Охота на охотника - Алекс Вуд

Вдруг движения девушек стали заметно медленнее, как будто кто-то отдал им неслышную команду остановиться. Одна за другой они опускались за землю, образуя круг внутри круга. Одна индианка (Джошу показалось, что та самая, которая принесла Даррену сосуд с напитком, но он не был уверен, до такой степени все девушки выглядели похожими в его глазах) села прямо перед ним, и он едва сдерживался, чтобы не дотронуться до ее блестящего обнаженного плеча. Внезапно какое-то движение за дымовой завесой костров привлекло его внимание, и он позабыл о туземке.

Джош увидел, как от деревянного столба посередине площадки, где бураку устраивали праздник, отделилась невысокая женская фигурка с высоко поднятыми руками. Все посторонние звуки моментально стихли, и было слышно, что женщина бормочет что-то непонятное. На ней был удивительный, непривычный для бураку наряд – нечто похожее на европейское платье грязно-белого цвета. Запрокинутую голову женщины украшал венок из белоснежных цветов. За спиной женщины маячила фигура старого вождя. На его груди красовался точно такой же венок. Девушка и вождь медленно шли по узкому проходу, оставленному между двумя кострами, и Джошу казалось странным, что огонь не причиняет им вреда.

– Торжественная делегация к богу Диноку, – неприятно засмеялась Шейла, нарушая очарование этой дикой картины.

– Послушайте, разве это не наша маленькая сумасшедшая? – изумленно пробормотал Питер, разглядывая девушку. – Скажи, Даррен, ты лучше всех ее знаешь…

Все повернулись к Даррену. Он нехотя кивнул.

– Да, это Камра. Видимо, ее избрали жрицей.

– Что вполне естественно после той чести, которой она удостоилась, – ядовито подхватила Шейла.

– О чем вы все время говорите, черт возьми? – возмутился Джош. – Я ничего не понимаю.

– Все очень просто, – пропела Шейла, – На прошлом празднике тапиоры бураку принесли эту ненормальную девчонку в жертву богу Диноку, а так как Даррен в тот момент его олицетворял, то, думаю, он справился со своими обязанностями гораздо лучше деревянного истукана.

Шейла хохотнула, а лицо Джоша против воли залилось краской.

– По крайней мере, девочка как собачка ходила за Дарреном все время, что мы здесь жили, – продолжала Шейла вполголоса, краем глаза следя за приближающимися фигурами. – И вот теперь, видимо, решила повторить прошлый подвиг…

– Не говори ерунды, – резко перебил ее Даррен. – Лучше посмотрите на Камру. Вам не кажется знакомой ее одежда?

Джош повернулся к туземке, которая стояла рядом и по-прежнему что-то приговаривала себе под нос, обращаясь к луне. На ней действительно было платье без рукавов… В памяти Джоша вдруг отчетливо вспыхнула картина – Эмили Маверик стоит в белом платье на палубе парохода, облокотившись о поручень, и задумчиво смотрит вдаль.

– Это же платье Эмили, – выдохнул Джош, и в этот же самый миг Даррен вскочил на ноги и ринулся к Камре.

Он что-то выкрикнул на языке бураку, и по его интонации было нетрудно догадаться, что именно было сказано. Питер поднялся вслед за Дарреном, готовый в любой момент помочь ему. Шейла не пошевелилась, но с такой силой закусила нижнюю губу, что по подбородку потекла тоненькая струйка крови.

Неизведанный доселе страх охватил Джоша. Он внезапно осознал, что может означать это платье на девушке-туземке. Разве не Камра заманила Эмили в лесную глушь? Может быть, пока они тут наблюдали за наивными ритуалами дикарей, Эмили… Стиснув зубы, Джош поднялся и встал рядом с Питером. Одного знака Даррена было достаточно, чтобы он ринулся в бой, круша все направо и налево.

– Не стоит, – процедил Питер сквозь зубы, почувствовав порыв своего помощника. – Даррен сам разберется.

И действительно, обменявшись парой слов с туземкой в белом платье, Даррен вроде бы успокоился и даже позволил ей взять себя за руку. Старый вождь опустился на землю рядом с Шейлой, а Камра повела Даррена вглубь огненного круга. Джош рванулся было за ними…

– Я же говорю, не стоит. – Питер ухватил его за руку. – Церемония жертвоприношения началась. Нам лучше не вмешиваться.

– Но Эмили…

– Если с ней случилось что-то плохое, оно уже случилось, не так ли? – резонно спросил Питер. – Так что давай немного подождем и посмотрим, что будет дальше.

Джош покорно сел на землю. Он привык доверять Даррену и Питу. Раз уж они утверждают, что все в порядке, значит, так оно и есть. Наверное.

Он взял сосуд с питьем, оставленный Дарреном, и храбро сделал глоток. Жгучая жидкость обожгла горло, и Джош закашлялся, но голова неожиданно прояснилась, а чувство тревоги исчезло. Судьба Эмили Маверик стала гораздо меньше волновать его. Интересно было, что поделывает Даррен за стеной огня и дыма, но не менее интересно было заглянуть в глаза сидевшей перед ним молоденькой туземки…

– Ты не должен волноваться. Ей не причинили никакого вреда.

Камра произнесла это очень тихо. Даррен не был уверен, что правильно понял ее. Страх за Эмили не давал ему вздохнуть свободно. Бураку – мирное племя, и ни разу Даррен не сталкивался даже с отблеском враждебности в адрес свой или своих спутников. Но, с другой стороны, никто, похожий на Эмили Маверик, еще ни разу и не появлялся в племени бураку. Как он мог быть настолько беспечным, что оставил ее без присмотра? И это после того, как Камра увела ее купаться в лесном озере…

Однако где бы сейчас ни была Эмили Маверик, Даррен при всем своем желании не мог броситься ей на помощь. Положение живого бога накладывало определенные обязанности, и он должен был пройти вслед за жрицей сквозь горящие костры с ароматом тапиоры и возле своего деревянного идола встретиться с той, кого бураку предназначили в жертву Диноку.

Держась за горячую руку Камры и стараясь не дышать, когда ветер направлял пропитанный тапиорой дым в его сторону, Даррен невольно вспоминал, как в прошлый раз точно так же следовал за жрицей Динока, не подозревая, что ждет его впереди. Тогда он еще плохо знал о свойствах корней тапиоры и полной грудью вдыхал коварный дым. Мир постепенно терял для него реальные очертания, там больше не было форм и предметов; лишь запахи, тени и смутные желания окружали его. Тапиора сделала свое дело, превратив его на одну ночь в обуреваемое страстями животное, самца, разыскивающего свою самку…

На этот раз Даррен был умнее. Больше его врасплох не застанут. И даже если ему опять придется провести целую ночь в хижине наедине с какой-нибудь прелестной смуглянкой, он сумеет сдержать порывы плоти. Главное, не допустить, чтобы наркотик одурманил его и лишил способности рассуждать.

– Прими, о, Динок, великий бог, наш дар, – вдруг громко запела Камра, – и будь милостив к своему народу. Пусть наши деревья всегда приносят плоды и каждый год рождается много младенцев…

Из-за деревянного столба одна за другой стали выходить девушки, украшенные венками из цветущей тапиоры.

– Пусть отвратительные насекомые убираются с нашего пути, а дикие звери приходят на поклон к нашим охотникам, – продолжала Камра.