Графиня на арене - Минерва Спенсер

— Думаю, Сесиль к нему потеплела, да и, учитывая, какую прибыль ей приносят его ежевечерние выступления по шесть дней в неделю, вряд ли она готова до конца уничтожить пропасть, что пролегает между ними.

Эллиот рассмеялся, и этот звук был почти так же опасен, как ямочка на щеке.

— Да, я слышал, что эти выступления пользуются большим успехом. — Эллиот понизил голос. — Насколько я знаю, у Сесиль теперь новая — Хелен Кибл, которую она наняла гувернанткой для недавно удочеренной девочки?

Джо насмешливо взглянула на него.

— Ты уверен, что уезжал во Францию? Слишком уж хорошо ты осведомлен обо всем, что происходит в цирке.

— Гай держит меня в курсе событий, — признал Эллиот с тенью улыбки. — Он уверяет, что ты знала, кто такая мисс Кибл, еще до того, как тебе о ней сказали.

Джо пожала плечами. Просто так совпало, что она знала, что гувернантка Сесиль Хелен Кибл на самом деле богатая наследница Хелена Картер. Однажды она видела Хелену, когда они с Мунго встречались с Джейкобом Картером, ее отцом, вскоре после того, как приехали в Лондон и начали искать там работу.

Мистер Картер хотел нанять их, чтобы они шпионили за его конкурентами, но Мунго сразу же невзлюбил заносчивого предпринимателя и они отказались от работы. Вскоре после этой встречи Мунго предложили охранять Марианну. Если бы они согласились работать на Картера, Джо никогда не встретилась бы с Марианной, Сесиль… и Эллиотом, но в то же время Мунго не пошел бы по той самой улице в тот самый день — все еще был бы жив… может быть.

— Джо?

Она моргнула и с трудом вынырнула из воспоминаний о том страшном дне, когда в их с Мунго скромное жилище пришли констебли и попросили ее пройти с ними, чтобы опознать тело.

Взгляд Джо постепенно сфокусировался на Эллиоте, и только тут она осознала, что музыка больше не звучит.

— Танец кончился, — сказал Эллиот, нахмурившись. — Что-то не так?

— Здесь очень жарко, — хрипловато от едва сдерживаемых эмоций призналась Джо. — Не могли бы мы выйти?

— Да. — Эллиот взял ее за руку и повел за собой. — В задней части дома есть терраса: там можно подышать свежим воздухом.

Глава 12

Пока они шли к французскому окну, Эллиот с беспокойством смотрел на нее. Что это с ней? Казалось, с ней все было в полном порядке, но вдруг эта бледность… Он мог поклясться, что она вот-вот расплачется. Но чтобы Джо плакала? Это же немыслимо! Тогда что?…

Одна из дверей была распахнута, и несколько парочек расхаживали по просторной террасе.

Эллиот провел Джо вниз по ступеням и в глубь сада, одного из самых примечательных в городе.

Вдоль тропинок светились бумажные фонарики, но Эллиот сотни раз бывал в этом доме и знал все дорожки и без дополнительного освещения. Он провел Джо по ярко освещенной тропинке к зарослям розовых кустов, среди которых скрывалась миниатюрная пагода.

Смахнув пыль со скамейки носовым платком, он предложил:

— Вот, можно присесть.

Джо молча села, и, устраиваясь рядом, он спросил:

— Что-то не так?

— Нет-нет… все в порядке. Сама не знаю, что на меня нашло. Может, из-за жары.

Джо немного помолчала, потом медленно выдохнула.

— Я просто вспоминала, откуда знаю Хелен.

— И откуда же?

— Джейкоб Картер как-то хотел поручить нам с отцом кое-какую работу. Мунго он сразу не понравился.

Эллиот находил странным, что она называет отца по имени, но спрашивать об этом не стал, а просто сказал:

— И что же в нем не понравилось твоему отцу?

— Картер был холоден и высокомерен и на меня смотрел как на насекомое, даже спросил Мунго, зачем он привел девчонку на деловую встречу. Я видела, что отец в ярости. Когда уходили, в дверях мы и столкнулись с Хеленой. Даже такой короткой встречи хватило, чтобы понять, что, в противоположность отцу, это добрая, обаятельная и приятная на вид девушка.

Эллиот промолчал, гадая, как тот, кто передавал врагу военные тайны и предал свою страну, мог вырастить такую благородную дочь.

Джо продолжила:

— Вскоре после этой встречи мы нанялись охранять Марианну. Вот я и подумала: а что, если бы мы поступили иначе? Возможно, Мунго был бы жив.

— Если поддаваться таким мыслям, можно спятить, — сказал Эллиот.

Джо кивнула.

— Так ты все еще работаешь? В смысле помимо цирка?

— Я взялась за задание Гая.

— Нет, я имел в виду…

— Ты суешь нос не в свое дело!

Он рассмеялся.

— Разве что самую малость.

— Нет, больше ни за какую работу я не бралась. — Джо вздохнула. — А надо бы.

— Почему? Я думал, Сесиль платит лучше, чем Барнабас.

Джо удивленно взглянула на него.

— Ты что, за мной шпионил?

— Нет, вовсе нет, — соврал Эллиот. — Наверное, Гай как-то обмолвился…

— Хм…

— Зачем тебе работать где-то помимо цирка? — спросил Эллиот, решив, что лучше перевести разговор на другую тему.

Джо пожала плечами, наблюдая за мотыльком под ближайшим фонарем.

— Я некоторое время буду в городе, так что чем заняться — найдем, — пошутил Эллиот.

Джо медленно повернулась к нему.

— Прошу прощения?

— Я знаю, что ты за мной следила.

Ему впервые в жизни удалось застать ее врасплох.

— Э-э, не понимаю, о чем ты…

— В самом деле? — Эллиот стащил перчатку и коснулся пальцем ее пепельной пряди, которая в лунном свете напоминала завиток из серебра, но была мягкой, как шелк. — Ты такая красивая!

Губы Джо разомкнулись, она качнулась ему навстречу, и Эллиот больше не мог сдерживаться. Такой знакомый вкус и аромат вызвал в нем волну желания.

Они впились друг в друга так, будто умирали от голода. Эллиот едва осознавал, что слишком сильно сжимает ее в объятиях — так, словно хочет удержать навсегда.

Джо открылась перед ним и проникла в рот, отдавала и брала, завоевывала и подчинялась. Он знал, что это расхожий штамп, но и правда чувствовал себя как умиравший от жажды, который наконец дорвался до воды.

Эллиот застонал, когда Джо вырвалась, но она всего лишь высвободила руки, чтобы обнять его за шею, зарыться пальцами в волосы, которые отросли за год.

— Такие длинные, — пробормотала она, когда они оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха. — И вьются. Ни за что бы не подумала.

Эллиот улыбнулся, спустившись поцелуями к уху, покусывая мочку, и признался:

— Мне это никогда не нравилось. Камердинер должен был меня подстричь сегодня, но времени не хватило.

— Мне нравится именно так.

— Значит, оставлю все как есть.

— Мы здесь