Развод. Шанс на счастье - Мил Рэй

Я не стал терпеть. Заявление о разводе швырнул в рожу ее матери.

Та плакала, просила не торопиться с разводом, сказала, что из-за моего плотного графика ее дочурка не выкисает от психологов.

- У Поли затяжная депрессия! – кричала мне теща.

- А дети ее не интересуют? Какого хрена она рожала?! – орал в ответ.

Я безумно люблю дочек, готов отнять их у тупой клуши, которая выносила девочек.

- Они ей не родные! – дрожащими губами говорила мне теща.

- ?

Я охренел, не зная, что сказать.

Иначе как шуткой – такую фразу назвать нельзя.

Моя теща не темная древняя бабка, чтобы такими фразами про моих детей бросаться.

- Андрей! Для женщины это унизительно! Ты… Ты ее заставил делать ЭКО! Ее всю перештопали, как куклу! Она в туалет не могла сходить. Потом кесарево. Ты сам-то понимаешь, что такое рожать? Бездушный хам!

- Полина не может иметь детей вместе со мной. У нас какая-то гребаная несовместимость. Но ЭКО увеличил шансы забеременеть в разы.

К слову, я предложил Полине развестись.

Взаимные разногласия давили на нас.

Но к тому моменту, когда мы решились, первая подсадка прижилась.

Появились на УЗИ мои двойняшки.

Я ожил, сердце забилось в груди с новой силой, будто раньше я вообще не жил.

Любовь к моих солнышкам уничтожило неприязнь к их матери, стерло все, что мне не нравилось в браке с женой. Я был готов жить с ней ради детей.

- Да, ты их обожаешь! Ты прямо Отец года! Но это дети из пробирки!

- Мои дети не из пробирки, ясно? Чтобы вашу рожу я не видел рядом с девочками. И своей тупорылой дочурке передайте: явится в мой дом – вылетит оттуда прямиком в больницу! Я за себя не ручаюсь.

Спорить было бесполезно. Чем больше грязи она говорила, тем больше я понимаю, что контроль теряю.

Я с пеной у рта не собирался доказывать старой пройдохе и молодой мамаше, что Полина выносила девочек в своей утробе и должна их воспитывать.

- Увижу рядом с детьми – лично разберусь с каждой. Бездушные – это вы и ваша дочь, - выплюнул на прощанье.

Настоящее время

Слышу тихий шум на лестнице. Разговор с Глебом нужно завязывать, не хватало еще чтобы девочки или Снежинка услышала, что у бывшая беременна от меня.

- Андрей, твоя жена для меня просто родственница. Да, я ее поддерживаю по просьбе матери. И все! Она беременна от тебя!

- Глеб, хватит нести х*йню. Мы с ней не могли зачать детей, ЭКО делали. А тут вдруг я пришел пьяный с корпората, утром она оказалась в моей кровати в трусах и забеременела? Прости, в сказки не верю. Тест сделаем, но ребенка я не признаю. И о восстановлении семьи речи нет!

Лицо Глеба растягивается в улыбке. Он смотрит куда-то позади меня и говорит:

- Уф, ты прямо как в суде сейчас все по полкам разложил! Молодец, мля! Но если ты не помнишь ваш секс, то не значит, что его было. Вы встретились. Накатило, мало ли. Страсть, животное желание! – глаза Глеба горят, а меня раздражение охватывает.

Глава 20

Голос вибрирует.

Давно меня так никто не выводил из себя.

Машину благополучно увозят. Возня наверху стихает.

- Херовый из тебя адвокат. Я не спал с женой много лет. Не могло быть внезапного влечения. У меня на нее не стоит даже по пьяной лавке и с дикого голодняка.

- А на Клоунессу встал, получается? Зачем колеса ей продырявил, чтобы ночью в кровать затащить? Стареешь, братец! – скабрёзно ржет, кривя губы в адской ухмылке.

- Хватит звездеть! – хватаю его снова за воротник рубашки. – Колеса Полина проткнула. А вот про девушку ты зря спросил. Откуда ты ее мужа знаешь? Архип Солоницкий твой дружок или подельник в грязных махинациях?

Глаза Глеба бегают туда-сюда.

- Да не знаю, я кто это! Просто дом родителей сдал ему на новый год и все!

- И запомнил? Что-то на тебя не похоже.

- Запомнил, потому что он мне потом звонил и требовал бабки обратно! А я сказал, что его жена там была в новогоднюю ночь. Кстати, как она? Вроде аппетитная. Порекомендуешь? – смеется.

После ночи со Снежинкой моя реакция однозначна.

С размаха втыкаю кулак в наглую рожу Глеба, забыв, что он мой брат. В запале еще раз бью его в нос, чтобы расквасить его правильный профиль.

- Ай, аа… - шипит от резкой, острой боли.

Не сдержался. Черт, даже о последствиях не задумался.

- Ты в себе, гребаный мститель? Я твой брат! – кряхтит, собирая кровь в ладошку.

Красная муть течет из ноздрей. Глеб поднимает голову, стараясь дышать. Хватает кухонное полотенце и закрывает расквашенный нос.

- Не смей так о ней говорить, ясно?! Я выясню, что за дела у тебя с Солоницким!

- Ты зря меня ударил! У нас суд через неделю. Я адвокат Полины, это ты зря… - глотая комки, угрожает.

- Ты зря переспал с Полиной! Я докажу, что вы любовники. И тогда наш брачный договор и прочая херня перестают иметь силу. Делить фирму с этой тварью я не собираюсь! А ты не адвокат, а так… Мелкий мошенник!

Разгоряченный перепалкой с братом, я дышу часто. Уши закладывает от гнева, сдерживаюсь, чтобы снова его не ударить.

Глеб, как уж, отползает к выходу. Боится меня.

Но тут же заливается смехом, обернувшись назад на большие панорамные окна в холле. Не понимаю его радости, скорее истерика давит.

Молчание нарушает топот быстрых детских ножек. Мои солнышки бегут к нам, и хорошо, что их так долго не было. Снежана умеет с ними справлять, увлечь крох болтовней или играми. Она необычная, необыкновенная… Я не желаю, что заступился за нее, пусть мне это и не на руку.

- У тебя сто кровь? Ты удалился? – издалека звучит голос моей любопытной Ксюши.

Я вытираю руки кухонным бумажным полотенцем и выхожу к девочкам. Мои крохи и без того супер-впечатлительные. Не хватало, чтобы они видели, как извиваю их любимого дядю…

- Дядя Глеб ты упал? – присоединяется к сестре Лера.

Малышки стоят на ступеньках.

- Девочки, дядя уже уходит. Он упал, ушибся. Неудачно, - говорю, подходя ближе. – А где Снежана?

-