Сердце генерала и вкус счастья - Кира Рамис

– Чазер, друг мой, разгорелся ли духовой шкаф до ста девяноста градусов? – шутливо поинтересовалась у ходящего вокруг запечённой свинины хранителя.

– Я не термометр, – отмахнулся тот и куда-то исчез, но через мгновение вновь появился, открыл дверцу и кинул внутрь какой-то кругляш.

Мы с Эштоном ахнули.

– Ты это зачем? – выдохнула, переливая массу в толстую форму.

– Вспомнил, что завалялся один термометр, от прадедушки достался, всё никак не выкину, а вот же пригодился.

Немного подождав и убедившись, что волшебный шкаф, он же «печь», нагрет до той температуры, что требовалась – никак не могу привыкнуть к магии – отправила омлет на решётку.

– Чазер, потрать ещё немного магии, натри в зале столы до блеска, – приведя кухню в порядок, попросила хранителя.

– Я могу, мне не трудно, но только придётся вскоре вновь идти в шахту, – ответил тот.

– Придётся, – согласилась с хранителем. Мне и самой не терпелось стать сильнее магически.

Омлет начинал запекаться, увлекая в водоворот ароматов. Молоко, обнимая яйца, добавляло тонкую кремовую ноту, а его пар, вздымаясь вверх, словно живое существо уносило с собой легкий сладковатый запах, заставляя сердца замирать в ожидании. Этот аромат как легкий ветерок проносился мимо, будя аппетит и пробуждая чувственное «хочу».

– Вивианна, тридцать минут прошло, я вижу, что омлет покрылся красивой корочкой. Пора доставать, – Чазер, нервничая, притоптывал ножкой.

– Хорошо, – улыбаясь, повернула ручку и открыла духовой шкаф, выпуская облако парного аромата, в котором чувствовалась легкая сладость, умиротворяющая и манящая. Это не просто омлет, это целая симфония из запахов, где каждый акцент, словно нота, звучит в унисон, создавая мелодию уюта и комфорта.

– Какой высокий. Ой, Виви, он опускается, – забеспокоился Чаз.

– Так и должно быть, в рецепте написано, что чуть опустится.

Принюхавшись, на мгновение прикрыла глаза, вспомнив о тёплых утренних семейных завтраках из детства, добрых глазах мамы, тёплых руках бабушки и нежной улыбке папы. Кажется, простой омлет, а всколыхнул воспоминания о детском счастье, нежности и заботе родных людей.

– Виви, ты чего загрустила? – с двух сторон до меня дотронулись заботливые руки.

– Хозяйка?! – раздался знакомый голос из зала.

Стряхнув печаль с души, резко развернулась: за тремя столами сидели семь человек, все теневые воины. Хотя нет, за последним столом возле двери сидел ещё один. Он был повыше остальных и…

Не удержавшись, переглянулась с домочадцами: на голове последнего не было капюшона.

«Может, это не теневой воин, а просто прохожий?» – переведя взгляд на дверь, поняла, что та плотно закрыта.

– Хозяюшка, вы приглашали, мы пришли. Чем же будете угощать? – весёлый голос раздался от ближайшего стола. – Ароматы невероятные, – добавил он.

– Сегодня у нас омлет из молока и куриных яиц, а также свинина под картофельной шубой, чай и… – вспомнив, что Эштон не ел торт, замолчала.

– И торт, – громко за меня закончил брат.

По его взгляду поняла, что он потерпит до следующей доставки.

– Ох как всё вкусно звучит, несите всё что есть, – гость махнул рукой.

Чазер вызвался помогать и первым делом, применив магию, чуть подогрел свинину, которая за час успела подостыть.

Эштон быстро разнёс столовые приборы, солонки, перечницы, сахарницы.

Я очень переживала, понравятся ли мои блюда теневым воинам, стоя на кухне, мяла полотенце, то и дело выглядывая в зал.

– Чего ты переживаешь, – Чазер, уминая свою порцию на кухне, пытался успокоить меня на свой манер. – Готовишь ты искусно, магия в этом помогает. Идеально сочетание аромата, вкуса и специй.

– Он прав, – кивнул Эштон, он не удержался и отведал омлет. Есть не сел, вдруг что-то понадобится гостям. Видя, что воины доедают свинину, аккуратно нарезал торт на ровные восемь частей и самолично вынес в зал.

Несколько человек попросили ещё чаю.

Тот весёлый воин нахваливал его, говоря, что давно не пил такого вкусного чая и готов приходить к нам три раза в день, на завтрак, обед и ужин.

Семь серебряных монет тихо звякнули о столешницы, в этот раз мужчины попрощались перед исчезновением.

Эштон, не пряча улыбки, собрал деньги.

– Господин, желаете ли добавки? – решила поинтересоваться у мужчины, что сидел за дальним столом, держа чашку в руках. Он почему-то не ушёл вместе со всеми.

Теневой воин поднял на меня взгляд. Его голубые глаза словно заглядывали в душу.

Глава 24

«Красивый», – промелькнула мысль в голове.

 Светлые, почти белые волосы придавали молодому аристократическому лицу воина утончённость. Делая его ещё на ступень выше, словно он принц, а мы обслуга. Какие, однако, странные мысли посетили меня.

Внешность обманчива бывает, рассмотреть бы его получше, но темный плащ не даст такой возможности.

– Нет, спасибо, всё было вкусно, я сыт, – насмотревшись на меня и брата, неожиданно произнёс мужчина, на столешнице появился серебряный.

– Тогда будем рады вас видеть вновь…

– Госпожа Вивианна Штормчазер, разведена, магии не имеет, но имеется несовершеннолетний брат на попечении. Как же всё сложно, – уж не знаю, из какой сумки или кармана он достал бумаги, но на стол легли два листа. – Госпожа, что же вы нарушаете? В наследство не вступили, но открыли таверну для посетителей. А вы знаете, что на это нужно разрешение? – он пододвинул какой-то документ в мою сторону. – С вас семь серебряных, и благодарите моих подчинённых, что без штрафа.

– А вы кто? – всё же решила поинтересоваться у незнакомца.

– Глава теневых воинов, генерал Дилан Лонгстрит, – представился тот.

Должна ли я протянуть руку и представиться? Пока я думала, длинные ухоженные пальцы подвинули в мою сторону второй листок.

– Что это? – мне почему-то не хотелось его брать.

– Завещание вашей родственницы, если вы вступаете в наследство, то должны выплатить сто золотых в течение двух месяцев, именно столько долгов числится за вашей прабабушкой.

– Что будет, если мы вступим в наследство, но не сможем выплатить долги? – всё же пришлось взять завещание.

– Таверна и земля уйдут с молотка за бесценок.

– Что, и ста золотых не наберётся? – удивлённо посмотрела на ответившего генерала.

– Наберётся, даже больше будет, часть уйдёт в казну, думаю, что и вам достанется несколько золотых.

– Мы вступим в права. Где поставить подпись?

Дилан Лонгстрит удивился моему ответу, его брови чуть приподнялись, он протянул ручку.

– Тут и тут, – последовали слова.

–