Укрой меня собой - Полина Эндри

Слёзы снова рванули вниз, и я зажмурилась ещё крепче, старясь отогнать, затолкать, забыть сумрачное наваждение.

— Мелисса, — вдруг прорвался сквозь призрачные мысли его голос, и я только сейчас осознала, что он все ещё не двигается во мне, а его пальцы больше не сжимают горло и теперь мягко гладят мою щеку. — Посмотри на меня.

Это почти ласковое обращение заставило меня разжать веки. Ещё одна слеза скатилась к виску и я прикусила дрогнувшую губу, стараясь удержать оставшуюся влагу в уголках глаз.

Дориан смотрел на меня глубоким взглядом. Там больше не было похоти и страсти. Только осознанность. Контроль. Сожаление.

Он мягко стер влажные дорожки слёз с моего лица, а затем склонился и поцеловал меня. Нежно. Медленно. Осторожно.

— Прости, — прошелестел голос мне в губы, и вслед я ощутила ласковые, раскаянные поцелуи на своем лице.

Он понял. Господи, он все понял.

Я глубоко вдохнула и уткнулась лицом в его плечо, обняв ладошками широкую спину. Несмотря ни на что, я буду считать именно Дориана своим первым мужчиной. Первым, кто сумел завладеть не моим телом, а именно сердцем.

Я сильно сжала бедра вокруг его талии и ощутила в себе первый толчок. Сдержанный. Осторожный. А за ним ещё один, и ещё, и ещё.

Теплые губы продолжали целовать мое лицо, а руки нежно ласкали меня. Везде. Мужская ладонь осторожно отодвинула чашечку лифчика и сжала грудь, а затем скользнула вверх, по моей коже, мягким перышком остановившись на изгибе шеи.

Он снова целовал меня. И двигался. Медленно, глубоко и так приятно.

Он делал мне хорошо.

Он делал так, чтобы мне было хорошо, не ему, а мне.

Я до сих пор понятия не имела, что мужчины способны на нежность. Я не знала, что может быть так сладко и совсем не больно.

— Дориан… — я сама потянулась и поцеловала его в губы, желая, чтобы он понял, как мне хорошо. Только с ним. — Пожалуйста… Не сдерживайся. Я буду в порядке. Пожалуйста, — тихо прошептала, оставляя короткие поцелуи на его лице.

Сама не заметила, как слезинка снова скатилась по виску, но поняла это лишь когда Дориан убрал её поцелуем.

И он услышал меня. Не сразу, но постепенно толчки ускорились, и мое тело совсем не сопротивлялось. Оно льнуло навстречу и выгибалось, каждая моя часть двигалась в унисон каждой его части. Сладкий спазм внизу живота увеличивался в размерах, угрожая в любой момент взорваться.

Разве так действительно бывает?

Я никогда не верила в такое. Я убедилась лишь в том, что мужчины получают удовольствие, а девушки должны терпеть. Но сейчас… Все не так!

Сладкая судорога вдруг пронзила низ живота и я ощутила то, что просто разнесло вдребезги мое тело в один миг. Оргазм. Он настиг меня так неожиданно, что я закричала и прикусила его плечо, сильно вцепившись ноготками в плечи.

Пелена удовольствия заслонила глаза, ощущения возросли в сто раз, движения в пульсирующем лоне ускорились и, если это было возможным, член стал ещё больше и твёрже. Рваное дыхание превратилось в горячие вспышки на моей коже, обжигая ее, когда Дориан резко вышел из меня с гортанным стоном, и затем я ощутила, как в бедро ударяет горячая струя.

Едва отдышавшись, он не спешил скатываться с меня. Вместо этого уткнулся своим лбом в мой, и просунул одну руку под мою спину, прижимая меня вплотную к себе. Я закрыла глаза и ответно прильнула к нему, пытаясь вернуть контроль совсем непослушному и все ещё дрожащему от мощного оргазма телу.

Дориан оставался в неподвижном положении ещё несколько минут, не выпуская меня, а я не смела нарушать наш момент. Только когда в голове почти полностью просветлело и осознание произошедшего накрыло с головой, я почувствовала, как странная тревога окутывает мое сердце.

Потому что Дориан оторвал свой лоб от моего и посмотрел на меня таким пронзительным и испытующим взглядом, что я уже знала: ничего хорошего он не сулит.

— Мелисса, мне нужно, чтобы ты мне кое-что сказала, — зазвучал голос так, что по телу забеспокоились мурашки, а затем задал вопрос, который я ожидала услышать, но к которому оказалась совсем не готова:

— Тебя насиловали?

Глава 21. Дориан

Всё, что произошло после того, как Дориан спросил ее об этом, только разожгло огонь его подозрений. Ее глаза стали огромными и шокированными, дыхание участилось, а губы издали неразборчивый звук. Но вместо ответа она пробормотала, что ей срочно нужно в ванную и рывком оттолкнула его прочь.

Не настолько сильно, чтобы действительно сдвинуть его с места, но Дориан уступил ей, позволив выбраться из-под него. Ничего больше не говоря, она вскочила с кровати и убежала из комнаты.

И он не стал идти за ней.

Знал, что наверное должен, но не пошел. Потому что понимал, что сейчас этим ничего не добьется, а соблазн выломать дверь ванной, которую она уже точно заперла за собой на замок, окажется слишком велик.

Поэтому он решил подождать. Натянул джинсы и футболку, достал из самого нижнего ящика тумбочки пачку сигарет, пылившуюся там с давних времён, и отправился на кухню.

Черт знает, зачем он это сделал. Дориан не курил уже года два. Но с тех пор, как она появилась в его доме, он все чаще ловил себя на желании затянуться.

И сегодня не удержался.

По хорошему, он должен был открыть эту чёртову дверь и отпустить ее, когда она об этом просила. Но вместо этого сделал то, от чего сам себя ограждал.

Удержал её.

Соблазнил.

И теперь любой ценой собирается добиться правды, которую она так отчаянно хотела скрыть.

Любопытство? Нет, что-то ещё. С этой девушкой все было не так. С ней всё выходило из-под контроля с самого начала. Он планировал одно, но получалось совсем другое. Говорил ей, как лучше, она делала наоборот.

Ссора с матерью. Это единственное, что она ему рассказала в первый же день их встречи. Но сейчас он не был уверен, что причина в этом.

Нет, не так.

Он абсолютно точно знал, что причина не в её матери. Здесь что-то другое. Здесь замешан кто-то другой. И сегодня он в этом окончательно убедился, когда она плакала под ним и извивалась от страха.

У него было предположение, что она девственница, но оно оказалось ошибочным. Тогда какого черта она боялась?

Кто ее так обидел?

— Я не знала, что ты куришь, — руки внезапно обняли его сзади, и он почувствовал, как её грудь прижалась к его спине.

Дориан медленно