Шепчи мне о любви - Ширли Басби

За обедом Ройс и Захари обсуждали, где провести лето.

— Так ты собираешься погостить у Джулиана Девлина? — спросил Ройс с некоторым удивлением. — Пусть вы стали друзьями, но ты уверен, что хочешь провести с ним несколько недель в деревне?

Захари смущенно улыбнулся:

— Я знаю, это покажется тебе странным, но как только мы перестали враждовать, обнаружилось, что у нас куча общих интересов. — Его глаза зажглись энтузиазмом. — Джулиан говорит, что в Сен-Одри-Холле прекрасная рыбалка и что там мы вволю поездим верхом, не то что в Гайд-парке. Кажется, уже вечность я не мог позволить себе как следует пришпорить лошадку. Мне надоело во всем сдерживать себя!

— А граф? Ты не забыл о нем?

Захари покачал головой:

— Это был мой первый вопрос Джулиану, но он сказал, что его отец редко бывает в Сен-Одри-Холле — с ним связаны горькие воспоминания.

Левая бровь Ройса скептически поднялась:

— Горькие воспоминания? У графа?

— Гм… — Захари бросился на диван. — Джулиан рассказывал мне, что граф был очень привязан к своей невестке и, когда та умерла, обнаружил, что не может подолгу оставаться там, где все напоминает ему о ее кончине.

С выражением недоверия на лице Ройс усмехнулся:

— Мы говорим с тобой об одном и том же человеке, не правда ли? Седьмом графе Сен-Одри, Стивене Девлине? Самом надутом и недобром типе, которого я когда-либо встречал? И ты пытаешься втолковать мне, что он способен чувствовать и даже страдать? Позволь мне усомниться в этом, дружочек!

Захари задумался.

— Ну, если верить Джулиану, это единственное теплое чувство, которое граф испытывал к кому-либо, кроме себя. Говорят, именно чрезмерная его привязанность к умершей была причиной охлаждения отношений графа с женой. — Захари добавил:

— Как я понял, его невестка отнюдь не была старой ведьмой. Напротив, это было очаровательное, прелестное молодое существо, и Лусинда ясно дала понять, что нисколько не жалеет бедную женщину, умершую родами. Еще бы! — воскликнул он насмешливо. — Ведь богатство Девлинов, которым так чванится леди Лусинда, досталось им после ее смерти! Если бы бедняжка не завещала все свои сокровища графу, Девлины и сейчас были бы бедны как церковные крысы.

Помимо своей воли заинтересованный рассказом, но не желая, чтобы Захари заметил это, Ройс произнес, насмешливо растягивая слова:

— Подумать только, ты и Джулиан, кажется, уже обсудили большую часть их семейных историй!

Слегка покраснев, Захари быстро ответил:

— Ты ошибаешься! Джулиан ни словом не обмолвился мне об этом. Мать Леланда и леди Лусинда — приятельницы. И когда я прошелся однажды насчет холодности между родителями Джулиана — ведь и слепому видно, что между ними нет любви, — Леланд и Джереми объяснили мне все. Леланд рассказывает, что граф влюбился во вдову своего брата и Лусинда не простила ему этого. Вообще он уверяет, у леди Лусинды исключительная память, и даже спустя двадцать лет она ненавидит умершую. А мать Леланда объясняет это тем, что Лусинда была увлечена старшим братом графа и именно поэтому возненавидела его юную вдову. Старший брат ни в чем не был похож на младшего — отца Джулиана. Леланд рассказывал, что его звали «лихим графом» и очень любили в свете. Готов заключить пари, что Джулиан в дядю, а не в отца.

Бросив взгляд на увлеченного рассказом Захари, Ройс с пафосом заметил:

— Как интересно! Весьма, весьма романтическая история!

Захари, увидев насмешку в прозрачных глазах кузена, сконфуженно улыбнулся:

— Леланд — хороший парень, но так много болтает!

— Да, — ехидно подтвердил Ройс. — И ты, кажется, подцепил от него ту же привычку.

— Но ты не можешь отрицать, что это действительно Схватывающая история! Подумай только — «лихой граф» женился на богатейшей наследнице вдвое моложе его, а затем, когда всякий ожидал, что он остепенится и осядет в деревне вместе с молодой прелестной женой, его убивают. А потом лишившуюся близких молодую вдову утешает младший брат, который унаследовал титул старшего и который, кстати сказать, ненавидел его. Но вскоре