Счастье на кончике носа - Майя Чи

— А что такое стеклотара? — нахмурилась Машка.

— Это стеклянные банки и бутылки.

— А-а-а…

Дочь снова свела бровки на переносице и вышла из кухни. Смешная. Не любила она новые слова. Говорила, что чувствует себя дурочкой, когда чего-то не знает. В такие моменты у Машки случались приступы недовольства и злости. А затем начиналось вечное и уже поднадоевшее «почему». И вроде бы я ей многое объясняла, без устали давала ответы на банальные детские вопросы, но ребенок всегда находил чем меня удивить либо устыдить. Ибо умом мы можем многое понять, а вот объяснить другому — сложно.

Закончив с посудой на кухне, я оделась, потуже натянула поясок на куртке и не забыла накинуть на голову капюшон. Снег ожидался через пару недель, однако воздух уже поутру бывал морозным, днем выглядывало холодное белое солнце, а в вечернее время частенько гулял обманчивый холодный ветер. Захватить простуду в такую погоду — раз плюнуть.

Машуня взволнованно проводила меня, обещав ничего нигде не трогать, двери никому не открывать, играть в свою любимую «Модницу», и ждать. Поцеловав свою егозу, я побежала в хозяйственный магазин, пока окончательно не стемнело. А спустя двадцать минут уже возвращалась обратно, прикупив небольшой бисквитный торт. Хотелось устроить маленький семейный праздник. Просто так. Без какой-либо причины. Хотя нет, причина была. Завтра мы переедем в свое гнездышко, потихоньку обустроим, как нам самим того хочется, а там уже и малыш родится.

С такими вот светлыми мыслями я завернула за угол и очутилась во дворе.

Машину Жени я заметила не сразу, но стоило ее увидеть у подъезда, как сердце от испуга забилось сильнее. Нет, все-таки мои страхи никуда не делись. Что значит этот визит? И почему до сих пор от него не было вестей?

Не найдя его в автомобиле, я опрометью бросилась по лестнице наверх. Лишь бы Маша была в доме. Опасения не оправдались, но присутствие мужа в квартире совсем не обрадовало.

— Привет, — посмотрел на меня Женя пьяным взглядом. Да он же не в себе!.. — не ждала?

— Не ждала. Думала, ты про нас позабыл уже.

— Небось обрадовалась?

— Не огорчилась точно.

Он хмыкнул и взглянул на дочь, которая доверчиво следила за каждым его движением. Маша ведь часто спрашивала об отце, даже после злополучного чаепития с Тимофеем.

— Вижу, вещи собрала. К бате что ли переезжаешь?

— А к кому еще? Мне, в отличие от тебя, не к кому приластится, не на кого рассчитывать.

— Даже подруга бросила? — отчего-то довольно хмыкнул он. Теперь Наташа была в его персональном черном списке.

— Туська меня никогда не подводила, но и навязываться не в моих правилах. У них у самих маленькая квартира, — я расстегнула молнию, развязала поясок и скинула с себя тяжелую куртку.

— А чего тебе тут не живется? — уперся он плечом о дверной косяк гостиной комнаты, скользя по мне взглядом.

— У меня нет денег на кварплату, твои трогать не хочу. Сама уж как-нибудь.

— Какой месяц?

— Что? — переспросила, вешая куртку на крючок.

— Живот уже большой, смотрю.

— Двадцать третья неделя пошла, — прошла мимо и направилась в кухню. У меня появилось нестерпимое желание выставить его за дверь, но следовало все делать деликатно, без ссор. Хотя судя по нетерпеливым вопросам, Женя был далек от спокойствия. И это пугало. Да и синяк на его щеке никак не добавлял плюсиков в карму. Интересно, это последствия выяснения отношений со Степаном?

— Мальчик или девочка?

— Жень, чего тебе надо, а? — обернулась, так и не дойдя до нужной комнаты.

— Пришел проведать Машу, а у ее матери оказалось чемоданное настроение. Сообщать-то когда собиралась?

— Чаще надо навещать дочь, может бы и раньше узнал.

— Ты чего такая?

— Какая?! — держать эмоции под контролем с каждой секундой становилось все сложнее.

— Громкая. Не рада что ли? Может, я снова мириться пришел?

— Мама, — выглянула в коридор дочь, — вы же не будете ругаться?

Я посмотрела на хмурые бровки, заметила в глазах ребенка испуг и улыбнулась ей как можно теплее.

— Нет, Машунь. Мы сейчас с папой поговорим и все. Тортик будешь с чаем?

— Да! — засверкали ее глаза от счастья и она снова скрылась в комнате, напевая песенку. Как мало ей нужно для счастья. Всего-то кусок торта и горячий чай. Мне бы так.

Я прошла мимо мужа, взяла лежащий на тумбочке пакет с угощением и снова направилась в кухню. Он проследовал за мной.

— А меня угостишь?

— Что тебе надо? Только не прикрывайся дочерью, говори, как есть.

— Я и не прикрываюсь, — произнес он так, словно являлся невинной овечкой, чем и вызвал внезапное раздражение. И язык мой — враг мой. Разучился держаться за зубами.

— Я знаю, что у тебя есть кое-кто на стороне, — обернулась к нему, не скрывая злобы. — Вас видели вместе. Поэтому даже не пытайся запудрить мне мозги, ладно? И вообще, я хочу развода. Зачем тебе держать подле себя балласт в виде жены? С дочерью можешь общаться и дальше, никто против не будет. Родится сын — я тоже не стану скрывать его от тебя, только дай мне свободу.

Я чиркнула спичкой и зажгла газовую плиту.

— Зачем тебе свобода? Чтобы ***ться, с кем захочется?

— Выбирай выражения! В доме ребенок! — прикрикнула на него, отчего он поморщился. — Если бы я хотела иметь связи на стороне, то меня не остановил бы штамп в паспорте. У тебя же проблем с этим не возникло?

— Да ладно. Не кипятись. Дам я тебе развод. Хоть завтра можем пойти и написать заявление.

Я хлопнула пару раз ресницами, не поверив своим ушам. Вот так просто?

— Чего удивляешься? Не такой уж я и злодей. К тому же, наконец-то мое счастье со мной. Отнимать чужое не намерен. Да и ты с Левицким вроде как покончила. Так что без проблем.

— Я с Левицким и не начинала. Это просто знакомый и не более того. И чего это ты такой добренький стал? Раньше чужое запросто мог отхватить, а теперь вдруг благородным заделался?

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего.

За спиной раздался протяжный вздох. Я открыла коробку с тортом, игнорируя его взгляд на моем лице.

— Так чаем угостишь или нет?

— Нет. Чаи можешь гонять со своей пассией! — отвернулась от него, пытаясь скрыть слезы. Вот вроде и держалась молодцом, а сердце все равно болит, рвет изнутри на части, словно там завелись черви и съедают его кусок за куском. Тяжко…

— Лиза, — внезапно прошептал он совсем у уха, от чего я перепугалась и обернулась. Но увидев странный блеск в глазах, тут же прикрыла руками живот. Возможно, у него и вправду не гуляли опасные мысли в голове, иначе как объяснить его удивление, однако близость мужа пугала. В который раз.