Русская рулетка - Элли Лартер

— Ну давай, давай, — начал заводиться Лиам. — Рисуйся теперь передо мной, хвастайся, какой ты молодец, и досье на «Гиен» у тебя есть, и компромат на «Банду» есть, и бунт удался, и сторонников много… Но пока ты прохлаждался в тюрьме, я тонул в этом дерьме год за годом, год за годом, черт побери, с кучей людей, в верности которых никогда не был уверен, с чувством вины за смерть матери, с ненавистным умирающим отцом, рассорившийся с братом и сестрами, думаешь, мне было так уж легко и просто?!

— Ты сам выбрал это, — Карри пожал плечами. — Сам выбрал быть мудаком и загрести себе власть… Загреб? Молодец. Удержал? — он развел руками. — По-твоему, я прохлаждался в тюрьме? — ему стало и смешно, и больно. Хотел бы он рассказать, как каждый день переживал и скучал, сколько килограммов веса потерял, какое дерьмо жрал на завтрак, обед и ужин, как недосыпал, работал как проклятый, какие мерзкие задания выполнял по приказу Рокси, как его оттрахали в жопу, и избивали, и много чего еще… Но все эти воспоминания принадлежали только ему — когда-нибудь, чтобы снять с плечей бремя, он, может быть, поделится этим с Лысым… но с Лиамом — никогда.

— По-моему, ты строишь из себя страдальца и героя, но совершенно не думаешь, что моя жизнь тоже не была сладкой малиной.

— Но я не выбирал того, что мне пришлось пережить.

— Серьезно? — Лиам хрипло рассмеялся, а потом сделал несколько шагов в сторону старшего брата. Карри ощутимо напрягся. Лиам тоже. — Но ведь ты сам выстрелил в того ублюдка. Тебя никто не заставлял. Ты сам нажал на курок.

— И сделал бы это еще раз, — подтвердил Карри. — Тот человек заслуживал смерти.

— Вот видишь, — Лиам развел руками. — Ты такой же, как я… Ты вершил самосуд тогда, я вершил его сегодня. По моему мнению, Гас тоже заслуживал смерти. Он предал меня.

Карри покачал головой:

— Это разное…

— Для меня — нет. Так что, как ни крути, но мы с тобой братья… У нас разные матери, но это не так уж важно — они обе добрые и чуткие женщины. А отец у нас и вовсе один… И мы оба взяли от него темную сторону своей души. Или ты будешь спорить, что в тебе тоже полно тьмы и дерьма?

— Не буду, — ответил Карри.

— То-то же.

На несколько секунд между ними воцарилось молчание. Со стороны можно было подумать, что давно развалившиеся братские отношения обрели второй шанс, но Карри прекрасно понимал, что это не так.

— Ты сказал, отец в больнице? — спросил он.

— Ага, — Лиам наконец сел напротив Карри. — Инсульт.

— Что говорят врачи?

— Да ничего хорошего, — Лиам махнул рукой. — Пока нужно просто ждать. Должно пройти какое-то время, прежде чем они смогут дать хотя бы минимальные гарантии.

— Ясно, — вздохнул Карри. — Надо будет съездить к нему.

— Лэсси возьми.

— Конечно.

Спустя еще час, когда в зале собраний было прибрано и проветрено, все члены клуба снова собрались там. Питерс и Кверти к тому времени приехали из больницы — Гас в тяжелом состоянии, сообщили они, но пока стабилен, — и тоже присоединились к остальным. Лиам стоял на пороге, подперев стену, пока Карри говорил подготовленную еще несколько дней назад речь.

— Выборы президента и вице-президента состоятся через десять дней, двадцать седьмого сентября. У нас демократия, так что каждый имеет право подать заявку и выдвинуться сам или выдвинуть другого на пост. К кому обращаться, вы знаете, — он указал на Пса, бессменного секретаря клуба. — Лично я, Карри Джонсон, выдвигаю себя на пост президента, а Лайнела Харви — на пост вице-президента, — на этом месте Лысый закатил глаза, но все же не удержался от улыбки в адрес друга. — Кроме того, важная информация для тех, кто еще не в курсе. Наш клуб располагает компроматом на клуб «Адские гиены» и на «Банду Альвареса». После выборов мы решим, как воспользуемся имеющейся информацией. А пока — отдыхайте, ребята, денек вышел тяжелый…

22 глава

Этим же вечером в дом «Демонов» приехали Кристен с Джонни и Лэсси с Кирой. Сказать, что возвращение было грандиозным — это не сказать ничего. Члены клуба десять минут аплодировали и свистели, пока смущенные девушки стояли посреди столовой.

— Это было совсем не обязательно, — сказала Кристен Карри, когда чуть позже они остались наедине в его комнате.

— Что? — не сразу понял мужчина.

— Аплодировать.

Карри улыбнулся и махнул рукой:

— Эти люди искренне рады, что клуб возвращается в правильные руки.

— Не так давно ты утверждал, что твое место — не здесь, что ты никогда не вернешься в клуб, — напомнила ему Кристен с хитрой улыбкой, и Карри в ответ закатил глаза: он только сейчас начинал осознавать, насколько важную услугу оказала ему Кристен. Без ее поддержки, может быть, он так и не понял бы, что должен вернуться домой… Потому что да — теперь он действительно был дома.

За прошедшие годы комната ничуть не изменилась — ею никто не пользовался. Разве что книги на полках покрылись толстым слоем пыли, а мотоцикл на постаменте уже не сверкал безукоризненным блеском…

Кристен вспомнила, как несколько лет назад они с Карри изучили все поверхности этой комнаты вдоль и поперек: они занимались сексом на кровати, на полу, на подоконнике, на мотоцикле, на маленьком журнальном столике… От воспоминаний она раскраснелась, чувствуя, как подступает возбуждение… Карри, тем временем, был совершенно серьезен:

— Здесь нужно хорошенько прибраться… В клубе вообще нужно провести генеральную уборку, и начать следует с чердака. Некоторый хлам прогнил там настолько, что скоро начнет вонять на весь дом…

— Отвратительно, — поморщилась Кристен. — Мы с Лэсси займемся этим в ближайшие выходные.

— Хорошо, — Карри кивнул. — Теперь все будет иначе. Мы выведем клуб на новый уровень. Больше никакого дерьма, никаких войн, никаких погонь и перестрелок… Я хочу спокойной жизни. И безопасности для тебя