Девочка. Девушка. Женщина - Юлия Резник

Дорогу до аэропорта я вообще не запомнила — так волновалась. Когда увидела Вершинина, чуть было не бросилась ему на шею. Сдержалась чудом, понимая, как важно все сделать правильно. Вежливо поздоровалась и затаилась, выжидая лучшего момента. В итоге мы расселись в салоне, взлетели, выпили кофе, а я все тормозила, не зная, не решаясь начать разговор. Да и опять же — Славка! Сидел, охраняя от меня босса, как цербер! Так что когда он, наконец, отошел в туалет, я не стала терять ни секунды:

— Артур…

— М-м-м?

— Мы можем поговорить? Пожалуйста. Я хочу объясниться. Я… Ты не понимаешь, я не могу без тебя, я тебя люблю…

Я еще что-то говорила. Сбивчиво, обливаясь слезами. Выворачивая душу, сдирая кожу… Не замечая, что Славка уже вышел из туалета и оставался в стороне лишь потому, что Вершинин тормознул его предупреждающим взмахом руки.

— Я все понял, достаточно. — Он заговорил… ласково! Действительно ласково. И это было особенно жестоко, потому что, как мне показалось, давало мне шанс. — Я когда тебя впервые малявкой увидел, знаешь что подумал? Это ж надо, ей пять, а сколько в этой девчонке достоинства. Для меня ты всегда была… ну, не знаю, Сень… какой-то недосягаемой. Смотрел на тебя, ловил каждый жест, каждый поворот головы и думал — ну королева же! Королева… Поэтому, пожалуйста, останься в моей памяти такой — преисполненной достоинства. Не унижайся. Тебе не к лицу вообще. Да и ни к чему. Все в прошлом.

Глава 12.1

Чуть более чем за год до основных событий

А на земле что-то изменилось. Артур отвлекся на телефон и что-то не очень хорошее он там прочитал. Потому что нахмурился, свел брови над переносицей в одну линию и мне бросил:

— Я тебя домой закину и отъеду, ладно? Тут кое-какие дела возникли.

— Да, конечно. А завтра? Если что, мой билет действителен…

— Эй! Я же сказал, что самолет в твоем распоряжении. Ничего не поменялось.

— А ты здесь останешься? — зачем-то допытывалась я. Хотя, если честно, даже не была уверена, что найду для него время. Уж очень плотным был график моих репетиций.

— Не знаю, малыш. Постараюсь, а там посмотрим.

К моему дому нас вез водитель. И пусть мы сидели с Артуром рядышком на заднем сиденье, он уже не стремился ни поцеловать меня, ни приласкать, целиком и полностью погруженный в свои проблемы. А мне хотелось… Будто моей пробудившейся женственности было тесно в теле. Очень странное ощущение. Очень.

— Я не буду заходить. Совсем нет времени. Передавай привет родителям.

— Ладно.

Вещей у меня с собой не было, только маленький рюкзачок. Я поправила лямку на плече и пошла к подъезду. Мама открыла дверь еще до того, как я вышла из лифта.

— Привет! Тебя Вершинин привез? — не скрывая горящего в глазах любопытства, спросила она и крепко меня обняла. — Я в окно увидела. Это же его машина, да?

— Угум.

— В аэропорту встретились, небось? Он к Кате примчался. Не мужик, а золото.

Я как стояла, нагнувшись, чтобы разуться, так и замерла. Что значит — он к Кате примчался? Какого черта? А главное, как мне объяснить родителям, что мы вместе, если те думают, что Артур несвободен?

— М-да?

— Бедная женщина. Тут как наши местные кумушки узнали, что нашего Артура Станиславовича прибрали к рукам, такое началось! Весь остров на ушах, — со смехом заметила мама.

— Может, ты преувеличиваешь, — буркнула я, заходя в кухню и наливая себе воды. В горле резко пересохло, То, что Вершинина обожали в наших краях, ни для кого не было секретом. Впрочем, как и то, что за ним велась настоящая охота. Просто раньше мне до этого не было дела, а теперь… теперь как будто бы есть. И от этого внутри такое горькое неприятное чувство. Как изжога.

— Ничуть. Я вообще думаю, что Артур так долго скрывал их отношения, чтобы защитить Катю от сплетен.

— Да кто вообще эта Катя такая? — разозлилась я, с грохотом возвращая стакан на стол.

— Учительница математики в седьмой школе. Очуметь, правда? Прямо как в сказке. Миллиардер влюбляется в самую простую женщину! Ты просто не представляешь, сколько у нее вдруг нашлось завистниц. Ладно была бы она какой-то звездой, а так… Теперь каждая незамужняя женщина думает, что могла бы быть на Катином месте, — хохотнула мама, — неудивительно, что ее, в конце концов, сглазили!

— Мам, ну что за средневековый бред? Ты же образованный человек, — возмутилась я. — Как это — сглазили?

— А вот так! У бедняжки перитонит образовался на ровном месте, еле откачали.

Я отвернулась к плите, на которой булькала рыбка в томате, чтобы мама не увидела, как я изменилась в лице. Выходит, он к ней в больницу помчался? Ну, правильно… Так и должен был поступить любой нормальный мужчина. Молодец. Все же Вершинин — это Вершинин. Но почему же так тошно от осознания, что он там с другой? И ведь не предупредил меня, не объяснил ситуации! Решил, что это неважно? Или…

— Еще минут десять, и будем есть. Мы тебя позже ждали.

— Да я особенно не голодна. Пойду пока собирать вещи. Пап, поможешь достать кое-что с антресолей?

Я вышла в коридор, но мама продолжила со мной болтать, перекрикивая шум вытяжки:

— Так ты квартиру сняла? Или пока у Даночки перекантуешься?

Я закусила губу, уставилась на отца, на лице которого тоже застыл немой вопрос.

— Появился один вариант, — промямлила я, — если в последний момент не сорвется, поселюсь там. А нет — так еще поживу у Романовой.

— Ну и правильно, нам так спокойнее.

Глава 12.2

К счастью, очень скоро разговор переключился на какие-то отвлеченные темы, и мне не пришлось еще больше запутываться в недосказанности. Я терпеть не могла изворачиваться. Я так не привыкла. Но в текущей ситуации, когда я сама ничего уже толком не понимала, приходилось помалкивать.

Когда все запланированные дела были сделаны, а вещи сложены, родители вытащили меня к океану. Погода наладилась, и хоть вода еще не слишком прогрелась, мы отлично провели время, собирая устрицы на отливе.