Девочка. Девушка. Женщина - Юлия Резник

— Какая красивая девочка…

Артур оттянул соски, легонько выкрутил и вновь очень нежно провел по саднящим навершиям. И замолчал. Стало тихо-тихо, звучали лишь наше сбившееся дыхание да отдаленный шум проезжающих где-то машин. Я приоткрыла глаза. Легкий ветер колыхал занавески, пуская в чувственный танец тени на стене, холодил разгоряченную кожу… Так что когда Артур неожиданно втянул мой сосок в рот, я зашипела, как змея, и резко приподнялась, опираясь на локти. Грудная клетка ходила ходуном. А он снизу ловил мой взгляд. И сосал грудь… совсем как младенец, посылая чувственные импульсы, стекающие к непривычно напряженному узелку между ног, и делая происходящее абсолютно невыносимым.

— Нет, Артур, — затараторила я, переворачиваясь на бок. — Ты обещал, что мы не будем торопиться!

В моем голосе слышалась совершенно неоправданная истерика. Я обняла колени и снова зажмурилась, застыдившись самой себя. Вершинин медленно откатился. Сел на кровати, опустив ноги на пол, и свесил голову. Я это все заметила, потому что как раз обернулась… Он молчал. Я тоже не находила слов. Потому что казалось — я своим поведением все разрушила. Надо было спасать ситуацию. Поколебавшись долю секунды, подползла к нему. Обняла, коснувшись губами между лопаток. Спина у Артура была широченной. Совсем не такой, как у балетных, у него другие мышцы были прокачаны, но… Это было красиво. Я без зазрения совести наслаждалась тем, что делала.

— Не надо. Я же не железный.

— Прости.

— Проехали. Просто дай знать, когда захочешь двинуться дальше.

— Дело не в этом! Я просто…

— Что?

— У меня никого до тебя не было, понимаешь? А завтра концерт, и если будет больно, то…

Вершинин обернулся медленно, как сидящий в засаде хищник. Поймал меня на лассо взгляда. Глаза уже привыкли к темноте, и я отчетливо видела, как застыло его лицо.

— Ты серьезно?

— Ну да. Говорят, из-за этого может измениться походка и…

— Тщ-щ. Так ты только поэтому… меня тормознула?

Я так и не поняла, как оказалась в его руках. Просто в один момент перетекла с матраса к нему на колени. Учитывая, как он впился в мой рот, ответ, видно, не предполагался. Меня снова повело. Я в нем потерялась. Скользила растерянно пальцами по его широким плечам, царапала короткими ноготками и попискивала что-то бессвязное.

— Можно же по-другому, малыш. Хочешь по-другому? — прошептал он, склоняясь к груди. В ответ я зарылась пальцами в его темные волосы и тихо простонала. — Да, да-а-а. Так хорошо. Потрогай еще. Мне нравится.

Он прижал одну мою ладонь к своему сердцу. Другую просунул под резинку боксеров.

— О-ох.

Он был большой, пульсирующий и чуть влажный на головке в моей ладони. Я обхватила ствол и сдвинула немного кожицу.

— Да-да. Вот так. Кайф…

От автора: Подписывайтесь на мои соцсети группа ВК (здесь проходит грандиозный розыгрыш!!!)

телеграм (здесь со мной можно общаться в онлайн режиме)

Глава 13.3

Как-то извернувшись, чтобы мы не рассоединились, Вершинин уложил меня спиной на кровать, а сам навис сверху и… щелкнул кнопкой ночника. Кровь ударила в лицо. Под покровом ночи было не так стыдно, а тут…

— Красавица. Девочка любимая.

Одной рукой он удержал мой подбородок, не давая отвернуться, другой скользнул вниз. Неторопливо и чувственно погладил треугольник внизу живота.

— Как ты любишь?

— Я н-не знаю.

— Никогда себя не ласкала? — будто принюхиваясь, Вершинин дернул крыльями носа. И сжав сильней своей рукой мою ладонь вокруг ствола, запрокинул голову к потолку. — Почему?

— Как-то не хотелось, — призналась, уткнувшись ему в шею и едва удерживая себя от желания впиться зубами в выступающую, как канат, мощную связку.

— А сейчас хочется, малыш? Скажи, что хочется…

— Да… Да… Только по-другому, помнишь? Не спеши.

— Конечно. Я пальцами.

И он двинулся ниже. Туда, где все горело и текло. Отстранился, так что я даже его из руки выпустила, сел на пятки в ногах, глядя прямо туда, погладил губы, собрал влагу и медленно вставил в меня один палец. Я дернулась, соединила колени и рефлекторно опять зажалась.

— Ну что ты? Разве тебе плохо?

В голосе Артура полязгивал металл, я отчетливо понимала, как нелегко ему сдерживаться.

— Мне хорошо! Но это совершенно невыносимо, — захныкала.

— Тщщщ… — он согнул палец и покрутил. На висках пот. Глаза совершенно безумные.

— А-а-а-а! Я не…

— Тщ-щ. — Приблизился. Подул, лизнул, втянул в рот напряженный и сочащийся узелок. И все это опять на меня глядя! С ума сойти. Просто с ума сойти… Я дрожала. Напрягалась. Дергалась. И бормотала бессвязно:

— Я не могу — не могу — не могу.

А потом меня тряхнуло. И мир стал совсем другим… Артур отстранился, чтобы не пропустить мой первый в жизни оргазм. Я так отчетливо запомнила его дико горящие глаза, потемневшее от щетины и прилива крови лицо, блестящие от моего сока губы и щеки, мамочки!

— Смогла? — улыбнулся. Я смущенно закивала. Потянула к нему руки. Трясущаяся, скулящая, в его объятьях никак не могла успокоиться. Оказывается, вот оно как…

— Так хорошо, так хорошо… — повторяла снова и снова, пока мое внимание не привлекло кое-что другое. На миг застыла, пялясь в его подкатывающиеся глаза, после медленно сползла взглядом ниже. К напряженной плоти, которую он гонял туда-сюда в кулаке, отчего кровать немного потряхивало.

— Хочешь ты? — просипел, ни на миг не останавливая движения. Я зачарованно покачала головой.

— Рукой или ротиком?

Я задышала чаще. Никогда не думала, что мне когда-нибудь захочется это сделать, но… Я облизнулась. Посмотрела на Вершинина, чувствуя себя самой развратной шлюхой на планете. Да так и не смогла сказать… А он, вот ведь, даже не дал мне собраться с силами. Встал, демонстрируя классную загорелую задницу без следа более светлых участков, которые обычно остаются, если загорать в трусах.

— Артур! Не уходи… — испугалась я.

— Я не ухожу, малыш, что ты. Так просто будет удобнее. Сядь на край.

Я послушно сползла на край постели, уже, кажется, понимая, что он затеял. Толстая плоть качнулась у лица. Набрав полные легкие воздуха, я обхватила головку губами. Она имела приятный, хотя и довольно насыщенный вкус напичканного под завязку тестостероном самца. Исходя из названия самого процесса, догадаться о том, что надо делать дальше, труда не составило. Артур