпустив своих девчат, так что я сегодня и правда счастливица!

Ну, если не считать того, что его рука вдруг невзначай легла на мою талию и притянула к себе, обдав моё сердце разрядом в 220.

Вцепилась в его ладонь, пытаясь скинуть, при этом улыбаясь сквозь стыд и продолжая идти к повару, что аж облокотилась, выпятив свой четвертый нам навстречу, слишком понимающе улыбаясь.

Понятно, на "родителя" могу не рассчитывать.

— Светланочка, добрый день. — Светится женщина, кивнув на его приветствие. — Кушать хотите?

Артём наконец отлип, отойдя изучать прилавок.

— Очень, тёть Валь.

— Ой, Аленка такую подливу приготовила, а филе какое, ммм, и пирожков море...

Собственно, почему бы и нет? Только что-то раза четыре я уже поймала его взгляд на своей филейной части, и если хоть ещё раз засеку этот взгляд...

Поворачиваюсь, вспылив.

— Да ты издеваешься!?

Тётя Валя смеётся, считая сумму моего обеда, Артём же... Делает вид, что ничего не понял, продолжая глазеть... Туда.

— О чем ты?

— В глаза мне посмотри...

Не, не получилось призвать здравый смысл.

— Прикольно обтягивает, а то ты всё пряталась за футболками да пышными юбками...

— У тебя там где мысли вообще, Боже!

Схватила поднос, проклиная тот самый день, и сбегая на шпильках к самому дальнему столику.

— Облако в штанах, я в курсе. Плечи расслабь, хватит смущаться, круглое... солнышко.

Зажмурилась. Я не знаю... Сила русского могучего языка, помоги мне воздержаться от мата.

Быстро села на стул, спрятавшись за собственными ладонями, пытаясь выровнять пульс. Отлично, Светлана! Часть тебя похвалили и всё, уже фейерверк в голове? Между прочим, не самую разумную часть, Света!

— Аппетитная...

Выглядываю из укрытия, обалдев.

— Что!?

Посмотрите-ка, ухмыляется, садясь напротив.

— Куриная грудка, говорю, ничего...

Да, конечно, охотно верю. Так, что же я там хотела?

— Артём, либо ты перестаешь улыбаться, забираешь сегодня же Нину из моего дома, сворачиваешь этот балаган и вообще перестаешь так меня провоцировать...

Откинулся на спинку, опять прожигая улыбкой.

— Что? Ты плохо слышишь?

— Да так... Либо что?

— М?

— Ну, чем угрожаешь? В самый первый раз была опека, дальше?

Открыла рот и тут же закрыла, ибо второго "либо" я не придумала.

— Ясно, врушечка. А теперь смотри, солнце моё. Первое, зачем я приехал — сейчас пообедаем, потом из машины заберём документы Никиты, ты вроде предлагала ему в ваш лагерь пойти, да? Под твою ответственность я не против.

Я уже успела забыть об этом. Ладно, сама предложила.

— Второе, Нина у тебя?

Сжала губы. Ладно, надо есть, обед всё равно не резиновый.

— Я не знал, но обратно её не заберу, она не маленькая девочка, хоть ты и хочешь убедить меня в обратном.

-Но я не хочу, чтобы...

Рассмеялся.

— Так выгони. Не создавай сама себе проблемы. Дальше?

— Артём, я серьезно. Ты с ней поссорился, неси уже хоть за что-то ответственность.

Продолжает улыбаться, отпивая компот.

— Свет, ты, правда, не понимаешь, что она вытворяет? Думаешь, мы совершенно случайно поссорились сегодня ночью? Напомни, где я был, солнышко?

Ломано улыбнулась прошедшим мимо преподавателям русского и литературы.

— И что?

— Ты глупенькая? Нинка хочет залезть к тебе поближе, контролировать нас двоих... Так она ребёнок, серьёзно?

Отвела вновь взгляд.

— Дальше: билеты в цирк вечером заберу, и начиная с ночи субботы до утра понедельника будешь у меня, Никита по тебе уже скучает.

Сглотнула.

— Кстати, где он?

— У моей мамы, утром его к родителям закинул.

— Ясненько...

— Там Артур к твоей сестре как раз собирался.

— Это не моё дело, если она счастлива.

— Фу, какая ты скучная иногда... Так, что ещё хотела?

— Перестань так себя вести.

— Как? Проявлять к тебе внимание?

Кивнула.

— Уверена? По-моему, тебе это всё же нравится, разве нет?

— Нет.

Хмыкнул, продолжая трапезу.

— Врушечка... Что-то ещё?

— Ты не сказал, что закончишь это всё...

—