Горький шоколад - Валентина Щиброва

— Да, — неуверенно кивнула я. Что я творю? — Это … правда.

— Послушай, милая, — он оперся рукой о стену, возле лица Марго и, наклонился, с опаской прищуриваясь. — Если я узнаю, что он посмел тронуть тебя хоть пальцем, я его прибью, поняла? И мне по хрен, кто он! Ты из меня дебила — то не делай! Месяц назад твой синяк на плече, теперь губа. Тоже в пьяном угаре приложилась об стол?

— Саша! — она оттолкнула его, сердясь, и чуть не упав. — Пошел отсюда … вон, понял? Как хочу, так и живу! Хочу и пью, и встречаюсь с таким, как он! Я его люблю, ясно?

Она гордо вздернула подбородок.

— То, что ты его бабло любишь это ясно, — усмехнулся он. — Так что же твой павлин тебе машину до сих пор не купит, а мою коцаешь? Раз он так щедр с тобой?

— Не твое дело! И прекрати его так называть, раздражает. Отдавай ключи от квартиры! — она протянула руку. — Хватит! Не хрен лезть в мою жизнь!

— Да что ты говоришь? — засмеялся он громко. — А как попу твою очаровательную прижмет, сразу Сашенька выручай? Давно ли взрослой стала?

Марго отвернулась от него и скрестила руки на груди.

— Ты придурок! — с обидой рявкнула она.

— О, я расстроен и огорчен, — он изобразил несчастное лицо, забавляясь.

— Да пошел ты!

— Иди и проспись. И подругу свою сумасшедшую уйми, — уже более спокойно сказал он, посмотрев на меня.

Я отвернулась. Он развернулся и пошел к выходу.

— А ключи? — крикнула ему вслед Марго. Он потряс ключи в воздухе и убрал в карман джинсов. — Ты достал со своим контролем!

Он не обратил на ее слова внимания.

— Скажи Роме, чтоб больничный мне оформил, — добавила она.

— А это уже небесплатная услуга, — оскалился он. — Меньше пить надо и прикладываться к столам.

Напоследок окинув меня насмешливым взглядом, он закрыл дверь.

Пару минут никто не говорил, я даже протрезвела от таких бурных эмоций. Марго закрыла дверь и устало прошла на кухню. Похоже появление этого человека тоже здорово ее взбодрило. Я чувствовала себя крайне не ловко. Подняв с пола сковородку, последовала за ней. Она сидела за столом, облокотившись головой о ладони, и на ее прекрасном смуглом лице отчетливо красовался небольшой подтек. Присела напротив неё.

— Так все нелепо получилось, — водила пальцем по краю стола. — Ты, извини, если что.

— Да за что тебя извинять? Ты тут причём?

— Я, наверно, его … спровоцировала, — хмуро произнесла я.

— Да брось. Саша все равно бы приехал, — пожала она плечами. Так все запутано с историей Марго. Но расспрашивать о чем — либо сейчас неправильно, да и личное. Мы всего лишь второй раз общаемся. Единственное, я заметила, что ощущала себя с ней комфортно, как будто давно знаем друг друга. — Ты меня поддержала … спасибо. Только … зачем со сковородкой на него наскочила?

— Я думала, что это он твой парень, — отвела глаза в сторону. — И он тебя обижает.

— Кто? Саша? — заливисто засмеялась она непонятно над чем. — Ой, губа …черт, больно. Нет уж, спасибо. С таким дотошным идиотом ни за что бы встречаться не стала. Увольте! Мне вполне хватает, что он мой вредный, наглый, вездесущий брат.

— Брат? — сильно удивилась я.

— Да, родной.

— Но … вы совсем не похожи, — вот это новость.

— Не похожи. И что? Такое тоже бывает.

— О, блин, я и правда дура! — стукнула себя ладонью по лбу, переваривая неожиданную информацию для меня. — Тогда зачем ты дала ему ключ?

— Я? Он сам взял. На всякий, как он говорит. Эта родительская квартира. Так, с чего ты взяла, что мы встречаемся? — не понимала она.

— Если честно, я не знаю. Просто подумала, — развела я руками.

— Не знаешь? — она снова попыталась посмеяться. — Ты прикалываешься? Так яро меня защищала, но совсем не удосужилась уточнить кто этот человек для меня. Вот ты даёшь! А ты, здорово его взбесила, я тебе скажу. Он не терпит всех этих женских штучек и истерик. Если бы не я, кто — то сегодня получил отвесистых люлей.

Она истерично хохотнула.

— А ты промолчала, что он твой брат, — нахмурилась я.

— Я пыталась сказать, перед тем как ты замахнулась на него. А почему, собственно, я должна тебе все рассказывать, м?

— Не должна, — кивнула я.

— Ладно, забыли об этом. Главное, пронесло, — она снова задумалась над чем — то, и её взгляд стал поникшим. — И мой брат …никогда не бил и не бьет девушек, и презирает мужиков, лупящих женщин.

Мне до жути интересно узнать, что за фрукт такой, её брат. Но моё любопытство означало бы повышенную заинтересованность в нем, которую я никак не могла допустить. До сих пор в голове не уляжется эта новость. Полный хаос. Я посмотрела на часы.

— Я пойду домой, — время было далеко уже за полночь.

— Ты занесешь мазь завтра? Мне нужно, чтобы быстрей все зажило.

— Да, только завтра после работы. Или сама купишь, скажу название.

— О, не. В таком виде, никуда не пойду.

— А как … же тот, он …не явится?

— Маш, я … просто упала. Это … правда, — уверила меня Марго. — Я со своим поссорилась. Ты что никогда не ссоришься с парнями?

— Ладно, я тогда пойду, — вот только не верю ей после тех слов, которые выкрикивала она недавно в окно тому типу.

Я вошла в свою квартиру и вспомнила, что забыла спросить её номер телефона. Завтра спрошу. Не стану возвращаться.

Голова немного гудела. Повернувшись на бок, нашла для себя удобное положение и обняла подушку. Мысли снова без спроса поползли по моему разуму. Саша беспокоится о своей сестре, это видно. А вот Марго что — то однозначно скрывала от него, иначе не врала бы. Она сама призналась, что не любит того другого парня. Я понимаю ее мотива не говорить мне об этом, мы никто друг другу. Но почему врет брату? Брат … И почему в глубине души я рада этому?

Прежде чем погрузиться в мир сновидений, я вспомнила, какие у него бездонные глаза и, что эта чистейшая красота имела ужасную вспыльчивость. Он просто псих.

— С вас одна тысяча пятьсот рублей, — сказала я мужчине, покупающему лекарства в аптеке.

— Спасибо, — он взял пакет, оплатил картой и отошел от кассы.

— Добрый день, у вас есть средство для загара, только хорошее? — спросила светловолосая девушка. Я показала ей практически весь ассортимент.

— Так, вот на нем остановлюсь, — сказала она, беря в руки один из них.

— Хорошо, — остальные я убрала на витрину.

Мое вчерашнее расслабление спиртным не прошло даром: я очень хотела спать и первую половину дня мучалась от жажды. Хорошо, что в аптеке прохладно от кондиционера, а то была бы беда. Внизу стояла бутылка воды, которая не давала мне покоя. Невыносимо хочу пить. Екатерина Ивановна сразу заметила мой помятый вид утром и высказалась по этому поводу. Я проигнорировала ее бурчание мимо ушей.