Искушение недотроги. Мой крылатый соблазн - Алекс Найт

— Твоё участие помогает. Видишь? — она опустила мою руку ниже, положила на свою щеку, на миг прижалась губами к изгибу кисти.

И теперь дрожь пробила моё тело.

— Вижу. Тогда договоримся так. Я буду идти дальше. А ты остановишь меня, когда станет страшно или неприятно, — голос снова хрипел.

Я предлагал неуместное, неправильное, а Айлин и на миг не усомнилась, сразу кивнула, дёрнув уголки соблазнительных губ в лёгкой улыбке. Настолько мне доверяла? Сама хотела большего? А я, я мог доверять себе? Ведь обещал ей безопасность, в том числе от себя, но в мыслях мечтал вновь ощутить сладость сочных губ. А там и зайти дальше, попробовать её кожу на вкус, вызвать стон, разжечь желание в чистой глубине серых глаз. И скрыть своё. Она должна быть уверена в моём самообладании, даже если я в себе не уверен.

Айлин задержала дыхание, когда мои губы коснулись её губ. Таких же мягких, как я запомнил. Они податливо приоткрылись, впуская мой язык. И только тогда Айлин задышала вновь. Её пальцы мимолётно скользнули по щетине на моём подбородке, спустились на плечи и стиснули ткань туники. Я всё ещё прижимал ладонь к её щеке, ловя дрожь её тела. А второй рукой обвил тонкую талию и притянул девушку ближе к себе. Упругие груди коснулись моей груди, позволяя осознать, насколько тонка преграда между нашими телами.

Если задуматься, от главного нас отделяет только её страх и моё обещание. Последнее удручало больше всего. От страхов можно избавиться, а вот как нарушить своё слово? Сейчас, пока ласкал мягкие губы и прижимал Айлин к себе, не понимал, как вообще додумался дать подобное обещание. Считал, что не заинтересуюсь ею? Впрочем, тогда я не мог даже подумать, насколько далеко зайдёт наше общение. Если бы кто-то мне сказал, что Айлин попросит лечить её страхи поцелуями, я бы просто посмеялся. Зато сейчас мне не до смеха…

В голове творился настоящий страстный шторм, а наш поцелуй продолжался. Айлин меня не останавливала, наоборот, отзывалась на мои порывы всё смелее. И вскоре мне стало мало только поцелуев. Оттянув рукав платья, я опустил его на плече Айлин. Припал к хрупкой ключице губами. Скользнул по гладкой коже языком. Айлин судорожно вздохнула, но не стала меня останавливать.

А я распалялся всё больше. Иллюзия вседозволенности кружила голову. Мои губы скользили по обнажённой коже плеч, спускались в ложбинку груди. Айлин вздрагивала и тихо дрожала в моей хватке. Взгляд её затуманился, с припухших губ срывались судорожные вздохи. Мне бы хотелось заменить их стонами…

Всё прервалось внезапно. Я прижал её слишком сильно. Она охнула, и её тело вдруг закаменело. Мои руки переместились на её плечи, ослабляя хватку. Айлин отстранилась, глядя в зону моего паха. Хлопковая ткань брюк почти не скрывала воспрянувший от возбуждения член.

— Ты хочешь меня? — наверное, вопрос звучал бы глупо, если бы не предыстория наших странных отношений.

— Есть реакции, которые я не в состоянии контролировать, — ответил обтекаемо. — Я возбуждён, как видишь.

«И действительно хочу тебя, но если признаюсь, ты унесёшься из моей жизни со скоростью ветра».

— Ты бы так отреагировал на любую девушку? — задала она ещё один осторожный вопрос.

— Практически.

Она кивнула, нахмурив брови.

— Ты меня боишься? — предположил я.

— Нет, — она наконец подняла ко мне взгляд и чуть улыбнулась. — С тобой не страшно. Уверена, будет не страшно, даже если пойдём дальше.

— Насколько дальше? — уточнил я, а фантазия рисовала слишком откровенные образы, чтобы их могла представить невинная девушка.

Я представлял её обнажённой, зовущей меня, выкрикивающей моё имя…

— Например, если бы я легла, — она нервно хихикнула, подтверждая мои предположения о её полнейшей неопытности.

Из коридора послышался щелчок замка входной двери. Похоже, пришла Алекса. Мы вовремя прервались.

Айлин отодвинулась от меня, торопливо поправляя одежду.

— Я хочу увидеть, — вдруг поделилась она тихо, воровато поглядывая на вход в комнату.

— Что?

— Тебя. Без рубашки, — в серых глазах Айлин мелькнул магический огонь, завораживая и выбивая из моей головы все мысли.

И всё же в каком я был бреду, когда обещал её не трогать?

/Айлин/

Я влюбилась в Актеона.

И если раньше отбрасывала мысли о симпатии к нему на подлёте, то теперь, когда состоялся наш второй, а точнее вторые поцелуи, чётко поняла, насколько увязла в чувствах к тому, кто обещал меня не трогать. Он ведь лишь делал то, что я просила, держал себя в руках, был почти равнодушен, если не считать реакций тела, а во мне кипел целый рой эмоций. И больше всего разочарование от мысли о его полном безразличии. Я храбрилась, старалась вести себя смело и расслабленно, но внутренне испытывала грусть.

Актеон должен был стать лекарем моей души, спасти меня от страхов, а теперь рисковал разбить моё неподготовленное к таким чувствам сердце. Наверное, раньше бы я закрылась, попыталась сбежать и отменить все наши договорённости, чтобы защитить себя заранее от разочарований. А теперь не хотела сдаваться, не хотела лишать себя наших встреч. Актеон изначально обозначил границы и сообщил об отсутствии влечения ко мне. Более того, он обещал не допускать интереса, чтобы избавить меня от страха. Но теперь я желала большего. Правда, не знала, как этого добиться.

Он легат, почти бог в своей стране, а я девушка из бедной семьи с душевными проблемами, у него нет причин обращать на меня внимание. За дверью очередь из высокородных девушек, желающих попытать с ним счастье. Он мог получить любую. Воспитаннее меня, умнее, способнее, богаче, в конце концов. Но пока что именно со мной он проводил своё свободное время, и я собиралась продлить эти драгоценные мгновения, испив их яркость до дна. Даже если потом будет больно. Даже если не смогу пробудить в Актеоне хоть толику желания.

Об ответных чувствах не думала, иначе бы пришлось задуматься и о перекраивании планов на своё будущее. Да и не хватало на такое моей уверенности. Однако я намеревалась получить максимум от нашего общения. Не добьюсь взаимности, так хотя бы сотру это разочаровывающее выражение равнодушия с его лица. Именно поэтому, поражаясь собственной смелости, я призналась, что снова хочу увидеть его без рубашки. И очень старалась