Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова

Мог бы и не рождаться, ничего не поменяется. И ты отлично это понимаешь, видишь, чувствуешь. И волнами накатывает обида!

Почему так?

Не хочу!

Хочется власти, богатства, хочется, хочется всего…

Хочется тяжесть короны на голове. И назначенная цена не кажется слишком высокой. Есть люди, которые ради власти и мать родную убьют, и ребенка своего на части разрежут. А уж договор с демоном заключить – да легко! Они все равно самые умные, они найдут, как обмануть демона, вывернуться, передернуть карты в свою пользу…

Впрочем, чужая глупость была мединцам только на руку.

Но для переворота требуется не только команда. Для него требуется очень, очень много денег. Убийство короля – деньги.

Выбор нового короля, правильный выбор – тоже. Устранение соперников… да много чего! Когда ты в первых рядах к трону – проще. И дешевле будет.

А когда во вторых рядах? Или вообще – на обочине?

Понятно же, можно устранить многих. Хоселиуса и его сыновей, можно устранить ту же Маргариту Марию, можно…

Нельзя.

Потому что вопрос – с чего на королевскую семью мор напал, возникнет достаточно быстро. Так что Аурелио Августин умирает, остальные погибают в результате «несчастного случая», а кто останется, тех просто задавят числом, голосами… на это и нужны деньги.

А еще нужна поддержка иного рода.

Вот – демонесса.

Она возникает среди моря. В прошлый раз это обошлось потому, что уходили индейцы. Мир потом трясло, словно в лихорадке, перепутались все слои эфира. Вот Синэри и смогла скрываться.

А сейчас?

Сейчас нужны амулеты, артефакты, да что угодно, лишь бы подольше скрывать ее появление! Чтобы церковь не встревожилась раньше времени.

И в той же церкви… да, и там есть хорошие продажные священники. Для мединцев хорошие, понятно. Но стоят они очень, очень дорого.

Казалось бы, что проще?

Нырни, достань затонувшие сокровища – и раздавай как взятку. Нет?

То-то и оно, что нет. Все надо делать втайне. Нельзя обнаруживать себя раньше времени, так что деньги надо реализовать. Тут и купцы понадобились.

Не один Веласкес, хотя и он… как хорошо иметь дело с жадными людьми! Им так хочется золота, что они просто глупеют при виде монет! И соглашаются на всё, и сами себя убеждают… идиоты!

Впрочем, Сесар был не в претензии. С такими легче работать. Все было рассчитано, все было отлажено, почти готово – и вдруг! Словно снег на голову, сошли лавиной неурядицы!

Когда все посыпалось? Да вот совсем недавно, перед самым решающим прыжком.

Сначала он узнал о Вирджинии Веласкес. Вот кто бы мог подумать? Она казалась такой спокойной, такой управляемой! Просто сокровище, а не жена! Дом, дети, храм и никаких мозгов. Но – нет?

Кто там ее надоумил, Сесар так и не понял, но… она собралась бежать. Причем не с пустыми руками. Может, у нее все и получилось бы, но – не повезло. Вирджиния действовала умно, она не просто украла украшения королевы, она их подменила. И если бы они не понадобились – срочно, все бы сошло.

Но шел последний отсчет, украшения понадобились, Самуэль Гонсало полез в сейф и практически сразу же распознал подделку. Правда, жену не заподозрил.

Это уже потом, сам Сесар… потому так и получилось. Пришлось действовать на скорую руку, убить мужа, проклясть жену, хорошо еще, дети не вылезли, а то пришлось бы и с ними что-то решать, а все же королевская кровь. Сесар искренне рассчитывал на Наталию Арандо.

Она – бабушка Мерседес, так что она бы и выдала ее замуж… про Веласкесов он как-то позабыл. С другой стороны, девчонку всегда можно было похитить…

Не получилось. Ему помешали раз, второй… ладно, с этим он еще разберется. А пока ему надо найти идиотку, которую невесть с чего понесло невесть куда. Да-да, это он про Дарею.

Сесар был пристрастен, конечно, но… мединки ему не нравились. Только люди.

Что ж… где она?

Вода шептала.

Вода разговаривала, вода рассказывала, Сесар читал в ней, словно в открытой книге. Да, океан капризен, но он маг воды, а не финтифлюшка, он справится с любым течением…

Сесар шел, словно по ниточке. Пока…

Пока не почуял нечто неприятное.

Откуда-то с суши приближалось… что?!

Он и сам не знал. Такого он раньше никогда не ощущал, но уже побаивался. Рамон, к примеру, ощущался, как небольшой водяной смерч. Маги огня вспыхивали словно искры, или, если посильнее, костры. Небольшие.

Некроманты отзывались черным холодным ветром.

То, что шло к морю сейчас, не было похоже ни на что ранее виденное. Шла… стихия. Не какая-то определенная, не земля или вода, Сесар ощущал это, словно громадный многоцветный клубок. И – занервничал.

Дарея никуда не денется. Но она мединка, магии она поддастся не сразу, и ЭТО, что бы оно ни было, кто бы это ни был, обязательно их почувствует. Ощутит его магию и вмешается.

Этого Сесару не хотелось.

Лучше подождать, пока ОНО пройдет мимо, а уж потом достать беглянку.

Сесар затаился, но ЭТО направлялось именно туда, где была Дарея. И мужчина решил подождать. А может ЭТО уничтожит Дарею?

Почему ему не может повезти? Пусть его работу сделает кто-то другой?

И Сесар приготовился ждать.

* * *

– Феола, помоги, пожалуйста.

Хавьер махнул рукой на все условности и перешел с девушкой на «ты». Все равно дружить будут, если Феола и Треси подруги.

– Чем?

Феола и не подумала ломаться. Одно дело сейчас делают. И вообще, Хавьер Треси нравится, понимать надо. И помогать. Чуть-чуть.

– Треси нет дома, я за нее волнуюсь. У меня плохое предчувствие.

Фи мгновенно посерьезнела.

– Что-то из ее вещей есть?

Она могла бы и так, на чистой силе и памяти, но с вещью будет проще и быстрее.

– Расческа, – тут же протянул ей Хавьер.

Фи взяла гребешок, сжала между ладонями, нахмурилась.

– Темнота, вода, боль… ей плохо. Она не так далеко, может, пару часов пути, непосредственной опасности пока нет. Я не чувствую.

Хавьер скрипнул зубами.

– Я так не могу. Феола… ты мне потом поможешь?

– Найти Треси? – уточнила девушка, отлично понимая, что такое сочетание – оно не с потолка взялось. Если подруга где-то в темноте, и ей плохо – это не к добру.

– Да.

– Помогу.

Хавьер кивнул и оскалился. Довольно так… главное, чтобы Феола помогла ее найти. А уж разобраться в происходящем он и сам сможет.

И некромант ласково погладил костяной жезл.

Шестьдесят два