Горький шоколад - Валентина Щиброва

— И я, Машунь, очень скучаю.

На минуту замолчали. От сильного чувства тоски по ней, навернулись слезы. Сейчас лежали бы с ней рядышком и болтали о всяких глупостях.

— Маш.

— М?

— Ты там только не реви, — вполголоса сказала Оксана. Первые полгода после ее отъезда я часто слезы пускала, скучая по ней, как и она.

— А я и не реву, — смахнула слезу, улыбаясь.

— Знаю я тебя, начнешь шмыгать носом, — пожурила меня Оксана, а затем я услышала тот же самый звук в трубке.

— Сама тоже не шмыгай, — я закусила губу от печальных мыслей.

— Всего лишь насморк, — отговаривалась она.

— Хорошо, пусть будет насморк, — прошептала я.

— Как твои мама с бабушкой?

— Хорошо. Мама стала реже звонить. Успокоилась по поводу моего переезда, и как я тут без них справляюсь. У нее с Антоном медовый месяц, наконец, — счастливо улыбнулась я.

— Вот и отлично.

— Ага, — зевнула я.

— Спишь уже?

— Почти, — я повернулась на бок. — Накрутила педали.

— Я тоже хочу спать, мои давно в кроватке.

— Иди отдыхай, все наладится. Спокойной ночи, лапуль. Очень тебя люблю.

— И я тебя. Спокойной ночи!

Я мгновенно уснула.

Проработала сегодняшний день относительно спокойно. Правда, была одна надоедливая женщина, рассуждающая о новых препаратах. Она утверждала о том, что у них столько побочных эффектов, дорогие, а толку порой никакого, зря деньги переплачиваешь только. Притомила меня. Не знала, как уже отвязаться. Ждала пока придут новые покупатели. Эта аптека больше нравилась, чем в Муроме — более просторная, в зале стоял диванчик для покупателей, лекарства разложены по полочкам, ящикам, каждый препарат на своём месте. Заметила, что мои движения становились автоматизированными, руки сами знали куда тянуться.

— Маша!

— Да? — отвлеклась я от своих мыслей.

— Ты собираешься домой? — спросила Екатерина Ивановна, снимая халат.

— Собираюсь, — прошла в комнату.

Повесив халат, переобулась в босоножки без каблука.

Распрощавшись со своей напарницей, ей нужно было ехать в другую сторону, пошла пешком по тротуару в сторону дома. Захотелось прогуляться. Так здорово сейчас на улице: не душно и не жарко. А то почти неделю стояла изнуряющая жара. Пора бы и дождю полить разгоряченную землю. Купив мороженое, не спеша брела дальше. Открыв свой любимый вафельный стаканчик, я усмехнулась. Теперь оно не просто мороженое, а дурацкое сливочное мороженое для меня. Я посмеялась, вспомнив ту ситуацию в Муроме. Конечно, тогда не до смеха было, но до сих пор помню выражение лица у парня, когда мороженое стекало ему на ширинку. Я снова усмехнулась. Не заметила, как прошла уже остановку.

— Маша! — кто — то окликнул меня и я обернулась. Позади меня шла Кира, моя вчерашняя знакомая. — Где бы встретится! Привет!

— Привет, Кира! — улыбнулась я.

— Ты гуляешь?

— Да, решила дойти до дома пешком.

— Понятно. А мы с Женей и с нашими друзьями сидели сейчас в кафе, ели наши любимые роллы.

— Не, я не люблю их. А тогда чего ты одна сейчас?

— А вон они там стоят, разговаривают. Увидев тебя, решила подойти, — Около почты стояла компания ребят. — Я еще тебе хотела сказать насчет маникюра. Одна из клиенток не придет, можешь послезавтра вечером прийти, часов в шесть. А потом можно будет покататься в парке.

— А, ну это здорово. Конечно, приду.

— Я бы тебя сейчас пригласила в нашу компанию, но извини, у меня с Женей другие планы немного … моим парнем. В следующей раз, обязательно приглашу, — она закусила губу, немного стесняясь.

— Что ты, Кира! Отдыхайте, — ее кто — то позвал из компании.

— Давай тогда. Завтра увидимся. Адрес тебе скину.

— Хорошо, — Кира легким шагом возвращалась к своим ребятам. Она определенно располагает к себе.

Слушая новые треки в наушниках, дошла до дома быстро и в хорошем настроении. Перед домом толпился какой — то народ и все смотрели вверх. В сторону окон верхних этажей. У некоторых из молодежи телефоны в руках, как будто снимали что — то. Многие смеялись. В чем дело? Я сняла наушники.

— Ты — сволочь! Самый настоящий придурок, понял? Вали отсюда!

Я подошла к своему подъезду и задрала голову верх. В открытом проеме окна стояла девушка и орала на кого — то. Она с ума сошла? Может ведь упасть! Молодежь прикалывалась над происходящим, обсуждая, что выложат в интернет про чокнутую пьяную девицу. Они не понимают, что в любой момент, может случиться трагедия?

— Да пошел ты! — истошно крикнула она. — Давай, давай, кати откуда приехал! Скоро все закончится!

Резкий визг! Машина позади нас рванула с места. Да это же тот черный лексус! По тому как ехала машина, стало ясно, что водитель явно взбешен. Услышав смех, я повернулась к девушке. Ее пошатнуло. Марго? Черт, она же сейчас точно грохнется! Не обращая внимания на угорающих парней, и осуждающих ее поведение женщин, я вбежала в подъезд и быстро поднималась по лестнице на пятый этаж. Распахнула приоткрытую дверь двухкомнатной квартиры. Быстро сообразив, где находилась Марго, я тихо вошла в комнату. Она до сих пор стояла босиком на подоконнике в коротеньком платье. Послышался всхлип. С бешеным волнением подкрадываюсь к ней. Только бы не напугать.

Шаг! Еще один! Она отклонилась назад, и я резко хватаю ее за бедра, стаскивая вниз.

— А-а-а! — завизжала она, вцепляясь в ручку окна.

— Нет, Марго, не надо. Это я, Маша! Не кричи! — взволнованно произнесла я. Как только она спрыгнула с подоконника, я сразу закрыла окно. Она отпрянула от меня. Ее вид вызвал недоумение во мне. Потерянный взгляд, потекшая тушь, но ее слегка разбитая губа повергла меня просто в шок. Ее выражение лица изменилось, когда она увидела меня. Она не выглядела больше испуганной.

— Чего уставилась? — усмехнулась она, опершись о стену, и вытирая глаза от стекающих слез. — Разбитой губы не видела что ли?

— Но … Марго, он бьет тебя? — я просто поверить не могла, что слова Никиты оказались правдой. Неужели это сделал Саша?

— Бьет? — засмеялась Марго истеричным смехом, вытирая подтекшую кровь. — Кто тебе сказал, что меня кто — то бьет?

— Но это же мерзко! — мне жалко ее. Как бы она сейчас не показывала свою безразличность и стойкость, ей явно больно. — Зачем ты с ним? Ты не уважаешь себя?

— Маш, отстань, — она отлипла от стены и не твердым шагом побрела на кухню. Я пошла за ней, по пути закрывая входную дверь. В глаза бросился кухонный гарнитур в оранжевых тонах. — Так! Что тут у нас? О, пойдет!

Марго достала из холодильника бутылку вина.