Пленница императора драконов - Татьяна Терновская

Я отвела взгляд и покачала головой. Не в моём положении изучать повадки зверьков. Завтра я могу оказаться в темнице или на эшафоте. Сейчас мне оставалось надеяться только на великодушие Цзиньлуна и на показания пойманного преступника. Наверняка его уже допрашивают. Мы не были в сговоре, а значит, он не укажет на меня. Я надеялась, что это станет доказательством в мою пользу. Хотя кто знает.

Я снова взглянула в окно. Горизонт стал почти чёрным, значит, скоро будет рассвет, а за ним и утро, когда я узнаю свою участь.

* * *

Несмотря на тревогу, я всё же ненадолго задремала. Меня разбудил восторженный крик Кристиана. Я вздрогнула и открыла глаза. После вчерашних волнений голова была тяжёлая и во всём теле чувствовалась слабость. Зато мой брат был бодр и весел.

— Смотри! — воскликнул он, указав на ветку дерева, склонявшуюся к нашему окну. На ней сидела маленькая птичка с ярким, пёстрым оперением. Склонив голову набок, она с любопытством смотрела на Кристиана. Затем выдала мелодичную трель и вспорхнула с ветки.

— Видела? Это же была Большая Цветочница! — сказал Кристиан, раскрывая свой альбом натуралиста, — очень редкая птица. У нас в королевстве таких не встретишь. — Брат принялся карябать карандашом бумагу. — Надо рассказать Его Величеству. Если сегодня у него будет время, я попрошу показать мне восточную часть сада, наверняка там тоже полно всяких диковинок.

Кристиан выглядел таким счастливым, что у меня сердце кровью обливалось. Он ведь не знал о том, что я вчера натворила. Хотя мой брат не сделал ничего плохого, вполне возможно, что Цзиньлун больше не захочет проводить с ним время.

— Кристиан, — позвала я, — послушай…

Мой голос сорвался, и я умолкла. Было ужасно стыдно перед братом, чувство вины разъедало душу. Но я должна была во всём сознаться.

— Что-то случилось? — Улыбка медленно сползла с лица Кристиана.

— Да, вчера я сделала большую глупость, — призналась я, — и Его Величество посадил меня под домашний арест.

Кристиан захлопнул альбом и поджал губы.

— Опять ты за старое! — воскликнул он, — Его Величество такой хороший, а ты постоянно его обижаешь!

Мне нечего было сказать в своё оправдание, и я виновато посмотрела на брата. Я думала, он будет и дальше кричать и возмущаться, но Кристиан молча отвернулся и стал смотреть в окно. Я же в ожидании повернулась к двери. В любой момент сюда могли прийти стражники и арестовать меня.

В комнате повисло тягостное молчание. Неизвестность с каждой минутой становилась всё более невыносимой. Лучше сразу узнать свою участь, какой бы она ни была, чем вот так сидеть и мучиться, теряясь в догадках и ложных надеждах.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я услышала за дверью шум голосов. Кристиан тут же повернулся на звук. Я выпрямилась и замерла. Наденут ли на меня кандалы и сразу поволокут в темницу, или позволят сказать несколько слов в свою защиту? И что будет с Кристианом?

Дверь приоткрылась и на пороге появилась Лилинг с другими служанками. В руках у них были подносы с нашим завтраком. Когда они зашли в комнату, я очень удивилась и даже заглянула им за спины, высматривая стражников, но напрасно. Служанки были одни.

— Вы уже встали, госпожа? — вежливо поинтересовалась Лилинг, — и маленький господин сегодня тоже проснулся пораньше?

Она была доброжелательна, как и всегда, словно вчера ничего не произошло. Хотя, возможно, Лилинг ни о чём не знала. Всё-таки Цзиньлун держал в тайне свой план поимки преступника.

— Да, мне что-то не спалось, — растерянно проговорила я.

Лилинг с улыбкой покачала головой.

— Как скверно! Хороший сон очень важен. — Она ловко сервировала стол, одну за другой выставляя на него плошки, миски и чашки. — Если госпожа пожелает, сегодня вечером я подам успокаивающий травяной сбор вместо чая. Он поможет вам заснуть.

— Спасибо, не откажусь, — проговорила я, внимательно вглядываясь в лица других служанок. Они также были в хорошем расположении духа. Похоже, о вчерашнем происшествии никто не знал.

— И маленький господин плохо спал? — спросила Лилинг, улыбнувшись Кристиану.

— Нет, я просто услышал пение Большой Цветочницы, вот и проснулся, — пробубнил он, пододвинув к себе миску с рисом.

В ответ на его слова Лилинг засмеялась. Мне показалось, что она была более весёлой, чем обычно, и я решила спросить об этом.

— У вас произошло что-то хорошее? — осторожно уточнила я.

— Да, во дворце большая радость, — ответила она, — все говорят, повелитель выбрал себе невесту. Скоро у нас будет новая императрица!

В ответ я попыталась изобразить вежливую улыбку, но у меня ничего не вышло. Цзиньлун женится, с врагами он тоже разобрался, выходит, ни я, ни мой дар ему больше не нужны.

Эта новость окончательно разбила мне сердце. Если раньше в моей душе теплился крохотный огонёк надежды, то теперь он погас. Пусть Цзиньлун не обвинит меня в сговоре с его врагами, всё равно прогонит из дворца. Хотя на что я рассчитывала? Я изначально ничего для него не значила.

Услышав слова Лилинг, Кристиан посмотрел на меня. В его взгляде читалось обвинение, и это ранило ещё сильнее. Брат был прав: если бы я действовала умнее, то смогла бы сохранить благосклонность императора.

За завтраком мы не проронили ни слова, да и не поели толком. Аппетит пропал у обоих. Я не знала, о чём думал Кристиан, но в моей голове одна за другой возникали безрадостные картины нашего будущего. Я молилась только о том, чтобы реальность не оказалась страшнее моих фантазий.

Когда мы закончили трапезу, Лилинг, как обычно, помогла мне одеться. После того как Цзиньлун полностью во мне разочаровался, в наведении красоты не было никакого смысла, но я не стала возражать. Служанкам незачем было знать о наших проблемах. Поэтому на все предложения Лилинг я лишь кивала и вежливо улыбалась.

Стоило служанкам уйти, как Кристиан набросился на меня с обвинениями.

— Я говорил тебе тогда пойти на смотрины! — воскликнул он, — если бы ты меня послушала, то сейчас сама стала бы императрицей!

Я устало вздохнула.

— Его Величество ни за что бы на мне не женился, — сказала я, — это просто невозможно.

Но Кристиан стоял на своём.

— Неправда! Уверен, если бы ты туда пришла, он бы выбрал тебя! — заявил брат, — а ты просто не захотела бороться! И теперь Его Величество нас выгонит, и мы опять попадём к плохим людям.

Мне