Буря - Зина Кузнецова

– Это твои, что ли, там стоят?

– В смысле? С чего вы взяли? – отозвалась я.

– Ну а кто еще будет ошиваться в двенадцать дня в субботу около Дворца культуры в праздничный день.

Я подошла к окну и с любопытством выглянула из него. Марк и Петя что-то обсуждали и смеялись.

– А, да, это мои друзья.

– Надо же!

– Что?

– Поражен, Вера. Сразу два друга. Не такая уж ты и тихоня.

– Такая. Я сама в шоке.

Дмитрий Николаевич рассмеялся. Мы попрощались, и я поспешила к ребятам.

– Петь! – крикнула я со ступенек.

Он обернулся, и я увидела в его руках небольшой букет белых тюльпанов. От радости у меня сильнее забилось сердце. Это был мой первый букет, подаренный не отцом.

Я подбежала к Пете, осторожно взяла букет, прижала его к себе и зарылась носом в цветы.

– Спасибо.

– С праздником, Вер. – Петя поцеловал меня в щеку.

Рядом кашлянул Марк:

– Да, с праздником.

Я улыбнулась мальчикам, и мы направились в сторону Петиного дома. У него сегодня собиралась компания близких друзей. Когда мы пришли, ребята уже ждали у подъезда, громко смеясь. Все поднялись к Пете в квартиру.

– Где твои родители? – спросила я.

– Уехали на дачу с друзьями, – отозвался Петя, а потом добавил, обращаясь ко всем: – Так, ребят, проходите! На кухне торт должен быть. Девочки садятся и ничего не делают, а мальчики хозяйничают.

– Да здравствует день матриархата! – сказал Марк.

На кухне было только четыре стула, поэтому многие устроились у подоконника или на полу. Я сидела рядом с Катей и Светой. Букет тюльпанов, которые мне подарил Петя, стоял в вазе на столе.

– Красивые цветы, – сказала Света и провела пальцем по белому бутончику.

– Мы их вместе с Марком сегодня покупали, – сказала Катя.

– В смысле? – спросила я.

– Да гуляли утром по набережной, я захотела цветов, и мы зашли в магазин. Он вспомнил о том, что потом пойдет с Петей встречать тебя, позвонил ему и предложил купить для тебя цветы.

– Как мило! – сказала Света.

– Да, Марк очень заботливый.

Мне было неловко спрашивать, но любопытство победило:

– А вы встречаетесь? – спросила я у Кати тихо, чтобы не услышали другие.

Та пожала плечами, но ничего не успела ответить, потому что Марк и Петя принесли нам по чашке чая и разрезанный торт. День прошел шумно и весело. Мы играли в карты, ели много сладостей и делились самыми неловкими историями, которые когда-либо с нами происходили.

Когда я вернулась домой с цветами, то увидела, что папа стоит в прихожей и собирается куда-то уходить.

– Ох, какой букет! Ну, это уже серьезно! – сказал папа, посмотрев на меня. – Когда хоть ты нас познакомишь со своим мальчиком?

– Зачем?

– Как это! Чтобы мы понимали, с кем ты пропадаешь.

– Ты с моими родителями познакомился только после того, как предложение сделал, – сказала мама. Глаза у нее были грустные, и одета она была в халат. Я думала, что они с папой пойдут в ресторан, но, видимо, ошиблась.

– Так это какое время-то было, – ответил папа. – Я тебе предложение через два месяца сделал.

– Ну, мне предложение делать никто не собирается, – сказала я.

– Да уж надеюсь, – сказал папа. – Сначала надо на ноги встать. А все эти школьные любови и быстрые свадьбы никогда ничем хорошим не кончаются.

– А через два месяца – это быстрая свадьба? А любовь с восемнадцати лет – это школьная любовь? – тускло спросила мама.

Папа был, видимо, в хорошем настроении, поэтому подмигнул маме, будто бы говоря, чтобы она не делала из мухи слона, и потянулся к пальто.

– А ты куда? – спросила я.

– На день рождения к Звонову.

Папа поцеловал меня в щеку, отодвинул от двери и вышел.

– А раньше он предпочитал проводить этот день со мной, – сказала мама со вздохом. Я неловко застыла, не зная, как себя вести. Мама посмотрела на меня, спохватилась и добавила натянуто бодро: – Пойдем чай пить, Вер! Я торт купила.

– Я скоро впаду в сахарную кому, – сказала я.

– Пойдем, пойдем! Расскажешь, как провела день. Откуда цветочки все-таки? Очень красивые!

– Петя подарил.

– У тебя есть мальчик… С ума сойти! Как ты быстро выросла, Вер! Расскажешь про него?

Я кивнула. Мама выглядела такой грустной, что даже если бы я поклялась Пете жизнью, что буду молчать о нем, то сейчас все равно бы рассказала ей про него все.

– Ну вообще, Петя очень хороший и очень добрый, – начала я рассказ.

Мы просидели на кухне до позднего вечера. Мама гладила Мусю, дремавшую у нее на коленях, а я рассказывала про Петю.

– А его лучший друг – Марк. Он своеобразный, но они с Петей правда очень ценят друг друга.

– Марк Рысаков?

– Угу, а что?

– Просто с его мамой мы учились в одном классе. Она тоже своеобразная была.

– Плохая девчонка?

Мама пожала плечами:

– Да просто себе на уме. Всегда с учителями спорила, себя отстаивала.

– Марк такой же.

– Гены, что ты хочешь?

Вдруг мне вспомнились слова Милены про мать Марка.

– Мама…

– А?

– А мать Марка замужем?

– Кажется, да. А почему тебе интересно?

– Мне Милена рассказала, что она замужем за богатым старым мужчиной.

Мама снова пожала плечами:

– Ну, жизнь – штука непростая… И потом, никто не знает, как там у них обстоят дела на самом деле. Может, они любят друг друга.

– Но он же старый.

– Вер, не нам судить. Всякое бывает.

– А все-таки мне нравится ваша с папой история. – Из моей головы уже вылетел недавний эпизод в прихожей, поэтому говорила я совершенно искренне. – Вы почти со школы вместе! Это же обалдеть! Я, мне кажется, в любовь верю только потому, что знаю вас.

Мама отпила из кружки чай. Муся на ее коленях сладко зевнула.

– Вер, – начала мама с тоской во взгляде.

– Что?

– Нет, ничего. А как у вас с Петей? Ты бы хотела за него замуж?

Я смутилась и засмеялась, чтобы скрыть свое замешательство:

– Мам! Ты чего! Никто не собирается еще жениться.

– Это понятно. Но мне кажется, что любая девочка, влюбившись, представляет себе свадьбу. Или я не права? По крайней мере, в мое время было так.

Я отшутилась и быстро отправила в рот кусочек торта. Мамины слова взметнули вверх все мои мысли и переживания, которые я до этого сама не осознавала: «Петя и я… Я и Петя… Школа закончится через несколько месяцев, мы разъедемся по институтам… И что потом?» Я вдруг поняла, что никогда не представляла себя в