Мистер Мейфэр - Луиза Бэй

– А тебе разве не нужно готовиться к завтрашнему дню? – спросил я, заводя мотор.

– К чему? – спросила Стелла. – К еще одной волнующей неделе в рекрутинговом агентстве? В последнее время там относительное затишье. Не сомневаюсь, что завтра приду в офис и на меня обрушится целый шквал звонков и электронных писем. – Пару минут мы ехали в молчании. – А что ты обычно делаешь в воскресенье вечером?

– Работаю. Или общаюсь с друзьями.

– А как насчет женщин? Хотя с Даниэль вы и расстались, думаю, для такого мужчины, как ты, секс непременно включен в повестку дня?

Интересно, что она имела в виду под «таким мужчиной, как я»? Я, вообще-то, был довольно нетипичным представителем своего пола и не подходил ни под какие категории.

– Во всяком случае, не в воскресенье вечером, – ответил я.

– Неужели по религиозным причинам? – поинтересовалась она. Я повернулся к ней, чтобы понять, серьезно ли она говорит, и увидел широкую теплую улыбку, которая на ее лице появлялась нечасто.

Я решил запутать следы и свернул к своему дому. Она хотела как можно лучше подготовиться? Любит подначивать не хуже моих друзей? Отлично, в таком случае возьму ее с собой в паб.

– Да, я монах из ордена бенедиктинцев.

– Что-то не похоже, судя по твоей энергетике.

– Странно. Ведь по воскресным вечерам я пью пиво и поедаю жирную пищу со своими друзьями.

– А мне казалось, ты сказал, что не пьешь.

– Это они пьют. А я заказываю пинту лимонада, – ответил я.

– Надеюсь, ты понимаешь, что я собираюсь предложить?

– Я тебя опередил. Мы бросим машину здесь и начнем первый раунд.

– Ничего, что я в джинсах? – Она посмотрела вниз. – И блузка на мне старая.

– Уверяю тебя, ни один из этих ребят не заметит, во что ты одета.

– Вот и отлично. Теперь понятно, почему женщины не присутствуют на твоих воскресных вечеринках, если ты отвешиваешь им подобные комплименты.

– Я не хотел сказать, что они не заметят тебя. Просто твоя одежда не имеет для них никакого значения. Прежде всего бросается в глаза твоя улыбка. Ну, а потом они оценят твою попу, сиськи и ноги. И уж точно не заметят, что блузка вышла из моды.

– Даже не знаю, смеяться или сразу дать тебе по шее. – Она хихикнула и, дурачась, ущипнула меня за руку, я с притворным возмущением отдернул ее.

– Ну, что поделаешь, вот такие мы. – Она закатила глаза, и я тоже рассмеялся. – А что? Ты же сама сказала, что я наглый. Я просто доказываю, что ты права. Ты должна радоваться.

– Значит, по-твоему, все мужчины разбирают женщин по частям? – спросила она, когда мы въезжали в гараж.

Это один из вопросов, на которые невозможно ответить. Тот самый случай, когда ты будешь выглядеть полным придурком либо полным и законченным придурком. Надо попытаться изменить формулировку.

– Прежде всего, мужчины обращают внимание на внешность женщины. Прими это как данность. Но, конечно, нас привлекает не только это. И не надо говорить, что женщины воспринимают мужчин по-другому. – Я выключил мотор. – Мне нравится, когда женщины обращают на меня внимание. И не возражаю, когда они смотрят на меня и им это нравится. Влечение к физической красоте заложено в природе человека.

Мы вышли из машины и направились к выходу из подземного гаража. Пожалуй, было еще рановато, но я не видел смысла подниматься ко мне в квартиру. Не был уверен, что готов видеть там Стеллу.

– Значит, я должна приготовиться к тому, что твои друзья станут оценивать мою внешность.

– Не в большей степени, чем внешность любой женщины, входящей в бар. Но они уж точно не будут рассматривать твою блузку. – Я протянул ей руку, когда открылась дверь лифта в вестибюле.

У всех шестерых из нас в тот или иной период жизни присутствовали женщины с разной степенью серьезности отношений, но никто никогда не был женат. Не то чтобы мы сознательно не допускали женщин на еженедельные посиделки в баре, просто так сложилось, и я не вполне был уверен, как они воспримут то, что я привел с собой Стеллу.

Джошуа и Декстер знали, что Стелла возьмет меня с собой на свадьбу, чтобы я смог поговорить с Генри. Но мне следовало бы ввести и остальных в курс дела, чтобы они не думали, что между нами все так серьезно, что я не могу расстаться с ней даже на один вечер. Это настолько не в моем духе, что они могут решить, что я спятил. Я никогда настолько не сближался с женщинами. Для меня самые идеальные отношения – когда я виделся с женщиной дважды в неделю, чтобы поужинать и переспать. От самой мысли делить с ней постель каждую ночь у меня начинала чесаться кожа и потели ладони.

– Надеюсь, мне не придется пить пиво? Потому что, если для того, чтобы вписаться в вашу компанию, надо пить пиво, я, пожалуй, не буду в этом участвовать. Я терпеть его не могу.

– Это не обязательно, но, если действительно хочешь вписаться… – Я сделал театральную паузу. – Ты же помнишь, я заказываю лимонад.

Я открыл перед ней дверь, и она вдруг остановилась.

– Мы разве не поднимемся к тебе?

– А зачем? Пойдем сразу в бар. Это прямо тут, за углом.

Она посмотрела на меня подозрительным взглядом, но все же прошла сквозь стеклянные двери.

– Лето в Лондоне всегда замечательное.

– Когда светит солнце, – добавил я, выходя на улицу.

Мы шестеро по очереди выбирали паб, в котором собирались встретиться, но за несколько лет таких посиделок остановились на трех заведениях. В тот день была моя очередь, что означало, что мы проведем вечер в пабе за углом моего дома.

– Сейчас нет дождя, – произнесла она.

– И не надо торчать в пробке.

– И тебе не надо работать, – продолжила она. – Давай-ка я суммирую все, что мы сказали. Солнечно, дождика нет, работать не надо, торчать в пробке тоже, а летние вечера в Лондоне изумительны.

Я кивнул, потому что возразить было нечего.

– А встреча с друзьями – лучший способ проводить такие вечера.

– Согласна. О, так это «Punchbowl»! – воскликнула она, поднимая голову и глядя на вывеску. Меркнущие лучи солнца упали на ее волосы. – Это тот паб, который принадлежит Гаю Ричи?

– Он его уже продал, – сказал я, с трудом отрывая от нее взгляд, и, открыв дверь, пропустил ее вперед. – Несколько лет назад.