Звездочка - Елена Лагутина

— Что-то было не так в вашей жизни? Почему вы теперь не спите?

— Было, — вздохнул он. — Когда-нибудь я вам расскажу. Когда мы перейдем на ты.

— Давайте сейчас!

Она смотрела на него прямо, по-детски искренне. Она этого и в самом деле хотела, понял он.

— Хорошо… Ты…

Получилось неуверенно. Как будто он учился ходить. Это «ты» приближало его к ней на опасное расстояние.

— Я первый раз говорю так откровенно… с тобой, — сказала она. — После долгого-долгого перерыва. Вообще-то я привыкла скрывать от окружающих свои настоящие чувства. Мне всегда кажется, что я кого-то обижу, если думаю не так, как он. Или меня обидят…

— Похоже, нам с тобой просто надо заново учится разговаривать по душам, — невесело улыбнулся он. — Конечно, дело нелегкое… Но наплевательски к этому относиться мы просто не имеем права. Из-за Ника…

Она и сама не знала, что с ней происходит. Вернулось спокойствие, и ей даже было хорошо — первый раз за долгие месяцы зимы в сердце…

Он пил кофе, и она снова отметила, что он похож на Сережку, только повзрослевшего, печального и… надежного…

Где-то играла музыка. Она узнала ее — «Белль» из «Нотр-Дам де Пари»… Только на русском.

«Он похож на него, и в то же время это ведь не он, — подумала она. — Просто ты пытаешься объединить два лица в одно… А это ведь невозможно!»

Он почувствовал ее смятение, поднял глаза и попытался успокоить ее взглядом.

Она больше всего сейчас хотела, чтобы он дотронулся до ее руки. Как будто этим прикосновением он разрешил бы сейчас все ее сомнения… Сказал бы: «Брось, Рита. Это только глупцы не верят в любовь. Если им поверить, так вообще получится сплошная фигня. Для чего же тогда жить? Для глупых вещей — деньги, секс и прочая ерунда?»

Она втайне ждала этого прикосновения как признания и боялась.

«Если сейчас он…» — загадала она, и раньше, чем додумала, он мягко и нежно взял в свои руки ее пальчики.

«Да!» — забилось ее сердце.

Она боялась поднять глаза и не отнимала руки.

— Рита, — сказал он немного хрипловато, как будто и сам волновался, — ты опять уходишь… Вернись. Мы же решили учиться быть искренними.

— Решили, — эхом отозвалась она, все еще пытаясь понять саму себя и то, что теперь жило там, внутри, в душе, согревая ее, становясь все больше и больше…

— Тогда не уходи. Там, в прошлом, вряд ли есть что-то, способное тебе помочь… А то, что мешает, надо выкинуть. То есть рассказать. Мысль изреченная есть ложь. Если ты сейчас превратишь это в ложь, то есть в горстку ненужного мусора…

Она вздохнула коротко, как ребенок, который решил заплакать.

— Все дело в Никином отце, — сказала она так тихо, что он едва расслышал. — Я все еще жду его. Ищу его постоянно в каждом другом мужчине. Может быть, я…

Она замолчала, собираясь с силами, потом подумала было, что не надо бы ему об этом говорить, но — искренность ведь главное условие их дружбы!

— Может быть, я ищу его в тебе…

Он постарался скрыть от нее, что ему стало на мгновение больно. Как будто она ударила его. Меньше всего ему хотелось бы быть отражением чьего-то лица. Именно для Риты.

Может быть, для кого-то другого… Но не для нее…

Он сдержался, и когда она наконец-то подняла глаза и встретилась с его взглядом — он просто серьезно и спокойно улыбнулся ей.

— Расскажи о нем, — попросил он. — Раз он так важен для тебя…

— Важен? Наверное…

Она хотела сказать: «Уже нет», — но испугалась. Прежний опыт говорил ей, что за чрезмерную откровенность приходится жестоко расплачиваться.

И она начала рассказывать ему о том, другом, Сергее.

Как они встретились в театре. Как потом он исчез на две недели. Она говорила долго, то и дело вскидывая глаза — не устал ли он, не скучает ли? Ей бы этого не хотелось… Ей было это важно — чтобы он понял ее.

Но он сидел, обхватив пустую чашку обеими ладонями, рассматривая ее дно — словно пытался прочесть в кофейных разводах свое будущее. Или ее будущее… Или…

— Вот так все кончилось, — сказала она. — Сергея не стало, а Ник… появился. Все дело во мне, правда? Это я виновата. Мне просто не хватило терпимости… Ведь можно смириться с недостатками того человека, которого любишь. А я все время доказывала свое право на существование, и вышло так, что я скрываю истинные чувства. И он тоже… Нам хотелось представить все как дружбу.

— А та, другая? — спросил он.

— Оля? О, это особая история… Наверное, она очень хотела быть с ним рядом. Она оказалась в нужном месте в нужный час… Мы опять поссорились. Снова причиной стала мелочь — это становилось невыносимым! Я ушла, хлопнув дверью. Он знал, что я всегда возвращаюсь. Но на этот раз… Я твердо решила, чего бы мне это ни стоило… Когда отношения заходят в тупик, что остается делать? Та, единственная, ночь, когда мы были вместе, как раз и кончилась сценой. Поэтому мне и было так обидно… Я твердо решила — все. Ничего больше не будет. С этим надо завязать, как с дурной привычкой…

На секунду она прервала рассказ — ей показалось, что Ник проснулся и вскрикнул.

Она встала, на цыпочках подошла к двери, приоткрыла ее.

Ник спал.

Рита вернулась.

— Спит, — сказала она. — Просто почудилось… словно кто-то вскрикнул.

— Так ты не вернулась?

— Нет, — усмехнулась она. — Отдалась сладкому чувству обиды… Когда мы нечаянно встречались, я всем видом показывала, как мне хорошо без него… Тем более что Оля все чаще и чаще оказывалась рядом…

Видения из прошлого… Рита так устала от них! «Познакомься, это Оля… — В голосе из прошлого звучали мстительные нотки. — Ты страдаешь? Что ж, я рад…»

И рядом — та девушка из душа. Стояла, властно вцепившись в его руку. Разве Рита сможет забыть ее торжествующий взгляд? «Риточка, вы заходите к нам, мы с Сереженькой всегда будем рады вас видеть!»

Именно так это и было — и Рита тоже пыталась отомстить. Бесконечная череда обманов… А глазами искали друг друга, и некуда было спрятаться от самих себя. «В волосах моих заблудились мысли твои — неужели ты этого не понял?»

Понял… Но когда понял, насколько «мысли заблудились» там, в завитках этих каштановых, было уже слишком поздно.

— Конечно, он появился. Но я уже знала о Наде. Надя ведь старше Ника на несколько месяцев… Я знала — в том, что произошло, виноваты мы. Трое. Я, Сережа, Оля… Но только не Надя. Знаешь, я просто поняла — мы с Ником уже умеем жить без него. А она?

Рита снова прервала рассказ. Понимает ли он, каково ей было принять то решение? «Я больше не могу так, — вспомнила она. — Я не могу без тебя… Я решил — хватит, Рита! Я ухожу. Ухожу к тебе…»