Танец смерти: контрабандисты и загадочные убийства. Часть 1 - Вероника Абаринова

Глаза Елизаветы расширились от удивления.

— Профессор? — переспросила она с недоверием.

— Да, — тихо произнес он, озабоченно оглядываясь по сторонам, — мой друг видел Эмму и Рейвена в лаборатории. Возможно, их отношения гораздо глубже, чем можно было предположить.

Она посмотрела на его лицо, ища признаки лжи, закусив губу, и стараясь осмыслить полученную информацию, но увидела лишь тихую сосредоточенность. Джеймс заметил ее реакцию, и его взгляд стал напряженным.

Тяжелое молчание, что окутало их после его слов, прервал вибрирующий на столе МагФон Елизаветы.

— Прошу прощения, — извинилась она, — это Данте.

Джеймс кивнул в ответ, отступив на второй план, позволяя ей переключиться на входящий звонок, но на какой-то краткий миг его глаза потемнели.

— Данте, что случилось? — начала Елизавета, стараясь говорить невозмутимо.

— Я освободился. Где ты? — поинтересовался он.

Почувствовав облегчение, она ответила:

— В столовой университета. Но я тоже успешно справилась со своим заданием. Поэтому давай встретимся в парке, там где мы разговаривали с Лилиан.

Завершив звонок, она положила МагФон в сумку и на мгновение её взгляд устремился к окну, на улицу, где играли лучи заката. Она задумалась о том, как сложатся следующие часы, и о том, какие её ждут испытания.

Джеймс, заметив её отстраненность, почувствовал потребность в каком-то действии, чтобы привлечь её внимание.

— Елизавета? — мягко произнес он.

Она вздрогнула, возвращаясь из раздумий, но ничего не сказала.

— Всё в порядке?

— Да. Спасибо, за готовность помочь, Джеймс. Но мне надо идти.

Он слегка прикоснулся к её руке.

— Конечно, Елизавета, — его голос стал нежнее, — удачи тебе. Поговорим позже.

— Да, — подтвердила она, чувствуя необъяснимую неловкость, — буду держать тебя в курсе.

— И я тебя. Обязательно.

Лиза улыбнулась в ответ, взяла свою сумку и направилась к выходу из столовой.

Глава 27. Скрытые Угрозы

"Если долго вглядываться в бездну, бездна начинает вглядываться в тебя."

Фридрих Ницше.

Сумерки окутали город, погружая его в мягкое волшебное одеяло, пропитанное ароматами вечерних цветов и прохладным ветерком. Последние солнечные лучи проникали сквозь ветви деревьев университетского парка, создавая световые эффекты на тропинках и лужайках.

Елизавета и Данте сидели на лавочке у небольшого водоема. Журчание воды и пение птиц создавали атмосферу спокойствия, контрастируя с грядущим событием, которое они обсуждали.

Лицо Данте выражало одновременно задумчивость и решимость. Её пальцы играли с подвеской на шее, и она непроизвольно вспомнила о их первом дне знакомства. Он осторожно подбирал слова, описывая свои опасения по поводу предстоящей встречи с Рейвеном. В его голосе явственно звучали нотки беспокойства, как первые предвестники надвигающейся бури. Елизавета внимательно слушала, ценя искренность, с которой он говорил.

Внезапный звонок нарушил вечернюю идиллию. На дисплее МагФона Данте появилось имя "Кэман сиг Элла".

— Кэман, привет. Рад, что ты перезвонил, — начал Данте, Елизавета наблюдала за ним, чувствуя вновь возрастающее напряжение.

— Мы с Элизабет находимся в университете, — сказал он, — и хотим встретиться с профессором Рейвеном, чтобы обсудить дело Эммы Бартон. Был бы благодарен за твою помощь в организации.

Его голос звучал уверенно и спокойно, словно он каждый день занимался подобными вопросами. Она наблюдала за ним и восхищалась способностью держать всё под контролем.

— Спасибо, Кэман, — сказал он, затем повернулся к ней и почти незаметно кивнул. — Через полчаса мы встретимся с профессором Рейвеном у него дома.

— Поняла, — ответила она, улыбаясь. — Мы должны выяснить, какова его роль в этой истории.

— Да, но если не хотим опоздать, нам следует поторопиться. Обсудим детали по дороге.

Покинув парк, они направились к дому профессора. Улицы кампуса были немноголюдными, только редкие фонари освещали их путь, придавая окружающей обстановке мистическое настроение. Проходя мимо коттеджей преподавателей, они с интересом рассматривали архитектуру и обсуждали детали расследования.

— Лилиан сказала, что Эмма занималась нелегальной торговлей зельями, — начала Елизавета, переводя взгляд на Данте. — А Оливер утверждает, что она хотела опоить его, чтобы узнать секреты его расы.

— Ты ему веришь?

— Думаю, да. Виктория сказала, что Эмма искала лекарство от своей болезни, и возможно, эти два обстоятельства связаны, — уточнила она.

— А что насчет Рейвена? — спросил Данте, пронзительно вглядываясь в её глаза.

— Со слов Джеймса, его друг видел, как он и Эмма целовались в лаборатории, — сказала Лиза, задумчиво. — Это не указывает на его прямое участие в произошедшем, но, на всякий случай, стоит проверить его алиби.

Подойдя к дому Рейвена, Данте постучался. Ожидая, он и Елизавета обменялись взглядами. Дверь медленно приоткрылась, и в проеме появился профессор чудаковато улыбаясь. Его халат был испачкан следами многочисленных экспериментов, а глаза изучали их с любопытством.

Войдя в дом, они попали в необычный мир. Полы украшали толстые персидские ковры, на которых были разбросаны книги, рисунки и схемы. На стенах величаво располагались портреты древних магов, а в воздухе витал аромат трав с легкими цитрусовыми нотками и старых книг.

В гостиной, где они остановились, в центре помещения стоял массивный дубовый стол, окруженный кожаными креслами.

— Желаете чаю? — спросил профессор, указывая на серебряный чайник.

Оба кивнули в ответ, и Рейвен принялся разливать ароматный напиток. В этот момент Данте и Елизавета снова обменялись взглядами, чувствуя, что пришло время начать разговор.

— Профессор, мы пришли обсудить Эмму Бартон, — начал Данте, пристально следя за реакцией Рейвена. — Мы расследуем обстоятельства её смерти и хотели бы узнать ваше мнение по этому поводу.

Лицо мужчины на мгновение потемнело, и в комнате воцарилась напряженная тишина. Он внезапно поправил свой халат, будто пытаясь собраться с мыслями.

— Понимаю, это деликатный вопрос, — продолжил эйр Блэйз, — но нам важна ваша помощь. Эмма была вашей студенткой, возможно, вы что-то знаете, что может нам помочь?

Профессор вздохнул.

— Эмма была одной из моих лучших учениц. Её смерть потрясла не только меня, но и весь университет.

— Замечали ли вы какие-то странности в её поведении перед её смертью? — вмешалась Елизавета, голос её звучал решительно.

Рейвен растерянно кивнул.

— Да. За несколько дней до трагедии Эмма была взволнованна. Говорила о какой-то угрозе. Я посоветовал ей обратиться в полицию, но она отказалась.

— Были ли у мисс Бартон враги или кто-то, кто мог ей угрожать? — спросил Данте, перехватывая инициативу и оценивающе рассматривая профессора.

Опираясь на спинку стула, Рейвен покачал головой.

— Я слышал, что студент по имени Алекс Блэквуд был задержан. Я видел их вместе несколько раз, но не могу сказать точно о характере их отношений, — ответил он.

Елизавета, не сдерживая гнева в голосе, прошипела:

— Профессор, кое-кто утверждает, что вы и Эмма были близки. Ходят слухи, что вас видели