Моя любой ценой - Дина Данич

А я снова оказываюсь перед выбором. Когда речь шла про бизнес и деньги, я не смогла переступить через себя. Но теперь…

Фраза, которую мне удалось разобрать сегодня — “я помню, что жизнь на кону” — или что-то вроде того, только подстегивает меня к тому, что обдумываю всю дорогу.

И как только захожу домой, достаю телефон, чтобы набрать номер Багрова.

— Слушаю, — слышу равнодушный ответ.

— Здравствуй, Феликс. Я… — замолкаю, собираясь с силами. В мыслях все казалось так просто, а вот на деле… — Я хочу попросить тебя о помощи.

— Пришлю за тобой машину, — все тот же тон. Безликий, равнодушный. Едва различимое разочарование колет в груди.

— Спасибо. Буду ждать.

— Хорошо подумай, Злата. Пути назад для тебя не будет, — добавляет он, прежде чем бросить трубку.

Мое бедное сердце колотится так быстро, что впору опасаться за его сохранность. Руки дрожат, а перед глазами все немного плывет. Феликс не удивился моему звонку. А значит… Боже, значит, это его рук дело.

Он ведь говорил, что получит свое любой ценой.

И сделал это.

Закрываю глаза и сползаю по стене на пол.

В ушах так и стоит его предупреждение — “подумай, пути назад не будет”.

Конечно, не будет. Ведь он наверняка отыграется за свою обиду. А я… смогу ли я после этого жить дальше?

Обреченность душит, но и ничего не делать я не могу. Леша — моя семья. Единственный, кто у меня остался. И ради него я должна пойти до конца в этот раз.

Не знаю, сколько я так сижу, но внезапно раздается звонок в дверь. Даже не подходя, я уже знаю, кто там. Посыльный Багрова. Приехал отвезти меня к хозяину, который без малейших сомнений растопчет мою душу в угоду своим эгоистичным желаниям…

28. Злата

В этот раз меня провожают до самой двери. Так что даже стучать не приходится. Сотрудник отеля сам ту открывает и делает приглашающий жест.

Собравшись с духом, делаю первый шаг. Затем еще один.

Багров оказывается в той же комнате, что и в прошлый раз. Вальяжно сидит в кресле и снисходительно смотрит на меня.

И этого взгляда достаточно, чтобы я окончательно убедилась, что оказалась здесь благодаря его стараниям.

— Здравствуй, — тихо произношу.

— Ну же, смелее, Злата. По телефону твой голос звучал более уверенно, — насмешливо произносит мужчина.

Сейчас он так разительно отличается от того Феликса, который соблазнял меня и пытался ухаживать. Нет, теперь передо мной циничный и холодный мужчина, который пройдет по головам, но получит свое.

— Ты знаешь, зачем я здесь.

— Ты права. Знаю. Но не прочь послушать еще раз.

Прикрываю глаза, пытаясь справиться с порывом плюнуть на все и сбежать. Нельзя. Я должна помочь брату.

— У Леши неприятности. Пожалуйста, помоги ему. Отмени то, что ты сделал.

Это так унизительно — стоять и просить, знать, что ценой за все это станет моя честь, моя душа.

— А ты уверена, что это сделал я? — хищно ухмыляется Багров. — Твой брат взрослый мужик и сам способен принимать решения.

— То есть ты не предпринимал ничего, чтобы разрушить его бизнес и угрожать его жизни?

— Я еще в прошлый раз тебе ответил, но ты плохо слушала меня. Впрочем, теперь это неважно. Ты пришла ко мне за помощью. Я помогу. Цену ты знаешь.

— Хорошо. Я согласна…

Я едва шепчу, но, кажется, в тишине номера мои слова гремят подобно грому.

— Тогда иди и отсоси у меня, — приказывает Феликс. — Скрепим сделку, золотце.

— Я не умею…

— Научишься, — жестко ухмыляется он. И шире ноги расставляет.

В этот момент во мне что-то перегорает. Часть меня, самая наивная, верила в какое-то благородство этого человека. До последнего. Надеялась, что он не станет принуждать меня.

Но, увы, я жестоко заблуждалась.

Ноги плохо слушаются, и вряд ли я выгляжу грациозно. Но все же подхожу к Багрову. Опускаюсь на колени. Мягкий ворс ковра нивелирует неудобную позу. Смотрю строго перед собой и ужасаюсь — ну, вот как? Как я справлюсь? Помню ведь про размеры Феликса.

— Смелее, — подгоняет он. — Тебе же нужна сделка?

Он прав. Это просто сделка. И я должна пройти через это стойко, с мужеством.

Справиться с пряжкой ремня выходит со второго раза. Я все еще хорошо помню, каким бывает Феликс в бешенстве. Все жду, что он сорвется, накричит или накажет. Рванет сам и… Но нет. Терпеливо ждет, пока я сделаю все сама.

В первый момент я просто в ужасе. Теорию я, конечно, знаю. Готовилась ведь замуж, хотела удивить Пашу, читала статьи. Но на деле…

Как с этим справиться?

— Открывай рот, — слышу тихий приказ. И это даже хорошо — сама я в каком-то ступоре и не знаю, с чего начинать. Голос у Багрова становится ниже, более хриплым. Словно он уже получает удовольствие от происходящего.

Я жду резких движений, едва на затылке оказывается ладонь. Однако Феликс просто вплетает пальцы в волосы и всего лишь поглаживает меня. Словно хозяин — кошку.

Так горько становится от этого сравнения, что я почти отстраняюсь, и в то же мгновение ласка превращается фактически в принуждение.

— Не так быстро, — рычит он. — Мы только начали. Давай, шире рот.

Я давлюсь, на глазах выступают слезы, и только после этого хватка слабеет, а затем и вовсе пропадает.

— Давай сама. Расслабь горло и рот шире открой. Зубы спрячь.

Столько команд, что я немного теряюсь. Но пытаюсь следовать.

Мне не противно от самого действа, но до ужаса противно из-за причины, по которой это происходит. Кажется, внутри все выгорает. Я механически продолжаю следовать коротким указаниям, которыми снабжает меня Феликс. Он явно на взводе, но отмечаю я это скорее на фоне. Полностью затерявшись в своих мыслях и постаравшись абстрагироваться.

— Глаза на меня, — неожиданно требует он. Тянет за волосы так, что выбора не остается.

Мы встречаемся взглядами, и дальше он кончает. Так что я едва не захлебываюсь.

На лице мужчины такое, что даже не скажешь сразу — хорошо ему или, напротив, он зол.

Я растеряна и, сглотнув по инерции, пытаюсь вытереть рот тыльной стороной, как он вдруг подхватывает меня за плечи, вздергивает наверх, а затем, скинув все со стола, укладывает на тот животом.

Взвизгиваю от неожиданности, а Феликс прижимает ладонью, не давая встать.

— Расслабься, детка, — рычит он и дергает юбку наверх. Трусы просто рвет, а затем прикасается ко мне между ног.

— Ты сказал только отсосать, — хрипло сиплю, упираюсь лбом в стол. Вздрагиваю, когда его пальцы