Пленница любви - Джуд Деверо

— Но других детей у нее не было.

— Нет, только я. Некоторые ветви Монтгомери очень плодовиты, а некоторые — нет. Среднего же не дано.

Тайнан растянулся на траве рядом с Крис.

— Судя по тому, что ты рассказываешь, она была замечательной матерью. Ты скучаешь по ней?

Крис отвела взгляд в сторону.

— Не проходит и дня, чтобы я не тосковала. Она была сильной и мягкой, чуткой и умной, мудрой и… Она обладала всеми качествами, о которых можно только мечтать.

— Мне кажется, ты очень на нее похожа.

Крис широко улыбнулась.

— За это можешь развернуться и положить голову мне на колени.

Тайнан так и сделал.

— Это честь для меня. — Он устроился поудобнее. — Как здорово. — Крис убрала волосы с его лба. — Никогда не встречал таких женщин, как ты.

— Вот и хорошо. Тай, теперь, когда ты свободен, что ты собираешься делать?

— Я еще не свободен. Я должен доставить тебя к твоему отцу.

— А что ты еще умеешь делать, кроме того, что метко стреляешь, хорошо держишься в седле, напиваешься и попадаешь в тюрьму?

Тайнан усмехнулся.

— По твоим словам, получается, что немного, верно? Ладно, давай подумаем, что я умею делать. Женщины, я полагаю, не в счет?

— Естественно.

— Понятно. — Он открыл глаза. — Я могу одновременно управлять четырьмя публичными домами.

Крис недовольно фыркнула.

— Почему-то мне кажется, что это не очень достойное…

— Нет, не женщинами. Этим всегда занималась Рыжая, за исключением тех случаев, когда возникали драки, — тогда я разнимал дерущихся. Однажды бухгалтер Рыжей был убит в перестрелке — добавлю, что я в ней не участвовал, — и она попросила меня заняться счетами, потому что банк намеревался наложить лапу на один из домов.

— И наложил?

— Нет, черт побери. Ой, извини. Оказалось, что бухгалтер, этот мелкий проныра, воровал у нее деньги. Я нашел их под парадным крыльцом его дома. И мне пришлось учиться бухгалтерии, чтобы разобраться в той путанице. Теперь каждый раз, когда я навещаю Рыжую, я проверяю ее счета.

— Какое ценное умение. Отец говорит, что половину его империи составляет бухгалтерия. Ты мог бы оказаться ему полезным.

— Уверен, что твой отец с радостью доверит свои счета какому-то бандиту.

— Свою дочь он уже доверил, — тихо проговорила Крис.

— Думаю, этим он ограничится, — сказал Тайнан и погладил ее по руке. — Крис, как ты думаешь, он говорил серьезно, когда предупреждал, чтобы я не прикасался к тебе? И вообще он хотя бы представлял, что от меня требует? — Сейчас Тайнан гладил ее по шее.

— Наверное, он что-то слышал о твоей репутации в отношении женщин и хотел защитить непорочность своей дочери.

— Если никто из нас никому ничего не расскажет, он, естественно, ничего не узнает. — Тайнан наклонил ее голову к своему лицу.

— Но мой муж все узнает в первую брачную ночь.

— Какой муж? — Их губы были почти рядом.

— Тот, за которого я выйду. Человек, с которым я собираюсь прожить всю жизнь.

Тайнан все тянул и тянул ее к себе, но Крис упорно сопротивлялась.

— Но на днях ты сама предлагала мне себя.

— Тогда я думала, что ты ничего не можешь, и считала себя в безопасности. — Она помолчала и решительно произнесла: — Ну все, хватит, нам пора вернуться к остальным.

— Одну минутку, — сказал Тайнан и, преодолев ее сопротивление, притянул к себе.

Губы Крис раскрылись навстречу его губам, и она снова окунулась в те ощущения, которые каждый раз охватывали, когда к ней прикасался Тайнан. Она, казалось, растворилась в нем.

Тайнан был опытным любовником, и вскоре Крис уже лежала на траве рядом с ним. Когда Тайнан забросил на нее ногу, Крис выгнулась ему навстречу, моля телом о ласке.

Позже Крис спрашивала себя, что было бы, если бы он не услышал голоса и поспешно не отпрянул от нее.

— Они возвращаются, — прошептал Тайнан. — Одевайся. — Он усадил ее рядом с собой, привалил к своему плечу и принялся застегивать ей платье.

— А что, если я надену платье с застежкой спереди? — хрипло прошептала Крис.

— Ни в коем случае. Пожалей мою психику и свою девственность. Хватит искушать меня, ты и так перегибаешь палку. Давай вставай и придай своему лицу другое выражение, а то ты выглядишь одурманенной. Они идут.

— Сейчас, Тайнан, — пробормотала Крис, когда он, как куклу, поставил ее на ноги.