Игра в обороне - Кендалл Райан

Сказать честно? Обычно это не проблема. Большая часть девушек не жаждет отсосать мне. Как только они видят мои размеры и понимают, что будет не просто управиться со мной, они хотят лишь обычного секса. С чем я всегда согласен. Более чем согласен. Но решительность на лице Элизы чертовски очаровательна. И доводит меня до исступленного возбуждения. Она заправляет волосы за уши и оценивает меня, взвешивая мой напряженный член в своих ладонях.

Мне хочется одновременно и смеяться, и кончить. Это ощущение, которого я раньше никогда не испытывал. Кто бы знал, что секс может быть таким забавным, страстным и веселым – одновременно? Я чертовски хорошо провожу эту ночь, а ведь мы только начали.

– Просто работай рукой, – говорю я, поводя пальцами по ее груди.

– Я хочу попробовать тебя, – отвечает она на этот раз более робко.

Проклятие, мне нравится ее целеустремленность. И я знаю, что не откажу ей.

Я провожу рукой по ее волосам, не в силах не прикасаться к ней.

– Мне очень этого хочется. Так сильно, – хриплю я.

– Хорошо. Значит, тут мы с тобой согласны.

Используя обе руки, она медленно проводит вдоль всего ствола и одновременно опускает губы на головку.

Пока все очень хорошо. Она целует и лижет головку, и будь я проклят. Это одновременный взрыв миллиона ощущений.

Она следует губами вниз по боковой поверхности ствола и покусывает его, поднимаясь вверх.

Я наблюдаю, как она старается, узнаю ее возможности и то, что заставляет меня стонать. Это непередаваемое наслаждение – чувствовать ее ротик, и я ложусь на спину, зарывшись одной рукой в ее волосы и отдавшись удовольствию.

Затем она заглатывает глубже, ускоряя темп, и яйца у меня начинают ныть.

О, твою ж мать! Это так приятно.

Я не могу перестать дотрагиваться до нее: пробегаться пальцами по плечу, слегка стискивать в пальцах затылок, поправлять ее волосы, чтобы они не мешали ей… и Элиза, боже, Элиза доводит меня до пика быстрее, чем я мог бы себе представить.

– О, детка. Черт, – одобрительно выдыхаю я.

Я на вершине блаженства. Знаю, что должен бы остановить ее, ведь хочу быть в ней, когда кончу, но мне так хорошо. У меня давно этого не было, и я совсем близко к окончанию, стон перекатывается глубоко в груди.

– Черт, черт, черт, Элиза.

Я не могу кончить ей в рот. Я и так уже чувствую себя кругом виноватым. Не могу добавить ко всему еще и это. Это грех, который я пока не готов совершить.

Я отстраняю ее рот как раз вовремя, и, используя обе руки, она уверенно передергивает, пока я кончаю на нас обоих.

– Проклятие, девочка, – протягиваю я, совершенно выдохшись, хотя всего лишь лежал, ничего не делая. Я притягиваю ее к себе для поцелуя.

Элиза хихикает от моей похвалы, целуя меня в ответ – в губы и подбородок. А затем с улыбкой на губах одним пальцем осторожно проводит по липкой луже на моем животе.

– Извиняюсь. – Я гляжу вниз на все это.

– Ты шутишь? Мне очень понравилось. – И ее искренность так непосредственна – это написано у нее на лице.

Сердце сжимается в груди. Я целую ее еще раз, а потом иду в ванную, что обычно заставляет меня чувствовать неловкость, однако с Элизой я не испытываю ничего подобного. Это кажется естественным и даже настоящим.

Ополоснувшись в душе, я вновь возвращаюсь к ней в постель. Она откинула покрывало и удобно развалилась на подушках. И самое лучшее – она все еще обнажена.

– Ты выглядишь идеально. Не двигайся. – Я трачу минуту, чтобы восхититься ею, прежде чем скользнуть на постель рядом.

Она кладет руку мне на щеку и поворачивает лицом к себе.

– Это было потрясающе, – мурлычет она.

Какая-то часть меня хочет ответить какой-нибудь пошлостью: «ты еще ничего не видела, детка», – но другая часть не находит слов, потому что она права. Это было… иначе. Потрясающе, в своем неповторимом виде. Думаю, потому, что это были мы. И это пугает меня больше всего. Так что я молчу.

Вместо этого тяну ее подбородок к себе и оставляю на мягких губах поцелуй.

– Дай мне пятнадцать минут, и я буду снова готов.

Элиза закусывает губу, глядя неуверенно, но затем садится на меня верхом. Ее теплая, влажная киска трется о мой поникший член, а кончики ее грудей касаются моей груди.

Мое тело реагирует на нее мгновенно. Матерь божья.

– А знаешь, забудь. Мне не понадобится столько времени.

Элиза смеется, тогда как я свешиваю руку за край кровати в поисках брюк, пока не нахожу презервативы, которые захватил с собой.

Я отрываю один из связки и вскрываю упаковку. Я взял с собой только два, чтоб не поддаться искушению настоять на большем и окончательно утомить ее. Возвращаюсь к прежней нашей позиции, так что мы опять лежим рядом, лицом друг к другу. Это потрясающе интимно, и меня накрывает легкое волнение. Не счесть, сколько раз у меня был секс с разными женщинами, но я не могу отрицать, что в этот раз все иначе.

Ее красивые глаза прикованы ко мне, пока я натягиваю презерватив на член, слегка поморщившись от того, как плотно он сел. Я, мать его, ненавижу презервативы, но что поделать?

Она прекрасна. И так соблазнительна. А еще – чиста и неопытна. Я знаю, что не должен спешить, а должен сделать так, чтобы ей было приятно. Последнее, чего я хочу, – сделать ей больно. Глубоко вдыхаю и заставляю себя замедлиться.

Обычно секс для меня – быстрое и не требующее интеллектуального вовлечения занятие. Примитивная разрядка. Нечто, что мало удовлетворяет в эмоциональном плане. Но с Элизой? Все, что я знаю о сексе, вылетает в окно.

Я встречаюсь с ней взглядом и касаюсь ее щеки кончиками пальцев, чтобы убедиться, что она в порядке.

– Привет, – бормочу я.

Она заметно сглатывает.

– Привет. – Элиза немного задыхается, и я вижу, что она нервничает.

– Ты в порядке?

Кивок.

– Я в порядке. Кажется, я просто немного боюсь, не будет ли больно.

В этот момент я осознаю, что у нее, вероятно, не было секса ни с кем с тех пор, как мы были вместе. Я ни разу над этим не задумался. А ведь прошло уже несколько месяцев. Даже при том, что мне была ненавистна сама мысль об этом, я смирился с фактом, что она, скорее всего, спала с тем парнем, с которым встречалась.

И хотя мне хочется врезать себе за этот вопрос, он срывается с губ раньше, чем я успеваю сдержаться.

– Я что, единственный мужчина, с которым ты была?

Она жует нижнюю губу, оттягивая с ответом.

– Ммм?

– Элиза.

– Да.