Мир проклятий и демонов - Микки Хост

– Проклятие удалось снять?

– В каком-то смысле. Или нет. Я не знаю. – Она пожала плечами, будто они разговаривали о чем-то совершенно бессмысленном, простом и легком. Девушка развернулась и медленно прошлась по залу. – А ты когда-нибудь бывал во Втором мире?

Вопрос оказался таким неожиданным, что Третий не сразу нашел в себе силы, чтобы кивнуть. Дела никогда не заводили его слишком далеко, но один раз пришлось совершить Переход на Землю и помочь давнему другу.

– Много видел?

– Почему ты так интересуешься этим?

Пайпер остановилась, выглянула из-за полуразрушенной колонны и бодро ответила:

– Анкеты для лучших друзей у меня нет, но я стараюсь, правда!

Третий не понял, что означали ее слова, и из-за легкого акцента они показались еще более чудными. Он почувствовал магию, замершую внутри нее хищником, готовым атаковать при первых признаках слабости. И страх, подталкивавший к бегству.

– Тебе страшно?

Пайпер обогнула колонну, с деланым вниманием осматривая стену с именами, и ответила спустя несколько секунд:

– Я не боюсь тебя.

– Я не про себя говорю. Тебе страшно из-за Диких Земель, верно?

Девушка плотнее запахнула камзол и сложила руки на груди. Третий подождал еще немного, надеясь получить ответ, но Пайпер не обращала на него внимания. Она не возвращалась к предыдущим темам и не задавала новых, еще более странных вопросов – словно вообще забыла, с чего начался их разговор. Девушка отрешенно осматривала зал. Третий, сделав вывод, что ничего не изменится, если он так и будет просто стоять и молчать, прикрыл глаза и произнес:

– Арне.

Открыв глаза, он посмотрел на появившегося перед ним сакри. Тот, как и всегда, выглядел бодрым и свежим, чего нельзя было сказать о его магии, потерявшей равновесие из-за недавнего всплеска Силы.

– Твои мысли и чувства столь сумбурны, что я не узнаю тебя, – с широкой уверенной улыбкой произнес Арне, приосанившись. – Совсем растерялся?

Третий скрестил руки на груди и выгнул бровь.

– Хочешь, чтобы я явил Лерайе? – фыркнув, спросил Арне.

– Я обещал, что они поговорят.

– А местечка получше найти не мог?

– Арне.

– Ладно, ладно, – сакри покачал головой, ущипнув себя за переносицу. – И почему только мне достался такой несносный мальчишка… Эй, солнышко! – он резко развернулся и направился к Пайпер. – Как же я рад тебя видеть! Прежде чем восстанавливать саму сущность Лерайе, тебе следует окрепнуть. Так что пока ограничимся самым малым проявлением магии сакри.

– Как же ты умело меняешь темы, – улыбнувшись одними уголками губ, сказала Пайпер Третьему. – В чем суть этой манипуляции?

«Но это же ты меняешь темы», – озадаченно подумал Третий, подходя ближе. Сначала человек, которого она убила, потом Вторжение, а после – Маракс и ранение, которое демон ей нанес…

– Мы просто немного поговорим с Лерайе, – ответил Арне, кивнув на свою протянутую ладонь. – Самую малость. Смелее, солнышко.

– У меня есть имя.

– Можешь и мне какое-нибудь прозвище придумать, я не возражаю. Только что-нибудь очень привлекательное, хорошо? И потерпи немного, мне потребуется время, чтобы привести твою магию в равновесие и настроиться.

Пайпер, немного подумав, кивнула.

– Так почему Лерайе была разделена?

Третий погрузился в воспоминания. Он слышал треск пламени, совсем близко, будто тот самый камин в горном доме Лайне находился в каком-то метре от него. Шелест, с которым Твайла листала книгу, пока они ждали Йоннет, и скрип кожи – Масрур никак не мог найти удобную позу в кресле. Третий помнил, как его собственные шаги гулким эхом разносились по пустым коридорам и залам, как запах вел его в винный погреб, а желание подавить дурное предчувствие возрастало с каждой секундой. Помнил, как ощутил надлом в пространстве, ставший порталом для Йоннет.

Она вернулась несчастной и разбитой, но старалась держаться и говорить уверенно, будто они были малыми детьми и могли заплакать из-за одной плохой новости. Твайла и впрямь чуть не заплакала: подробности, описанные Йоннет, были ужасны.

Пайпер смотрела на него в ожидании ответа, который Третий не мог дать. Только не сейчас, когда глаза у нее были такими же яркими и уверенными, как у Йоннет.

Разумеется, сравнивать Пайпер и Йоннет было бы просто глупо и нечестно. Но Третьему так отчаянно этого хотелось. Это помогло бы почувствовать себя лучше. Возможно, напомнило бы, что он по-настоящему не один.

Но это так же напомнило бы, что люди – хрупкие существа. Третий видел, как они ломались. Помнил, как Йоннет сражалась исключительно с помощью своего тела, не используя магию, и, прочитав ее всю после смерти, прочувствовал каждую сломанную кость и каждую глубокую рану.

Люди – хрупкие создания, и сейчас это было единственным, что Третий видел в золотых глазах Пайпер.

Она молча смотрела на него, не замечая тихого ворчания Арне, который просил не мешать ему сосредотачиваться. Наконец Третий глубоко вдохнул ледяной воздух и произнес, буквально вытолкнув сквозь зубы:

– За тридцать лет до того, как я стал сальватором, Йоннет прокляли, и она не могла больше вмещать в себя всю Силу.

Пайпер прыснула от смеха и перевела какой-то обезумевший взгляд на Арне, но тот лишь холодно кивнул. Первая быстро сникла.

– Тридцать лет?.. Так, это выходит… она тридцать два года не могла использовать Силу?

– Лишь самую малую ее часть, позволявшую жить.

– Но как Йоннет могла быть сальватором и при этом не управлять всей Силой?

– Проклятие нарушило ее связь с Лерайе, из-за чего магия начала выходить из-под контроля, а хаос, поселившийся в Йоннет, захватывал тело. Тогда Йоннет обратилась к давней знакомой – магу, которая помогла отделить большую часть Силы и распределить ее между наследниками, выбранными Лерайе. Они надеялись, что это ненадолго, и, когда проклятие будет снято, наследники откажутся от Силы, а Йоннет вновь будет владеть всей магией. Когда Арне выбрал меня, мы смогли запечатать внутри Йоннет малую часть Силы, которую она и использовала до конца жизни.

Уточнять, почему Йоннет не отказалась от всей Силы, ему не пришлось. И Пайпер, и Третий знали, что связь с сакри устанавливается на всю жизнь и отказ от магии означал мгновенную смерть.

– Как демоны смогли создать такое проклятие?

– Я не знаю, – честно ответил Третий, возведя глаза к сумрачному небу – потолка в зале не было. – Это не такое проклятие, которое может наложить любая тварь, оно совершенствовалось годами, если не веками…

– Веками? Сколько Йоннет вообще было лет?

– Когда Масрур стал сальватором, Йоннет уже была Первой около ста пятидесяти лет.

– Нельзя же так с ходу все вывалить на нее, – укоризненно сказал Арне, погрозив пальцем, когда Пайпер подавилась воздухом и закашлялась. – Стоит быть чуть аккуратнее.

– То есть вы