Графиня на арене - Минерва Спенсер

— Благодарю, ваша милость. Счастлива увидеться с вами снова.

На красивом лице Стонтона промелькнула, словно вспышка молнии, улыбка.

— Надеюсь, вам у нас понравится.

Марианна была не столь щепетильна: схватив Джо и Сесиль в объятия и сжав почти до боли, прошептала:

— Я так рада вас видеть!

В груди у Джо потеплело: подруга действительно обрадовалась, — ну, по крайней мере, Сесиль и Гаю. Джо все еще не была вполне уверена, что это не Сесиль уговорила Марианну пригласить ее, как бы та упорно не отрицала это.

Хотя Джо и охраняла Марианну большую часть прошлого года, близки они никогда не были. Общались дружелюбно, да, но, как Джо казалось, подругами не были. Джо никогда не стремилась сойтись с Марианной поближе, потому что для нее было важно держать дистанцию с подопечными.

Марианна чуть наклонилась вперед и сказала совсем тихо:

— Эллиот прибыл несколько минут назад.

Прежде чем Джо собралась с духом ответить (а та словно язык проглотила), Марианна коснулась пальчиком ожерелья Сесиль, подаренного Гаем.

— Боже, какая чудесная вещь! Красоты необыкновенной!

Сесиль мило зарделась.

— Спасибо.

Марианна добавила шепотом:

— Мы с Сином распорядились накрыть к ужину отдельный стол для нас шестерых. — Отпустив руку Джо, она улыбнулась и опять нацепила светскую маску отстраненности. — Желаю вам приятного вечера.

Джо и Сесиль поняли намек и прошли дальше, в глубь дома.

Гай протиснулся между ними и каждой подал руку.

— Если позволите, леди.

— Не думаю, что это понадобится, — раздался знакомый голос.

— Эллиот! — обрадовался Гай другу, возникшему словно из ниоткуда. — Ты что, прятался за той пальмой в кадке, старина? — Он рассмеялся. — Рад тебя видеть. Может, сопроводишь мисс Трамбле? Блейд… э-э, мисс Браун пообещала первый танец мне.

Эллиот перевел непроницаемый взгляд с друга на Сесиль, лишь на мгновение покосившись на Джо:

— Не окажете ли мне честь танцевать со мной первый танец?

— С удовольствием! — ответила та и без всякой видимой причины, обернувшись, подмигнула Джо.

Что затеяла эта скандальная парочка?

Эллиот повел Сесиль по лестнице к бальному залу.

— Что это Гай затевает?

— Разве? — уточнила Сесиль так невинно, что поверить ей было невозможно.

— У него так блеснули глаза, когда он взглянул на меня.

— Что ж, я рада, что он сосредоточился на тебе, а не на мне, — язвительно заметила Сесиль, прежде чем наклониться к Эллиоту и шепнуть на ухо: — Мне кажется, или все как-то странно на нас смотрят.

— Тебе не кажется.

— Думаешь, они знают, кто я?

— Возможно, но скорее всего причина не в этом: вы с Джо невероятно красивы. И, разумеется, всеобщее внимание приковал к себе Гай.

Сесиль рассмеялась, оглядывая просторный бальный зал, слишком откровенная в своем волнении, но все равно очаровательная.

— Я ко всему этому не привыкла.

— К балам?

— И танцам.

— О. Хочешь пропустить первый танец?

— Вовсе нет. Гай нас кое-чему научил.

Эллиот расхохотался.

— В кои-то веки и он на что-то сгодился, а? Что ж, о лучшем учителе и мечтать невозможно. Боюсь, мои навыки ни в какое сравнение не идут с его изяществом: в школе он был одним из лучших танцоров. — Эллиот повел Сесиль в дальний конец зала. — В стороне от входной двери будет не так тесно. Первый танец всегда самый легкий — «капли бренди» называется. Может быть, тебе понадобится…

Сесиль раскрыла веер и показала Эллиоту. При виде подсказок о самых распространенных танцевальных шагах, написанных на нем, он улыбнулся и похвалил:

— Хорошая штука.

— Это Гай придумал.

Гай и Джо тоже вышли в центр зала, приготовившись танцевать. Эллиот старался не слишком злиться на друга из-за того, что украл у него первый танец: в конце концов, впереди еще много танцев.

Сесиль наклонилась к Эллиоту.

— Гай попросил ее о первом танце, чтобы ей не было одиноко. Он знает, что я в любом случае хорошо проведу время независимо от того, пригласят меня или нет. Но Джо? — Сесиль пожала плечами. — Мы еле уговорили ее прийти сюда. Думаю, она даже представить себе не могла, что когда-нибудь попадет на бал.

— Мне она сказала, что не придет.

Сесиль подняла бровь, хитро взглянув на Эллиота.

— В самом деле?

Что-то в этом взгляде заставило Эллиота покраснеть.

— Мы с ней вместе выбрали бальное платье, — добавила Сесиль. — Разве она не очаровательна?

Эллиот скользнул взглядом по тому месту, где Джо и Гай о чем-то увлеченно болтали. Очаровательна? Нет, этим словом невозможно ее описать. Она выглядела потрясающе, черт возьми, словно ангел, в своем простом, но элегантном платье из белого муслина, расшитого серебром. Ее волосы казались короче, уложенные по моде, а великолепные жемчуга на шее меркли в сравнении со здоровым сиянием ее светлой кожи.

Она была божественна.

— Не правда ли? — не унималась Сесиль.

— Э-э, да. Она в самом деле… хороша, очень хороша. — Голос у Эллиота сорвался, чего с ним не случалось с подросткового возраста, и он закашлялся, почувствовав, как горит лицо.

Сесиль хихикнула, и только тут Эллиот понял, что таращится на другую женщину, игнорируя свою партнершу по танцу.

Дьявол! Он совсем позабыл о манерах. Быстро исправив ошибку, он повернулся к женщине перед собой.

— Вы сегодня обворожительны, мисс Трамбле.

Сесиль расхохоталась и похлопала его веером по руке, сверкая глазами.

— Благодарю вас, милостивый государь.

Спасая Эллиота от позора, музыканты наконец заиграли.

К счастью для него, Сесиль была слишком сосредоточена на танце, чтобы продолжать разговор, и это дало ему возможность тайком поглядывать на Джо.

Гай, лощеный ублюдок, был в состоянии одновременно флиртовать, танцевать и, наверное, худо-бедно спрягать латинские глаголы.

Что касается Джо, Эллиот был приятно удивлен, увидев, как легко и непринужденно она болтает с Гаем, не переставая выписывать танцевальные фигуры.

Она была дьявольски хороша, и он просто не мог отвести от нее глаз, хотя и выставлял себя при этом полным идиотом, потому что знал не хуже других, что джентльмен, наблюдающий за дамой в другом конце бального зала, очень скоро попадает вместе с ней в светскую хронику. О боже, если об этом узнает бабушка…

Эллиот заставил себя смотреть на партнершу и до конца танца ему приходилось не раз одергивать себя и возвращаться глазами к Сесиль, что не на шутку его встревожило. Никогда, даже в ранней молодости, он не был так одержим женщиной, что аж скрутило живот.

Ощущение было пренеприятное.

— Все прошло довольно мило, — радостно сообщила Сесиль, так