Никому тебя не отдам - Арина Зимняя

- Неа.

- А придется. Не скажу и не допытывайся, ладно,маленькая моя? Не могу. Но точно гарантирую - никакой агрессии в сторонуРадова, пока он сам что-то не предпримет, не будет.

*****************************

Богдан сидел в своем рабочем кабине, в зданииавтосалона. Бросив машину возле входа и отдав ключи охраннику, он прошел черезчерный вход и запер за собой дверь. Разговор с недовольным отцом менее получасаназад серьезно выбил парня из колеи. Он раз за разом прокручивал диалог вголове вновь и вновь:

- Богдан? Где ты сейчас?

Отец был обманчиво спокоен. Но Радов-младшийзнал этот тон. И ничего хорошего он ему не предвещал.

- Еду в автосалон.

- Что ты ночью там забыл?

- Брал машину на тест-драйв.

Отец помолчал.

- Фиговый у тебя тест-драйв вышел! Объясни мне,сын, каким образом ты умудрился перейти дорогу самому Мирославу Натановичу?

Богдан впал в замешательство. Он сообразил о комречь - Мирослав Натанович входил в Совет директоров банка, часть акций которогопринадлежала и его отцу. Контрольный пакет был именно у Мирослава.

- Понятия не имею! - честно ответил он. СМирославом он и знаком-то не был, только много слышал о нем от отца. Серьезныйчеловек и весьма опасный. Было дело, Радов-старший обмолвился и о криминальныхсвязях Мирослава.

- Тогда почему Покровский звонит мне среди ночии весьма раздраженным голосом пока еще вежливо рекомендует тебе не переходитьему дорогу? - взъярился на Богдана Радов-старший. - В общем так, сын. Не знаю,где ты и куда влез, но чтоб я больше от него ничего не слышал в твой адрес!Заигрался совсем, мелочь! К кому ты лезешь, идиот?! Жить надоело?! Все! Потомпоговорим.

Отец отключился.

И теперь в голове Богдана стучала набатом этафамилия - Покровский.

Так вот кто ты такой, Кирилл и почему твояфамилия показалось знакомой!

Богдан тяжело поднялся, и взяв на стоянке своюлюбимую RX-8, поехал домой.

Дома он словно сорвался с цепи. На пол летеловсе, что попадалось ему под руку. Богдан метался и рычал как дикий зверь,попавшийся в капкан. Разгромив квартиру, он достал коньяк и начал напиваться.

Покровский! Надо же было так умудриться! Такэтот мажор, этот холеный красавчик, который спит со всем, что движется и крутитзадницей перед камерами - это сын Мирослава? Интересно, а сам папочка знает опохождениях сынка? И как только репутации самого Мирослава такое не вредит?!Хотя о чем он, там и пикнуть-то никто не посмеет, чем бы дитятко не тешилось...

Богдан бессильно ударил кулаком по стекляннойстолешнице. Журнальный столик прекратил свое существование, а он сам словно ине заметил глубоких порезов, кровь из которых моментально запачкала одежду.Покровский!

Нежная его девочка! С кем она встречается,сама-то знает? Наверняка, нет! Таких отцов, как Мирослав не афишируют. Незачем!Про них лишний раз не вспоминают. А главное, Кирилл на корню пресек всевозможные попытки Богдана напрямую добраться до Киры. Теперь не стоит иподходить к ним на пушечный выстрел - еще один звонок Мирославу и все, пишипропало или Радову-старшему или Богдану. И так будет, пока Кир не наиграется вотношения с его малышкой!

- Если бы я тогда не повел себя как последнийкретин, если бы не уехал! И эта твоя подруга! Дернуло же меня повестись на этутварь! - шептал Богдан, обхватив голову окровавленными руками и покачиваясь. Онсидел среди хаоса из обломков, рядом валялась пустая коньячная бутылка. -Девочка моя хорошая! Моя нежная! Нет, теперь не моя...

И где-то в глубине его души протестомзарождалось безумное желание вернуть Киру.

- Один-ноль в твою пользу, Кирилл Покровский, -хрипло рассмеялся Богдан. - Я подожду. И будь уверен, Кира с тобой неостанется!

Странное дело, но Богдан больше не звонил. Парураз я видела его в клубе, куда меня вытаскивал Кирилл. Я успокоилась - жив иладно. Кто его знает, на что потянет Богдана, а Кирилл меня в тот вечер здоровоудивил. За считанные секунды он превратился из избалованного мальчика вспокойного и серьезного молодого человека. Макс был прав - большая частьрепутации Кирилла была искусными сплетнями, распускаемыми как самими Максом иКириллом, так и агентом Кирилла.

Он пытался уговорить меня переехать к нему. Яотказалась, упираясь в свою свободу. Я до сих пор не могла понять, как изобычной просьбы к нему сыграть моего фиктивного парня, чтобы потрепать нервыБогдану, все переросло в нечто серьезное. И я не могла поверить, что Кириллвообще что-то ко мне испытывал. Хотя его поведение в корне отличалось отобычного: он не обращал внимание на других девушек, носился со мной как курицас яйцом, встречал, провожал, отвозил по первому требованию куда только моя душане пожелает выехать. Более того, я вообще забыла как выглядят деньги - оноплачивал абсолютно все покупки. Порой меня даже начинала раздражать такаязабота, я скрежетала зубами и жаждала высказать ему все честно, но Яромирвсякий раз удерживал меня, когда я психовала дома и рассказывала все ему,поясняя в двадцатый раз как маленькому ребенку, что такое поведение адекватнодля нормально воспитанного парня.

Я все-таки взбунтовалась, когда мы зашли вкнижный магазин. Я давно искала издание одной книги, оставила свои телефонычуть ли не во всех книжных магазинах города, мне наконец-то позвонили и ясорвалась туда. Кирилл на кассе со скандалом заставил меня убрать свои деньги иоплатил покупку сам.

Выйдя из магазина, я разревелась в машине.

- Ну и чего ты ревешь?

- Ты мне шагу ступить не даешь без своеговедома! - вопила я на него сквозь слезы. - Контролируешь, все оплачиваешь,возишь меня все время! А если сам не можешь, то тут же или Яромир срывается сместа или твой Максик приезжает!

- И чем это плохо? - совершенно искренне непонимал меня Кир.

- Я себя содержанкой чувствую! - заорала я нанего. - Под строгим надзором!

- Балда! - рявкнул он мне в ответ. - Оплачиваю,потому что я - мужчина и достаточно зарабатываю, чтобы обеспечить и себя ипотребности своей девушки! А вожу тебя повсюду или Макса с Яром прошу, в целяхбезопасности! Мало ли у Радова крышу сорвет! И вообще, ты - моя девушка, таксложно воспринимать заботу о себе как само собой разумеющееся?

Вот в этом-то и была проблема. Я не привыкла ктакой заботе и считала это гипер-опекой и попыткой заставить меня чувствоватьсебя обязанной по отношению к нему.

- С какой стати у Радова должно сорвать крышу?Вы же поговорили!

- Кира! Ты что, Богдана не знаешь? Тебе малобыло, да? Когда я буду уверен, что он вполне разумен, тогда и будешь ездитьодна, раз уж тебе так хочется! А теперь прекрати издеваться над моим мужскимсамолюбием!