Когда приходит шторм - Карина Шнелль

Наверное, мои мысли и чувства слишком явственно читались на лице – Эд начал заинтересованно изучать меня.

– Значит, эта Марли затронула в тебе какую-то струну? Причем настолько, что пошатнула основы твоего бытия!

Я пожал плечами и закатил глаза. Отлично. Эд снова принялся философствовать. Ведь знает же – меня нервирует, когда он изъясняется столь высокопарно. Однако друг довольно четко сформулировал суть проблемы.

– Можно и так сказать, – ответил я.

Эд хлопнул в ладоши – да настолько громко, что наверняка распугал всю рыбу в радиусе километра.

– И в наше время случаются чудеса! – воскликнул он, театрально воздев руки к небесам, словно хотел самолично проинформировать о последних событиях самого Кси Нивеска, Великого Духа. – Джек Уилсон влюбился!

15. Марли

Наутро после пляжной вечеринки я, несмотря на две чашки кофе, явилась в клинику разбитой и смертельно усталой. Горло пересохло, веки не хотели подниматься, в голове стучало. Никак не могла собраться с мыслями. Неужели люди именно так чувствуют себя с похмелья? Этого я не знала и не собиралась когда-либо проверять. Для меня подобные симптомы объяснялись исключительно недосыпом.

Из-за вечеринки я не только поздно отправилась в постель, но и после долго еще лежала без сна и думала о Джеке. Как тактично он повел себя со мной. О море в его глазах, которое в темноте казалось еще более глубоким. О горящих взглядах сквозь пламя костра. Однако прежде всего о его словах: «За наши корни! Даже если мы не знаем точно, где их искать».

Я до сих пор не могла взять в толк, почему рассказала о себе так много. Вот взяла и рассказала! Не задумываясь. Теперь Джек знал обо мне такое, в чем я не признавалась даже Рейчел. Но ведь он-то вообще был человеком посторонним, не имел ни малейшего представления о том, насколько в моей жизни все наперекосяк, и никогда бы ничего не узнал. Уж об этом я бы позаботилась. Джеку хватило бы личной информации, что он выведал обо мне раньше.

А с другой стороны, он меня не высмеял. К тому же у него отсутствуют предрассудки относительно моего происхождения. Он просто выслушал и дал выговориться. И, на удивление, тоже кое-что о себе поведал. Что-то вчера висело в воздухе, особый вид магии, который развязал нам языки. Может, Джек был пьян? Нет, насколько я могла судить, он пил лишь безалкогольное пиво. Вот бы и остановился на пиве, никогда не переключался на более крепкий алкоголь! Не слишком ли много я от него хочу? Вдруг и он чувствует то же самое по отношению ко мне? При этой мысли предательское покалывание в животе стало еще сильнее.

Несомненно одно – слова Джека что-то во мне пробудили. Теперь я уже не собиралась спешно покидать Сент-Эндрюс после неудавшихся поисков. Здесь меня ждет много открытий. Узнать больше о племени пассамакуодди. Узнать больше о себе самой. Однако сегодня первоочередная задача – устроить так, чтобы Фиона позабыла о том, что ей удалось подглядеть прошлой ночью. О том, что произошло между мной и Джеком.

Вот и клиника. Я повернула ручку двери и вошла. В первый раз опоздала на несколько минут, причем намеренно, чтобы разминуться с Фионой. Ну почему мы должны обязательно работать в День Канады, когда у всех остальных выходной?

Я понимала, что Фиона начнет бесцеремонно меня допрашивать, едва выпадет свободная минутка. Однако я ей этой возможности не предоставлю. Насколько сложно будет перевести разговор на другую тему?..

По-видимому, очень сложно – коллега вскочила со стула за стойкой администратора, едва я вошла, и весело поприветствовала меня.

– Марли!

– Доброе утро, – буркнула я, ставя кофейную чашку на стойку.

– А я уже компьютер включила, и… – Только тут ее взгляд упал на мое лицо. – Бурная ночка выдалась, да?

О нет, только не это! Фиона примерила на себя маску инквизитора: почти до края челки приподнятые брови, широкая ухмылка, слегка подрагивающий кончик носа.

На мое счастье, из процедурного кабинета номер четыре торопливо выбежала доктор Сью, на ходу набрасывая халат.

– Фиона, сегодня утром ты ассистируешь мне на операции вазэктомии у кобеля. Владелец мистер Болтон. – Она поправила на носу очки в розовой оправе и заметила меня. – Доброе утро, Марли.

– Доброе утро, доктор Сью. – Я одарила начальницу особо широкой улыбкой, а сама взмахом руки и торжествующим кивком дала понять Фионе, что пропускаю ее вперед. Она обошла вокруг стойки и окинула меня насмешливым взглядом:

– Поговорим позднее!

Несмотря на радостный тон, обещание прозвучало как угроза.

Я со вздохом опустилась на стул и повернулась к компьютеру.

– Это мы еще посмотрим!

К счастью, первая половина дня выдалась напряженной, и мы с Фионой толком не виделись. Я поставила себе цель продержаться до обеда. По средам клиника работает до часа; если поспешу уйти, Фиона не успеет меня перехватить.

По мере приближения к часу дня она все чаще и чаще старалась без причины задержаться у стойки, когда выходила проводить пациентов и их владельцев. Стало ясно, что придется сменить тактику. Хотя я чувствовала себя намного лучше, но все же мечтала о полноценном дневном сне и почти не могла сдержать участившиеся приступы зевоты. Сейчас я точно не в состоянии подвергаться допросу Фионы. Да черт возьми! Я и сама-то не знаю, что произошло минувшей ночью между Джеком и мной!

К моему огорчению, покинула клинику последняя пациентка – пестрая морская свинка по имени Крапинка. Маленькая хозяйка осторожно несла ее в старой коробке из-под обуви. Через пять минут прием закончится. У моего рабочего места немедленно возникла Фиона и подчеркнуто небрежно оперлась локтями о стойку. Но прежде чем она открыла рот, я разразилась потоком слов:

– Как чудесно освободиться пораньше! Уф! Я рада, что на сегодня все! У меня куча дел. А ты? И кстати, как Элли? Она эту неделю работает или нет? У вас есть планы на вечер? Ну ладно, мне пора. Увидимся завтра.

Во время моего словоизвержения Фиона подперла голову локтем и с любопытством меня разглядывала.

– Ты закончила?

– Не понимаю, о чем ты. – Я закрыла все программы и выключила компьютер.

– Нам нужно поговорить о вчерашнем вечере, – нетерпеливо проворковала коллега. – Сама понимаешь, о чем. Что произошло у тебя с…

– А, вчерашний вечер… Как хорошо, что ты вспомнила, – перебила я ее и рванула с места в карьер. – В конце вечеринки с обувью получилась настоящая катастрофа! Как это понимать?

Фиона приподняла брови. Ага, попалась на удочку!

– Ты о чем?

– Ну, сперва все складывали обувь возле холодильника в одну кучу. Я тоже. Когда позже понадобилось отойти в туалет, нашла собственные кроссовки без проблем. Но потом снова разулась, а к концу вечеринки начался жуткий хаос!

Мне действительно стоило немалых трудов выудить в темноте из общей кучи свои горячо любимые «Найки». Чем больше лилось алкоголя, тем необузданней становилась вечеринка и тем небрежнее люди обращались с обувью. Мои «Найки» наполовину зарыли в песок. Впрочем, мне еще повезло. В какой-то момент Блейк принялся расшвыривать обувь по пляжу – наверное, с футбольными мячами перепутал. Как раз перед тем, как я ушла.

– Но ты все же нашла свои кроссовки, или?.. – Фиона посмотрела на мои ноги. Сегодня я надела другую пару – из линейки Stan Smiths.

Тем временем я обошла вокруг стойки, застегнула куртку и замерла перед Фионой, готовая к бегству.

– К счастью, да, – кивнула я и хотела попрощаться, пока Фиона опять не открыла рот.

– Кстати, о холодильнике…

Я собиралась прошмыгнуть мимо, однако замерла на половине шага. Холодильник? Вроде бы тема безобидная. Вопросительно уставилась на подругу.

– Было два холодильника с крепким алкоголем, – хладнокровно отчеканила Фиона. – И много ящиков пива. Ты видела какие-нибудь другие напитки?

Я не имела ни малейшего представления, куда она клонит, и пожала плечами.

– Ах, не видела?

Это что, типа загадки? Фиона решила проверить, много ли я помню о вечеринке?

– Верно. – В уголках ее губ заиграла многозначительная улыбка. – Было только пиво, понемногу водки, джина, виски и текилы. – Она сложила руки на груди, не отрывая от меня взгляда. – И. Никаких. Других. Напитков.

Я непонимающе уставилась на нее.

– Что с того?

– Никаких коктейлей. Никакой воды. Ни фанты, ни соков, ни «Ред Буллз», ни кюрасо.

Я постепенно закипала. К чему она клонит?