Женить нельзя помиловать - Арина Ларина

– Почему это? – удивился Костя, сразу встрепенувшись. – Чего ты несёшь вообще?

– Реакции твои проверяю. Тормозной ты стал, Костя. Шуток не понимаешь, зависаешь где-то. Забудь ты эту ерунду. Ну, признайся, послала тебя твоя протеже! Я б на её месте драпал от тебя, как турист от крокодила. Уж больно экзотическое у тебя предложение.

– Чего экзотического? – раскипятился Костя. – Я ей денег предложил. А она вдруг вскочила и убежала.

– Вот ты бестолочь, – покачал головой Вересов. – Я тебя предупреждал, что тимуровки деньгами не берут. У них принципы и высокие идеалы. А твоя афера ни на что высокое не тянет.

– Я ей дружбу предложил.

– Обычно женщины за такое бьют по лицу. Так что тебе ещё повезло.

– А я всё равно её уговорю, – упрямо заявил Костя. – Это даже хорошо, что она такая щепетильная.

– А я говорю – не выйдет.

Именно в этот момент Костин телефон требовательно завибрировал, высветив незнакомый номер.

– Константин? – не совсем чётко выговаривая некоторые звуки, уточнила Светлана. Рядом хихикала её подруга, дожёвывающая пирожное с кремом, Катя. – Это Света.

– Какая Света? – недовольно поморщился Мануров. Только всяких Свет ему сейчас и не хватало.

– Рощина. Я согласна стать вашей невестой.

– В смысле? – Костя ошарашенно моргнул. – Не понял.

– Что ты не понял? – недовольно рявкнула Света. – Я буду изображать твою невесту. Но сначала я хочу решить вопрос с квартирой.

Про квартиру она решила сказать специально, чтобы не думал ничего такого. Бдительность усыпить. Тем более что Катерина настаивала, что это будет психологически правильно. После литра вина некоторые акценты в мозгу смещаются и не всегда удаётся определить, что правильно, а что нет. Но раз уж Косте нравятся какие-то там стервы, которым не нравится он, то почему бы не вести себя так же. Мужчины, как дети – хорошего отношения не понимают, и стоит лишь раз проявить мягкость, как они тут же норовят взгромоздиться на шею и ехать, изредка понукая.

– А-а! Света! Чёрт, тут так шумно, я не расслышал. Конечно, завтра же тебе будет звонить риелтор. Где мы сможем пересечься и всё обговорить? Давай завтра, перед работой.

– Нет уж, – неуверенно буркнула Светлана, которую подруга сурово тыкала в бок и водила перед носом кулаком. – Сначала с квартирой решим.

– Мы же друзья, – напомнил Костя. – Ты же не думаешь, что я могу тебя обмануть?

Катерина, прильнувшая к трубке с другой стороны, изобразила гневную пантомиму, суть которой заключалась в демонстрации высшей степени недоверия.

– Мало ли, что я думаю, – уклончиво ответила Света. – Мы не так давно дружим. Доверие надо заслужить.

– Ладно, люблю деловой подход, – согласился Мануров. – Замётано. Я буду звонить. Вот так вот, Андрюша, – гордо ухмыльнулся Мануров, нажав отбой. – Тимуровки тоже покупаются.

– Это она? – изумился Вересов. – И что, согласилась?

– Представь себе. И даже торговалась.

– Не нравится мне это, – нахмурился Андрей, услышав совершенно не то, что ожидал. – Костя, надеюсь, тебя не кинут.

– Мы же специально искали девицу, которая вернёт кошелёк!

– Мы? Слушай, перестань меня вмешивать в эту историю. Не мы, а ты. Я был против.

– Начинается. Ладно, не мы, а я, – примирительно произнёс Костя и гордо улыбнулся. – Но у меня всё получилось.

– Ничего у тебя ещё не получилось, – пробормотал уязвлённый Вересов. Разочаровываться в тимуровке было жаль.

Иногда судьба словно нарочно подталкивает нас по какому-то пути. Кто-то доверчиво спешит в заданном направлении, радостно фиксируя знаки и подсказки. А кто-то, зная, на какие выкрутасы способна жизнь, опасливо притормаживает.

Света была из тех, кто в судьбу верил.

Риелтор и правда моментально нашёл отличный вариант. Причём, как выяснилось, переехать в квартиру можно было сразу. Там даже осталась мебель от прежних хозяев. Переезд, договор, расписка у нотариуса – Света словно неслась с крутой горы, а в ушах свистел весёлый ветер, напевая, что всё получится.

– Если судьбы бояться, то она оправдает твои опасения, – возбуждённо доказывала она пессимистически настроенной Катерине. – А если мыслить в позитив, то всё будет хорошо.

– Ты не пытайся подогнать жизнь под свои теории, – осаживала её Катя. – Будь осторожна.

– Осторожной я буду в старости. Стану тогда ходить медленно, чтобы не сломать свои старческие конечности, и аккуратно пережёвывать пищу, чтобы не лишиться малочисленных зубов. А пока у меня вся жизнь впереди. Каждый сам творец своей судьбы. Когда ещё рисковать, если не сейчас?

– Творец, – ворчала Катя. – Не натвори дел, смотри! Раздухарилась.

Света действительно раздухарилась. Она решила категорически не давать Косте понять, что он ей интересен как мужчина. На первом этапе. Пусть сначала убедится в её полезности. Главное – дать ему заглотить крючок. Вероятно, в Светлане погибла великая актриса, так как она буквально вжилась в образ фиктивной невесты и принялась за дело с азартом председателя колхоза, к которому едет ревизор.

– Всё должно быть по-настоящему, – в первую же встречу заявила она Косте. – У женщин очень развита интуиция.

– Что должно быть по-настоящему? – всполошился Мануров, который как-то не задумывался о деталях.

– Всё, – отрезала Света. – Представь, что я твоя невеста. Поверь в это. И веди себя соответственно, когда я буду приходить к тебе на работу. Иначе твоя Лена сразу догадается. Но сначала мы должны подать заявление и начать готовиться к свадьбе. По-настоящему.

– Это я как раз понимаю, – выдохнул Костя, которому на какое-то мгновение показалось, что от него потребуется нечто большее, чем просто изображать. – Но давай начнём с малого. Я просто скажу Лене, что женюсь.

– Нет! – рявкнула Светлана, боявшаяся, что эта дура Лена в какой-то момент опомнится, поймёт, какого мужика упускает, и испортит ей всю малину. – Это будет ненатурально. Она должна узнать случайно. Ты совершенно не разбираешься в женской психологии. Делай вид, что ваш роман – пройденный этап.

– Как это?

– Да так! Закатывай глаза, думай о предстоящей свадьбе и веди себя с Леной ровно. Даже равнодушно. Как будто ты занят другим и тебе до неё нет дела. Тогда она заволнуется.

– А если не заволнуется?

– Я тебе говорю, что заволнуется, значит – заволнуется. Женщины чувствуют, когда к ним теряют интерес.

– Но я же не потерял…

– А ты напрягись и убеди себя, что потерял, – настойчиво заявила Света. И тут же поинтересовалась: – Что я тебя уговариваю? Это кому надо вообще?

– Мне надо, – согласился Константин. – Давай, говори, что делать?