Звезда в темном небе - Дороти Слайд

— Не думаю, что я представляю угрозу для твоего душевного спокойствия. Хотя мне бы этого хотелось.

— Не говори глупостей! И очень тебя прошу, не порть день попытками пофлиртовать со мной.

Пьер промолчал, хотя она ожидала шутливого ответа. У него был серьезный вид, и Кей решила сменить тему разговора.

На обратном пути она пошла мимо ресторана, который располагался ближе к воротам, и встретила Марка. Он опять передвигался с трудом.

— Зачем ты пришел? Мог бы попить чаю в фургончике.

— Чай кончился, — ответил Марк. — Утром я чувствовал себя неплохо, но эта чертова мышца снова отказывается работать. Лейла заходила час назад. Я сказал ей, что не голоден, иначе она осталась бы до вечера.

— Aгa, значит, она была у тебя, — резюмировала Кей, вспомнив предположение Пьера.

— Да. — Он опустил взгляд на ее ногу. — Она сказала, что ты стукнулась о стол и упала…

— В объятия Пьера, — подсказала девушка, но объяснять ничего не стала.

— Общество юного Пьера должно быть приятным. Он жизнерадостен и любезен. Рад, что он развлекает тебя. — Марк покачнулся и оперся на трость.

— Позволь, я помогу тебе, — предложила Кей и тут же поняла, что не надо было этого говорить.

— Это просто легкий спазм. — Он отстранился.

Заглянув ему в лицо, Кей поняла, что спазм был сильным.

Больше сказать было нечего, Марк стал медленно подниматься по ступенькам. Кей вспомнила, что не спросила его об Эйлин, и пошла за ним.

— Она немного повеселела. Сейчас лежит. Ей нужно чуть-чуть заботы, только и всего. Постараюсь уговорить ее пойти на ужин в ресторан.

— Почему ты назвал Пьера юным? — вдруг выпалила девушка. — Он не так уж и юн. Ему двадцать шесть лет. А ты говоришь так, словно в дедушки ему годишься!

Марк взял чашку у официанта и пробормотал «спасибо».

— Я так его назвал? Наверное, потому, что он веселый, энергичный и живой. Такой, каким мне уже никогда не быть. — Это было похоже на крик души, и он постарался поскорее превратить все в шутку. — Мое бедро подсказывает мне, что я вряд ли снова стану снежным барсом.

Кей хотела возразить и замахала руками, но он остановил ее:

— Я смогу лазать по горам, но не так, как раньше. Суставы уже не те и возраст. Альпинист всегда понимает, когда наступает такой момент. Только к большинству это приходит постепенно, а мне это показала моя травма. Впрочем, не важно, что открывает тебе глаза. Важно, что это неизбежно.

Он говорил тоном, не терпящим возражений, и Кей не стала спорить. Сочувствие ему не нужно. Ему придется справиться с этим самостоятельно.

Странное беспокойство, вдруг овладевшее Кей, заставило ее пойти в фургончик Марка после работы.

Дверь была открыта нараспашку. Еще с порога она заметила его у стола. Привычно постучав о косяк, девушка поднялась по ступенькам и вошла. Он раскладывал пасьянс.

— Ты ужинал в ресторане? — поинтересовалась она.

— Нет. Перекусил тут, бутербродами с сыром. Эйлин выпила чаю и поклевала чуть-чуть. И рано легла спать. Она меня беспокоит.

Его слова озадачили ее. У Эйлин есть муж, мысленно рассуждала она. Так почему же Марк так о ней волнуется?

— Она еще очень слаба, но уже не больна, — наконец смогла подобрать слова Кей.

— Ей нужна забота. Участие. Одиночество ей не на пользу.

На следующий день Кей увидела Марка около полудня. Он зашел в офис.

— По-моему, пора предпринять какие-то меры относительно Эйлин Мэрстон, — сказал он Джейн. — Кто-то должен пойти к ней и узнать, как она себя чувствует.

— Зачем? Она разве не выходила сегодня? Так постучите к ней…

— Я стучал, — перебил ее Марк. — Кричал под окнами. Даже смог отодвинуть занавеску через форточку. У вас есть ключи от фургончиков такого типа? Мы можем попасть внутрь?

— Ключи все разные, даже у одного типа фургончиков. А если она оставила ключ в скважине, то нам ни за что не открыть замок. Можно, конечно, через окно… — Джейн запнулась.

— Я об этом уже думал, — перехватил у нее инициативу Марк. — Но оно слишком высоко для меня. Мне не запрыгнуть и не подтянуться. Мое бедро… — Он раздраженно посмотрел на ногу.

— Пьер может влезть через окно, — вставила Кей.

Марк повернулся и только теперь посмотрел на нее.

Джейн была не в восторге от их плана, но тут пришел Анри, и Марк рассказал ему обо всем.

— Да, пожалуй, нам нужно узнать, что да как. Разберемся, почему она не отзывается. Пьер справится.

Кей поднялась:

— Я могу позвать Пьера. И присмотреть за магазином, пока он будет там.

— Я запру офис. И мы все вместе пойдем узнать, что случилось с миссис Мэрстон, — решила Джейн.

Кей побежала к Пьеру, чтобы отослать его к Эйлин.

Пьер вернулся не скоро. Едва завидев его, она бросилась навстречу, чтобы поскорее все узнать.

— Дюрвилли пошли звонить врачу. Мы не смогли ее разбудить. Наверное, она в коме. Хорошо, что мистер Коллинз настоял на своем.

Кей смотрела на него, онемев.

— Меня просили тебе передать, чтобы ты шла обедать. Народу нет, так что и я скоро пойду.

— Есть? — спросила она. — Мне что-то не хочется. Подумать только… Мне нужно поговорить с Марком. Все это, должно быть, подействовало на него.

Пьер изумленно покосился на нее. Он запер дверь и пошел в сторону ресторана.

Марк сидел у фургончика в крайне подавленном состоянии.

— Как я и предполагал, она тяжело больна, — сказал Марк вместо приветствия. — Пусть только вернется ее муж, я ему все выскажу.

Почему его так тянет устроить склоку, удивилась Кей и уже хотела объяснить ему, что своими действиями он может и навредить и вообще все это не его дело, но тут к соседнему фургончику подъехала машина.

Девушка решила, что это врач. Но из машины вышел муж Эйлин и растерянно огляделся.

— Наконец-то вы приехали! Ваша жена в тяжелом состоянии. Мы ждем доктора.

— В тяжелом? — недоуменно переспросил молодой человек. — Но два дня назад она была в порядке. — Он взбежал по ступенькам.

Вскоре прибыл и врач.

— Значит, он и твой доктор? — спросила девушка Марка, чтобы снять напряжение.

— Да. Его вызывают сюда ко всем, кому нездоровится.

Марк поднялся и пошел навстречу доктору, который вышел из фургончика.

— Она поправится. Но ей нужно поспать. Думаю, проснется она с сильной головной болью и тошнотой. Но таблетки безвредны.

— Таблетки! — повторил Марк в ужасе.