Волчья ягода - Ольга Егорова

Где-то ведь он валяется, этот листок с номером телефона.

Но нет. Все-таки неудобно ей звонить. Категорически неудобно.

Ну что он ей скажет?

«Добрый день, Майя, то есть доброй ночи… Мой сын проглотил вату, намазанную мазью. У него поднялась температура и болит живот. Я слышал, у вас неоконченное медицинское образование… Не могли бы вы приехать и посмотреть его? Я заплачу вам много-много денег, только, пожалуйста…»

Бред, полный бред. К тому же «неоконченное медицинское образование» – это слишком расплывчатое понятие. Может, она, эта самая Майя, ни черта в медицине не смыслит… А если даже и смыслит…

Хотя деньги ведь ей наверняка нужны. И даже очень нужны. Иначе не стала бы писать детским почерком на листочках в клеточку объявления и стоять полдня у чужой плиты за четыреста рублей…

Тогда, может быть, все-таки?..

Федор застонал, переворачиваясь на спину.

Арсений даже спрашивать уже боялся у него про живот, а температуру проверять было еще рано…

– Ладно, – сказал он, поднимаясь. – Выхода другого у нас все равно нет. Сейчас я позвоню этой самой Майе и… По крайней мере спрошу у нее, насколько это опасно, если ребенок проглотил вату… А там уже посмотрим…

Облака вечером были красивые, дымчато-жемчужные, и Майя искоса поглядывала на них, изредка отрывая взгляд от вязаного полотна и жалея себя за то, что нет у нее возможности отложить в сторону свое вязанье и любоваться этими облаками столько, сколько хочется. До тех пор, пока они не исчезнут с горизонта.

Она любила смотреть на облака, а жалеть себя не любила нисколько. Но все-таки иногда жалела, потому что очень часто, кроме нее, сделать это было и некому.

Ночь наступила почти внезапно: желтая молния ловкой змеей скользнула на темной синеве горизонта и потухла, унося с собой дневной свет. Часа через два Майя отложила вязанье и посмотрела на циферблат: почти двенадцать. Глаза слипаются, но все-таки нужно еще заставить себя собрать джемпер, потому что завтра утром она обещала принести его в магазин.

Нарушать данные обещания Майя не любила.

А еще, перед магазином, надо успеть забежать в поликлинику и занести еженедельную баночку. Ох уж эти анализы! Но идти придется, потому что в прошлый раз врачи усмотрели какое-то отклонение от нормы в количестве то ли сахара, то ли белка. И если Майя завтра не появится в поликлинике, ей по первое число попадет от строгой гинекологини.

«Час, – мысленно прикинула она, раскладывая готовые уже детали на столе. – Максимум – полтора, больше на сборку не уйдет. Ничего страшного, можно будет выспаться завтра днем. Или вечером лечь спать пораньше. Или…»

Она была стопроцентным жаворонком, просыпалась всегда рано и чувствовала себя отлично, а вот вечером после одиннадцати у нее обычно слипались глаза, и заставить себя сосредоточиться на работе было очень трудно.

В начале первого неожиданно зазвонил телефон.

Она вздрогнула и сразу же испугалась: ночной звонок – всегда предвестник беды, просто так звонить в первом часу ночи никто не станет. Неужели что-то случилось с мамой?

Телефонный аппарат стоял в прихожей, и она бросилась к нему бегом. Схватила трубку и услышала мужской голос:

– Майя? Вы… не спите?

Сердце упало вниз. Голос был незнакомый и… встревоженный. Эта тревога чувствовалась на расстоянии, и ей вдруг стало совсем-совсем плохо.

– Что-то случилось? Не тяните, говорите быстрей!

На минуту в трубке воцарилось какое-то странное молчание. Потом она наконец услышала:

– В общем-то случилось… Мой сын… Он проглотил вату. И теперь…

– Что? – Майя едва сдержала нервный смех, который утонул во вздохе облегчения: слава Богу, кто-то ошибся номером! Чей-то сын проглотил… Что-то там такое проглотил, не важно, главное – она здесь совершенно ни при чем…

Есть все-таки Бог на свете!

– Извините, молодой человек. Вы ошиблись номером. Пожалуйста, наберите правильно, – радостно сказала Майя и повесила трубку.

На самом деле она просто расцеловать его была готова, этого незнакомого человека со встревоженным голосом, за то, что он, как выяснилось, и не собирался сообщать ей ничего ужасного. Просто ошибся номером, вот и все…

Но не успела она вернуться к своему джемперу, как телефон затрезвонил снова.

Майя нахмурилась. Опять он? Ясно же объяснила, что не туда попал. Какого черта опять звонит? Или это не он?

– Майя? – Это был он. – Извините, что я вас так поздно беспокою. Это Арсений. Помните, вы вчера у нас были, готовили торт и котлеты… Арсений, Волк.

– Волк? – Она вспомнила и его, и его голос. – Ну да, я вас помню. А зачем вы звоните?

– Видите ли… – Арсений Волк замялся, пытаясь подобрать слова. – У нас здесь неприятности, и я хотел попросить вас, чтобы вы… В общем, нужна ваша помощь…

– Что, блины на ночь глядя затеяли? – развеселилась Майя. – И не знаете, сколько соды в тесто добавлять нужно, да?

– Это хорошо, – почему-то сказал Арсений Волк.

– Что хорошо? – удивилась Майя и подумала, что этот тип какой-то странный.

– Хорошо, что вы не сердитесь и не ругаетесь. Если честно, я был уверен, что вы меня просто… пошлете подальше, и все. Я даже боялся немного вам… звонить.

– И правильно боялись. Вам очень повезло, что я до сих пор вас не укусила и не ужалила. Обычно я так и делаю, когда мне звонят среди ночи по телефону. Так что у вас там случилось? Или правда блины затеяли?

– Ночь только начинается, – возразил Арсений Волк, – а у нас случилась неприятность. То есть даже не неприятность, а небольшая беда. В общем, Федор… Федор – это мой сын, вы помните?

– Помню, – коротко ответила Майя, вспоминая вихрастого черноголового мальчишку.

– Так вот, он… Проглотил вату.

Повисла пауза, в тишине которой Майя сумела прочитать мысли своего странного ночного собеседника.

Конечно же, он ждет, что она сейчас станет над ним смеяться. Наверняка уже звонил с этой ватой в «Скорую помощь», и его там быстренько отфутболили, а он не успокоился. И теперь она для него – последняя надежда.

Есть все-таки на свете отцы, которые любят своих детей. Так сильно любят, что готовы ради них выглядеть круглыми дураками, звонить в первом часу ночи незнакомым женщинам и нести сущую околесицу.

– Успокойтесь, – сказала она серьезно. – Это совсем не страшно. Дети иногда глотают кое-что посерьезнее ваты…

– Вы правда врач? – с надеждой спросил Арсений Волк.

– Не правда, – усмехнулась в ответ Майя. – Я бывшая студентка медицинского института. Почувствуйте разницу.

– И все-таки… Понимаете, мне больше не к кому обратиться.