Неотразимый мужчина - Барбара Картленд

— Тогда ты понимаешь мое состояние, — с надеждой в голосе сказала Кларинда. — Пожалуйста, помоги мне… помоги.

Женщина, называемая Молли, покачала головой.

— Это безнадежно, дорогая, — ответила она. — Даже если бы ты предложила мне миллион золотых гиней, я не смогла бы помочь тебе выбраться отсюда. И не потому, что мне не нужны деньги, но потому, что ни одна женщина не могла покинуть Пещеры, если только ее не сопровождал джентльмен.

— Ты уверена в этом… вполне уверена? — спросила Кларинда задыхающимся голосом.

— Так же, как в том, что я здесь стою, — ответила Молли. — И джентльмены, которые явились сюда, пришли лишь с одной целью — и ты знаешь, в чем она состоит.

— Но я не знаю, — ответила Кларинда. — Мистер Верной сказал, что вы должны мне рассказать о том, что меня… ожидает. И мне хотелось бы… знать.

— Лучше тебе об этом не знать, — ответила Молли. — Послушай моего совета, выпей то, что находится в этом пузырьке, хотя сэр Джеральд и не велел делать этого. По правде сказать, я не выношу этого человека, несмотря на то что он щедро тратит свои деньги, когда это доставляет ему удовольствие.

— У меня нет никакого желания лишать себя сознания, — запротестовала Кларинда.

— Тогда выпей чего-нибудь горячительного, дорогая. От джина тебе полегчает, уверяю. Сейчас я дам тебе стакан.

— Нет… нет! — закричала Кларинда. — Я не хочу… ничего! Скажи мне, что я должна буду делать?

— Отслужить Черную Мессу — я полагаю, ты слышала о ней? — спросила Молли.

В глубине своего сознания Кларинда догадывалась о том, что могло происходить в Пещерах. Она когда-то читала, что Екатерина Медичи, жена Генриха II, участвовала в церемонии Черной Мессы для того, чтобы разрушить любовь своего мужа к Диане Пуатье.

Она прочитала описание этой церемонии на французском языке и подумала тогда о том, что если бы книга выходила в Англии, то все это было бы описано не так образно и не столь откровенно.

«Черная Месса»! Теперь, без всякой подсказки, она знала, какую роль ей предстояло сыграть. Венера была обнаженная женщина, которую клали на алтарь и над которой совершали богохульную мессу.

Эта мысль, будто вспышка, озарила ее сознание, и она почувствовала, что ее оставляют силы и ей становится, дурно при мысли о том, что ее может ожидать.

Дрожа всем телом, она прижала руки к своему лицу, будто хотела стереть весь тот ужас, который предстал перед ее мысленным взором.

— Тебе лучше выпить, дорогая, — сказала Молли, принеся стакан, наполовину наполненный неразбавленным джином, и протягивая его трепещущей Кларинде. — Они возьмут тебя, когда окончится служба, и первым будет Хозяин. Но к тому времени они в большинстве своем будут пьяны или одурманены наркотиками, и тебе необходимо немного выпить — истинно тебе говорю.

— То, что мне сейчас нужно, так это совсем не наркотики, — ответила Кларинда тихим голосом.

Теперь она знала, что если к моменту окончания службы она не будет спасена, то ей останется только одно — умереть.

На столах были ножи, подумала она. Она завладеет одним из них и убьет себя еще до того, как ее обесчестят.

Вполне ясно она представила себе то место на теле, в которое надо будет вонзить нож, чтобы смерть наступила мгновенно. Она вспомнила, как ее приемный отец рассказывал о том, каким образом победивший гладиатор убивал побежденного, когда римский император опускал книзу большой палец руки.

Это же место на теле выбирали и японцы, когда, совершая харакири, они падали на свой меч. Любым путем она добудет нож и убьет себя, прежде чем Николас или кто-либо другой дотронется до нее.

Похоже, с принятием этого решения Кларинда обрела новые силы. Она отняла руки от лица.

— Скажи мне, — сказала она Молли, — что будет… сначала?

— Ты снимешь одежду, дорогая, — ответила Молли, — и я надену на тебя белое одеяние Венеры. Когда они будут обедать, ты будешь сидеть у подножия алтаря. Никто из мужчин не притронется к тебе, ты предназначена для самого Сатаны.

На секунду Кларинда затрепетала.

— Неужели… неужели эта церемония действительно вызовет… магические силы… подземного мира? — спросила она.

Молли выдавила из себя смешок.

— Даже если это и так, то я ни разу не видела и не слышала ни одной из них! — ответила она. — Но те, кто выпил достаточно много спиртного или одурманил себя наркотиками, клялись, что видели картины потустороннего мира.

Кларинда вздохнула с облегчением, к тому же она знала, что ей не следовало даже в мыслях допускать подобные вещи. Если ей суждено было спастись, то лишь одно могло спасти ее — сила добра. Николас и ему подобные развращенные личности, которые вызывали темные силы для удовлетворения своей похоти, не имели права насмешничать над Богом.

«Я должна молиться, — подумала она, — молиться, как никогда, до тех пор, пока Господь своей милостью не пришлет лорда Мельбурна, чтобы меня спасти».

Но она видела вход в Пещеры и поэтому не могла представить себе, как ее спаситель сможет проникнуть через него. Ужас по-прежнему цепко охватывал ее, однако Кларинда чувствовала, что, несмотря на это, она уже справилась с собой и не была на грани обморока, как несколько минут назад.

Послушно, без всякого протеста, она пошла в угол зала вместе с Молли и начала снимать свою одежду.

В этот момент в пещеру вошли другие женщины.

Почти все они были одеты в сверкающие блестками вечерние платья, от всех них исходил запах дешевых духов, и все они без умолку переговаривались громкими вульгарными голосами. Все были молоды и достаточно привлекательны, но лица их были сильно накрашены. Они постоянно хихикали и смеялись от предвкушения того, что ожидало их впереди.

На многих из них были монашеские сутаны, а под ними не было почти ничего. Их обнаженные ноги открывались при ходьбе, а яркие туфли странно сочетались с суровой темной одеждой — точно так же, как их красные губы и пронзительные алчущие взгляды.

В то время как Молли помогала Кларинде раздеваться, аббатиса болтала не умолкая:

— Здесь не так хорошо, как в клубе сэра Фрэнсиса Дэшвуда, — говорила она. — У него там банкетный зал и внутренний храм в самой глубокой части горы.

Там протекает ручей, наполненный «нечестивой» водой, как назвали ее братья. В этом ручье новички принимают крещение. Все там устроено на более высоком уровне, но здесь мы имеем возможность собраться все вместе. Они не жалеют денег, когда дело касается еды и напитков.

Кларинда в ответ промолчала, и Молли продолжала болтать:

— Из Лондона привозят все, включая слуг. Мистер Верной говорит, что им завязывают глаза, чтобы они не знали, куда идут. Но, держу пари, кто-нибудь из них бросил украдкой взгляд-другой, ведь рано или поздно это может им пригодиться.