Я не была твоим врагом - Юлия Арниева

Спустя минут двадцать, когда отвар и молоко были выпиты, а печенье, кроме одного, оставленного Огоньку, были съедены, мы разместились каждая на своём ложе. И едва маленькая головка коснулась подушки, девочка, широко зевнув, тотчас заснула. Мне же не спалось, мысли о будущем не давали мне покоя…

Утро наступило рано, в дверь кто-то настойчиво стучал и, судя по всему, уходить не собирался. Бросив обеспокоенный взгляд на пока ещё спящую девочку, я, быстро накинув халат, поспешила открыть дверь.

– Что?! – сердито прошипела, уставившись на нахмурившегося Бойда и мающуюся за его спиной Эдну.

– Эйли нет в её комнате, – обвиняюще проговорил мужчина, вперившись в меня немигающим взглядом.

– Она спит в комнате своего отца. Алан попросил меня присмотреть за дочерью и если той снова будет страшно разрешить ей спать здесь, – чеканя каждое слово произнесла, припечатав взглядом экономку, которой было известно, что Эйли вместе со мной. Да и замершая у дверей охрана тоже знала о девочке, но почему-то не посчитала нужным сообщить об этом Бойду.

– Он мне об этом ничего не сказал.

– Когда Алан вернётся, спроси у него, почему он тебе ничего не сказал, а сейчас я хочу ещё немного поспать, – проговорила, пошире распахнув дверь, чтобы мужчина мог убедиться в том, что Эйли со мной и спит, я насмешливо добавила, – убедился? Эйли спит на диване.

– Хм… – не нашёлся что ответить Бойд, он подозрительно сощурившись, всё же коротко кивнув, двинулся к лестничной площадке. Но не успела я закрыть дверь, Эдна быстро проговорила:

– Я сообщила лорду Бойду, где спит Эйли.

– Ясно, спасибо, – натянуто улыбнулась женщине, я, наконец, закрыла дверь и шаркающей походкой направилась к кровати, но не дойдя до неё двух шагов, заметила, что девочка уже проснулась, – доброе утро, тебя всё-таки разбудили.

– Доброе утро, Огонёк съела печенье, – сиплым ото сна голосом, пробормотал ребёнок, кулачками растирая глаза, – она уже не сердится.

– Не сердится, у меня к тебе предложение, давай вместе сошьём тебе тряпичную куклу? – проговорила, с сожалением взглянув на кровать, я прошла за ширму, – я не слишком умелая рукодельница, но вместе-то мы сошьём какую-нибудь красотку.

– У меня есть игрушки, папа привёз. И кукла есть, только она страшная.

– Хм…страшная? Покажешь?

– Я её в сундук спрятала.

– Вместе сходим, а пока ты умываешься, я распоряжусь подать нам завтрак.

– И печенье для Огонька.

– Хорошо, – произнесла, быстро привела себя в порядок и покинула покои. В коридоре встретив Лилис, спешившую ко мне, я, дала распоряжение ей на день, и устремилась на кухню. Там я тоже недолго задержалась, обсудив меню, заглянула в огромную кастрюлю, из которой шёл аппетитный мясной аромат и прихватив с собой кружку с отваром, отправилась на поиск Эдны. Мне хотелось скорее разобраться с ежедневной рутиной хозяйки замка и вернуться к ребёнку…

Глава 20

Эйли была замечательным ребёнком, только, на мой взгляд, слишком спокойным. Мне казалось, детки в её возрасте должны быть непоседливыми почемучками, шумными и проказливыми. Девочка же была немногословной и большую часть времени погруженной в себя. Попытки её немного расшевелить не увенчались успехом, и я решила, что пусть всё идёт своим чередом.

После вкусного и сытного завтрака, достав из сундука подходящую ткань и нитки, я скроила плоского кота и такую же куклу, и мы приступили к шитью. А чтобы не сидеть в тишине, изредка разбавляемой шумным сопением ребёнка, я рассказывала сказки. Многое, конечно, переврала, последний раз сказочные истории я читала много лет назад, но приключения Красной Шапочки и Колобка я знала почти наизусть. А историю Золушки наверняка помнила каждая девушка.

– И она не испугалась его поцеловать? – к концу моего повествования чуть оживилась Эйли, с удивлением на меня взирая.

– Нет, ведь чудовище оказался добрым и внимательным, – с улыбкой проговорила, радуясь маленькой победе, – часто наши глаза обманывают, и надо смотреть сердцем.

– А как? – тут же спросила девочка, откладывая шитьё на колени, чуть подалась ко мне и замерла в ожидании. Но ответить я не успела, в дверь громко постучали, и после разрешения войти в комнату буквально ворвалась экономка.

– Леди Таллия, люди… воины в замке отравлены.

– Что?! – потрясённо выдохнула, рывком поднимаясь с кресла, – какие люди? Сколько их?

– Все воины и трое слуг, – ответила Эдна, встревоженно посмотрев на Эйли, будто желая убедиться, что с ней всё в порядке.

– Где они? Эйли, никуда не уходи из комнаты. Бойд вернулся? А лорд Гавин?

– Нет, госпожа, ещё не вернулись. Воины в казарме, слуг я приказала определить в одно помещение, подальше от всех.

– Что же произошло? – обеспокоенно бормотала, в голове сразу возникли мысли об эпидемии, а я сомневалась, что в данных условиях мне удастся справиться с ней. Тем временем я достала из сундука необходимые настойки, травы и прочие лекарские средства, коротко приказав, – веди меня к воинам и прихвати вторую сумку.

Состояние воинов было ужасным. Бледная кожа, на лбу выступила холодная испарина, большинство лихорадило. Вонь в казарме стояла невыносимая, а от душераздирающих стонов пронимала дрожь.

– Давно появились первые симптомы? – принялась собирать анамнез, осматривая первого воина.

– Сразу после обеда, госпожа. Живот прихватило, потом дурно стало… не успел добежать, – смущённо ответил мужчина, снова болезненно поморщившись.

– Ясно, – кивнула и, ободряюще ему улыбнувшись, подошла к следующему воину. У него, как и у следующих больных, были похожие симптомы и всё указывало на пищевое отравление. Недомогание; тошнота и рвота; вздутие живота и расстройство стула; лихорадка, сухость во рту и жажда…

– Эдна, здесь нужно всё убрать и проветрить. Слуг из замка приведите сюда. Ещё мне потребуются три, а лучше пять девушек, и принеси древесный уголь, сахар, воду и соль.

– Сахар?! – изумлённо воскликнула женщина и я понимала её удивление – тростниковый сахар привозили из далёкой страны, он был очень дорогим и выдавался кухарке строго по граммам.

– Да, сахар, соль и чистая вода, – повторила, но экономка не спешила уходить, и мне пришлось повысить тон голоса, – поторопись, Эдна.

– Да, госпожа, – пробормотала женщина и наконец покинула здание, а я, с тихим вздохом оглядев больше сорока стонущих больных, приступила к трудной, порой противной работе.

Только с наступлением заката воинам немного полегчало. Мы с ложечки отпаивали их простой водой, раствором для регидратации, состоящим из соли, сахара и воды, отваром из сарацинского зерна – риса, от такого расточительства Эдна едва не лишилась рассудка. Я и девушки буквально сбились с ног, бегая от одного болезного к другому, но последствия отравления нам всё же удалось остановить, а улыбки измученных болезнью