Смотри, но не трогай - Татьяна Никандрова

«Видел итоги олимпиады. Поздравляю, Лерочка».

Никита, как всегда, мил.

«Спасибо большое! Очень приятно».

Нажимаю «отправить», а у самой на губах играет глупая улыбочка. С каждым днем этот парень нравится мне все больше и больше.

«Как насчет ужина?»

«Обязательно поужинаю, никогда не пропускаю приемы пищи))»

Я прекрасно поняла его посыл, но ничего не могу с собой поделать. Люблю прикидываться дурочкой.

«Как насчет ужина СО МНОЙ?»

«Только если это не свидание».

«Почему?! Что плохого в свиданиях?»– его возмущенный вопрос прилетает мгновенно.

«Не люблю форсировать события».

«Окей, тогда это просто дружеская встреча. На свидание пригласишь меня сама».

«Ахах, непременно:)»

«Я серьезно. Буду ждать приглашения».

Снова улыбаюсь. Люблю парней с чувством юмора.

«Заеду за тобой сегодня часов в 7, договорились?»–следом пишет Никита.

«Ок».

В ответ он присылает смайлик-поцелуйчик, но я ничего ему не отвечаю. Парней нужно держать на расстоянии вытянутой руки. По крайней мере, до тех пор, пока они окончательно и бесповоротно не влюбятся.

После пар обедаю с одногруппницами в столовой. Обсуждение за столом традиционно крутится вокруг Алаева и его друзей-мажоров. По какой-то неведомой причине девчонки считают Тимура и его татуированного приятеля Ранеля Измайлова самыми горячими парнями универа. Таращатся на их фотки и гадают, есть ли у них девушки.

– Я слышала, что Тим встречается с дочкой замминистра по строительству, – безрадостно сообщает Настя. – Видели шатенку с сумкой Луи Витон? Вот это она.

– А я, наоборот, слышала, что они расстались, – вставляет Эля. – Якобы встречались со школьных времен, а сейчас поняли, что слишком разные.

– Все равно она его нам просто так не отдаст, – Настя явно в печали. – Видно же, как она на него смотрит.

– Как?

– Как по уши влюбленная женщина.

– А у него таких, как она, поди, вагон и маленькая тележка, – едко комментирует Эля. – Ходят слухи, что он участвует в уличных гонках и там девки на него табунами вешаются.

– Ну еще бы! С такой-то внешностью!

Одногруппницы продолжают обсасывать бурную личную жизнь Алаева, а я тактично молчу, делая вид, что не на шутку увлечена изучением меню. Никто, кроме Диляры и Полины не знает, что Тимур мой сводный брат. И я хочу, чтобы это неведение длилось как можно дольше.

– Ладно, девочки, я пошла, – торопливо доедаю свой суп и поднимаюсь из-за стола. – За мной водитель приехал.

На самом деле Борис еще в пути, но слушать хвалебные оды в адрес Алаева уже нет сил. «Тим такой классный! Тим такой красивый! Вы видели его пресс? Да на нем же сыр как на терке можно натирать!» И все в таком духе.

Мне кажется, если долго слушать эти охи-вздохи, то можно решить, что Алаев и впрямь ничего. Жаль, никто, кроме меня, не понимает, какой он на самом деле напыщенный говнюк.

Дождавшись Бориса, сажусь в машину и погружаюсь в мысли о предстоящей встрече с Никитой. Не то чтобы я волнуюсь, но все же томительное предвкушение приятно щекочет нервы. Я не из тех, кто одержим идеей во что бы то ни стало обзавестись парнем, но кандидатуру Никиты готова рассмотреть всерьез. Он неглуп, обаятелен да и внешне вполне в моем вкусе. Чем черт не шутит, может, наши «дружеские» посиделки в итоге выльются в бурный роман?

Оказавшись дома, оставляю сумку в своей комнате и направляюсь в ванную. До встречи с Никитой еще четыре часа, но лучше помыться сейчас. Чтобы волосы успели спокойно высохнуть. Скидываю одежду и встаю под душ. Брызнувшая из лейки вода обдает теплом, и я выкручиваю кран еще чуть сильнее. Чтобы было горячо. Люблю, когда кожа как следует распарена.

Закрываю глаза и блаженно греюсь, однако в следующее мгновенье мое внимание привлекает какой-то непонятный звук. Показалось, или дверь только что хлопнула? Открываю веки и с ужасом выхватываю взглядом мутный мужской силуэт.

Рот распахивается в беззвучном вскрике, голосовые связки немеют от ужаса. Ощущение беззащитности накрывает с головой. Ничего не понимая, отступаю назад, к стене. Упираюсь спиной в мокрый кафель.

Внезапно дверца душевой отворяется, и наши с Алаевым взгляды встречаются. Прохлада оседает на коже, вызывая мириады колючих мурашек.

Как он сюда попал? Я же вроде бы закрывалась…

Тимур подается корпусом вперед, а я, напротив, что есть мочи вжимаюсь в стену. Мне страшно. Я абсолютно дезориентирована. Смотрю на него расширенными от ужаса глазами и бессознательно глотаю затекающую в рот воду.

– Что ты делаешь? – пищу надрывно.

Но Алаев меня не слышит. В эту секунду он кажется вообще невменяемым. Шарит безумным жадным взглядом по моему лицу, а затем медленно сползает ниже.

Облизывает губы. Пару раз отупело моргает.

Через несколько мучительно долгих мгновений он с заметным усилием отрывает глаза от моего живота и снова фокусируется на лице. Его тяжелый, затянутой тьмой взор напоминает выстрел. Меткий и беспощадный. Всего секундный зрительный контакт – а из меня будто весь дух вышибло.

Приоткрываю губы на коротком вдохе, ощущая бешеный удар в грудь. Сердце рвется наружу, колени стремительно слабеют. Еще мгновенье – и я рухну в обморок.

– Уйди, – хриплю, цепляясь за остатки осознанности. – Не приближайся…

Но Тимур не реагирует на мою просьбу.

А в следующую секунду происходит невообразимое: он шагает ко мне в кабину, прямо под горячий душ. Не касается и ни к чему не принуждает. Просто стоит на расстоянии дыхания и молча ощупывает мое тело взглядом. Между нами никакого физического контакта, но ощущения почему-то такие, будто он отымел меня во всех позах. Жутко стыдно и при этом подозрительно хорошо.

Низ живота скручивает острым сладким спазмом, и я невольно посильнее свожу колени. Задираю голову повыше и снова попадаю в капкан карих глаз. Алаев красив. Обезоруживающей красотой. Острые, по-модельному выдающиеся скулы, развитая нижняя челюсть с характерным подбородком и изогнутый в ухмылке рот – как тут, черт возьми, устоять и не потерять рассудок?

– Счет снова в мою пользу, – выдыхает он мне в губы. – Ты проиграла, Лера.

Его насмешка, отчетливо сквозящая в голосе, подобна отрезвляющей оплеухе – мгновенно приводит в чувства. Он снова играет. Снова проверяет мои нервы на прочность.

Вздрогнув всем телом, выталкиваю мерзавца прочь из душевой кабинки, из мыслей, из личного пространства, в которое он так ловко пробрался.

Пробрался и нагадил. Опять.