Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова

Так, наверное, шаманы древности и открывали дорогу желающим уйти. Не своими силами, чужими, но с помощью своих жутковатых инструментов.

Топорик – это лишь форма. А важно содержание. Важно, сколько силы он сможет вместить.

Чуть больше – и что случится?

Вырвется ли сила наружу, уничтожая тех, кто будет рядом? Или вольется в Феолу, уничтожая только ее? Или рассеется в пространстве?

На этот вопрос Сесар ответа не получил. Феола отлично знала свои пределы. Адэхи не зря воспитывал ученицу, и подзатыльниками, и розгами в том числе. И день за днем выбивал из девушки лишнюю самонадеянность.

Можешь ты справиться с сотней?

Не бери на себя сто десять воинов, найди помощников, которые добьют оставшуюся десятку. Только так!

Не враги губят магов! С этим прекрасно справляется излишняя самонадеянность!

Монахи хмуро смотрели на девушку. Им не нравилось происходящее, но, с другой стороны, им и некромантия не нравится. А там тоже жертвоприношения, только менее крупные.

Да-да, и такое бывает.

Когда маг себе режет руку и что-то делает со своей кровью, когда приносит в жертву петуха или быка… такая уж это область магии.

Шаманизм, видимо, тоже.

Ничего.

Церковь будет благожелательно за всем наблюдать и контролировать. Исключительно ради блага самого человека, так-то.

– Это все? – поинтересовался брат Дуардо, когда последний бык рассыпался прахом, коротко всхрипывая от боли и ужаса.

Феола повернулась к брату, и тот даже отшатнулся на секунду.

Контроль силы давался шаманке нелегко. Лицо белое, губа прикушена, по подбородку кровь течет, в глазах сосуды полопались.

– Почти, – прохрипела Феола. – Идемте.

– Куда?

Феола выдохнула – и шагнула к морю. В море. Скорее, открыть дорогу, рассеять хотя бы часть силы… тяжело пить, тяжело контролировать, тяжело… сама по себе, без топорика, она и вовсе бы с таким объемом не справилась. Может, и никогда не справится.

Она не знала, но в эту секунду Сесар травленой акулой метнулся в море. Он плыл с такой скоростью, что за ним оставался пенный след.

Он видел людей.

Он опознал и некроманта, и человека, который его пугал. И то, что это оказалась девушка, ничего не меняло.

Шаман…

Существо, которого мединцы боялись пуще огня.

И рядом с Дареей? Не надо быть пророком, чтобы понять – это не к добру. Вот ни капельки! Ни искорки добра от этого не будет!

Рамон – идиот!

Надо было эту чешуйчатую дуру прибить сразу, а не тащить с собой. И тем более не оставлять потом без присмотра.

Женщины!

Сесар отлично знал, что они способны на всё. Просто по глупости своей, потому что это – женщины. Нужны они для производства потомства, но не более того. Слишком уж они… непредсказуемы. Вот Дарея и выкинула номер!

Но как, КАК она познакомилась с этим существом?

Почему ее не убили сразу? Что она пообещала?!

И самое главное – что ему-то теперь делать?

Сесар подумал пару минут. Если рассуждать логически… Дарея плюс это существо в одном месте не сулили Рамону ничего хорошего. Сначала Дарея просит Рамона позаботиться о ее близких, потом он отказывает, она сбегает.

И Сесар видит ее в компании монахов, некроманта и шамана.

У кого-то есть сомнения? Кто-то не может сложить два и два? Так складывайте один и один! Не помог Рамон? Дарея отправилась к врагам. А уж что она им пообещала… тоже несложно догадаться! Очень это по-бабски!

Ах, он меня обидел! Не оценил, не помог… голову ему оторвать!

Сама не справлюсь? Так найду, кого попросить!

Сесар не зря наблюдал за людьми. И выводы сделал тоже правильные. И дальше… что он может сделать? Предупредить Рамона?

Простите, своя чешуя ближе к телу! И точно дороже! А если он сейчас использует магию, его обязательно почувствуют. Вот как он – ЭТУ. Как некроманта.

Сейчас-то его вода защищает, но если он начнет колдовать, и вода не поможет. Так что… без него! Сесар будет спасать свою шкуру. Не просто так, нет. Он отправится к союзникам.

Если Рамон справится и отразит нападение (что оно будет, Сесар даже не сомневался) то Сесар ищет Дарею. А еще лучше – направился за помощью к союзникам.

Если не отразит…

Сесар уцелеет. А дальше будет видно, что и как. Но помереть вместе со всеми во славу Владычицы Синэри Сесару не хотелось. Совершенно.

Лучше он поживет.

А призыв…

И без него прекрасно справятся. Наверное.

И мужчина поплыл еще быстрее, стараясь не взывать к стихии.

Жить хотелось…

* * *

Феола сосредоточилась.

А потом медленно коснулась воды ритуальным топориком.

Мать-вода. Ты питаешь все живое на земле, ты прародительница наша, капля тебя есть даже в камне. Помоги нам! Дай дорогу…

Шаману достаточно только попросить.

Вода медленно расступалась, образуя нечто вроде коридора. Дарея посмотрела на него, потом скользнула в воду, поплыла – и коридор развернулся за ней.

– Идите, – шепнула Феола. – Слишком долго я его не продержу.

Мать-вода, помоги…

Первым в воду шагнул брат Дуардо, за ним Хавьер… словно по ковру идешь. Мягкому такому, пружинистому. Он чуть прогибается под ногами, не сильно, почти не ощутимо, а потом вдруг осознаешь, что идешь-то ты под водой.

…А дышишь, как раньше.

И рыбки вокруг проплывают в полном обалдении, тычутся любопытными глуповатыми мордочками в стенки коридора.

И под ногами что-то темное – не разглядеть. Водоросли, кораллы, камни?

Высоко, знаете ли. То есть глубоко.

Дарея плывет почти рядом с поверхностью, может, метра три или четыре глубины. И коридор следует за ней.

Феола идет последней.

Брат Хулио хотел помочь, поддержать ее, пойти замыкающим, но Фи качнула головой.

Впереди коридор идет ЗА Дареей.

А вот замыкать его должна она. Чтобы не сократился. А то ведь она не сможет остановиться, вернуться, помочь тонущему человеку… просто не хватит сил! Она не Адэхи!

Тот бы смог, а вот Фи… она еще маленькая. И в силу не вошла. Вот родит ребенка, а лучше – трех, тогда уже женскую силу наберет. А с возрастом ее и еще прибудет.

Объяснять сейчас все это она не стала. Так что брат Хулио шел перед ней и оглядывался. Чтобы успеть подхватить, чтобы помочь… и с ужасом видел то, чего не могли заметить остальные.

Море выпускало из стен короткие водяные щупы.

Море поддерживало Феолу, ласково касалось ее лица, губ, гладило волосы, обвивало на долю секунды руки и отпускало.

Море шептало, манило, звало к себе. Море обещало покой.