Русская рулетка - Элли Лартер

Он был чертовски зол.

Он был зол на предателя Гаса и на всех остальных парней, которые знали, что готовится восстание, и ничего не сообщили ему, был зол на самих бунтовщиков, на своего старшего брата, даже на отца, который сейчас прохлаждался под капельницами в реанимации, пока ему приходилось расхлебывать весь этот трэш.

Но больше всего Лиам, конечно, был зол на самого себя.

Он прекрасно знал, что эмоции и несдержанность всегда мешали ему наблюдать, подмечать детали, делать выводы, принимать обдуманные решения, но чтобы облажаться вот так вот… в собственном клубе, посреди президентского срока… нет, такой подставы от собственной невнимательности он не ждал.

Конечно, это было лишь вопросом времени — когда Карри вернется и заявит свои права. Как бы Лиам ни надеялся, что старший брат умотает за границу, в глубине души он понимал: Карри еще даст о себе знать.

И вот — это произошло.

— Что ты натворил, ублюдок?!

— Ты вообще в своем уме?!

— Держите его крепче!

— Вызывайте «скорую»!

— Он дышит?

— Куда попали?

— В сердце! В сердце!

Мирных переговоров и добровольной сдачи не вышло: Лиама, а также Шкурника, Элайджу и Яна пришлось связать. Остальные, если и были против смены власти, решили отложить это до выборов, и не пытались отвоевать своего лидера.

Пока Череп и Лис следили за связанными, Кэп держал на весу голову Гаса и зажимал пальцами кровавую дыру в его груди, а Рэгги вызывал карету скорой помощи, Паук отошел в сторону, чтобы набрать номер Карри. Разговаривать было сложно: вокруг стояли такой шум и гам, что едва было слышно собеседника. Чтобы не переспрашивать, Паук зажал второе, свободное от телефонной трубки ухо указательным пальцем:

— Карри…

— Слушаю, — раздался взволнованный голос на другом конце провода.

— У нас ЧП.

— Что случилось?

— Лиам выстрелил в Гаса… Мы ждем «скорую». И вас с Лысым тоже ждем… Пора возвращаться домой, друг.

— Какого хрена? — выругался Карри. — Что с Гасом? Он жив? Куда попала пуля?

— Не знаю, не знаю… — Паук нервно покачал головой. — Лиам стрелял в сердце. Будем надеяться, что пуля прошла мимо и навылет, не задев ничего важного…

— Охренеть! — громко сказал Карри и повесил трубку.

— Что произошло? — взволнованно спросила Кристен, которая не слышала телефонного разговора, но вошла в комнату и сразу увидела, как переменился Карри в лице, сразу сообразив, что что-то не так.

— Мой брат стрелял в своего вице-президента, — севшим голосом сказал Карри. Лэсси и Лысый, стоявшие рядом, молчали.

— Насмерть? — Кристен поджала губы. Она была готова к чему угодно.

— Пока нет, — Карри покачал головой, а потом повернулся к Лысому: — Надо ехать.

— Это не опасно? — возразила Кристен, делая шаг ему навстречу.

Карри прижал ее голову к своей груди, целуя в макушку:

— Все будет нормально.

— Ты всегда так говоришь…

— И всегда выхожу сухим из воды.

— Не сказала бы, — поморщилась Кристен, но Карри не слушал ее: вместе с Лайнелом они уже шагали в прихожую.

— Что тут у нас?

— Огнестрельное.

Доктор и два медбрата вошли в зал собраний с явной опаской. Кэп все еще зажимал пальцами рану на груди Гаса, а вокруг них медленно расползалась лужа темно-бордовой крови. Остальные стояли по углам.

— Плохо дело, — доктор опустился на колени, не боясь испачкать белоснежные брюки в крови, и принялся быстро доставать какие-то инструменты. — Кровотечение венозное! Тампонируем! Пострадавший находится в сознании! Вы меня слышите? Как вас зовут? — доктор обратился к Гасу, но тот в ответ только сипло пробормотал что-то посиневшими губами.

— Его зовут Гас Вансен, — ответил за него Кэп.

— Отлично, — доктор кивнул. — А ваше имя? Поедете с ним?

— Я поеду! — вызвался Питерс.

— И я тоже, — добавил Кверти.

Парни отлично понимали: скоро здесь продолжатся разборки, и присутствие действующих членов клуба вроде Кэпа будет важнее, чем их.

Уже спустя полторы минуты Гас был погружен на носилки и вынесен из зала собраний. Питерс и Кверти поехали с ним в больницу в качестве сопровождающих. Лебовски и Ларри позвали Рыжую, чтобы та убрала с пола кровь. Остальные члены клуба тем временем постепенно начали перемещаться в столовую: здесь продолжать разговор было бессмысленно.

— Через полчаса подъедут Карри и Лысый, — сообщил Паук.

— Какая неожиданность, — иронично заметил Лиам, привязанный к стулу. Несколько раз он пытался освободиться, но путы оказались крепкими. — Будьте так добры, господа тюремщики: не напугайте мою беременную жену, когда она выйдет из спальни.

— Если ее кто и напугал, то только ты сам, когда решил пострелять, — возразил Паук.

— Она наверняка не слышала, — усмехнулся Лиам. — Вставила наушники и слушала какую-нибудь попсу. Беременная она стала очень сентиментальной…

— Ей же лучше.

Проводив Карри и Лысого, Кристен и Лэсси вернулись на кухню, чтобы выпить кофе в ожидании новостей из клуба.

— Сколько лет прошло, а я все не научилась спокойно ждать, — Кристен покачала головой. — Хочется сорваться и поехать следом…

— Ты никогда и не научишься, — улыбнулась слабо Лэсси.

— Ты же умеешь!

— Я просто талантливо делаю вид. Я же актриса! Кстати, мне предложили новую роль… Я собираюсь переехать в Голливуд. Точнее, я хотела бы… — девушка опустила глаза.

— Но? — спросила Кристен.

— Но мне не с кем оставить Киру.

— Ты можешь оставить ее с нами, — удивилась Кристен.

— Лайнел тоже предложил этот вариант… Но у вас ведь есть Джонни. Сложно будет управляться сразу с двумя маленькими детьми.

Кристен улыбнулась:

— Кира уже не маленькая, она очень самостоятельная и серьезная девочка, уверена, она не только не будет нас напрягать, но еще и будет помогать с Джонни…

— Ты так думаешь? — Лэсси просияла.