Пленница императора драконов - Татьяна Терновская

— Тебе не обязательно уходить вместе со мной, можешь остаться здесь, — сказала я, — ты ведь не сделал ничего плохого. Думаю, если попросишь, император разрешит тебе остаться.

На лице моего брата мелькнул испуг. Его возмущение резко испарилось.

— Ты хочешь меня бросить? — жалобно спросил он.

— Не говори глупости! — воскликнула я и обняла Кристиана, — я ни за что на свете не оставлю тебя одного.

Брат немного успокоился.

— Может быть, Его Величество всё-таки простит тебя? — с надеждой предположил он.

Я понимала, что уже перешла черту и утратила доверие императора, но произносить это вслух не стала.

— Всякое возможно, — отозвалась я.

Больше эту тему мы не поднимали. Кристиан показал мне новые рисунки и записи в альбоме натуралиста. Я рассказала ему пару сказок, которые когда-то услышала от мамы, но в основном мы молча ждали новостей от Цзиньлуна. Вполне возможно, именно в эту минуту он решал нашу судьбу.

За целый день к нам лишь однажды заглянули служанки с обедом, а всё остальное время мы были одни. В какой-то момент у меня даже возникла безумная мысль: уж не забыл ли о нас император, но на закате перед Летним дворцом началось какое-то движение, и вскоре Цзиньлун уже стоял на пороге нашей комнаты.

Я и Кристиан одновременно вскочили на ноги, хотя по местному этикету нам следовало, наоборот, упасть на колени, но привычка оказалась сильнее. Я сразу попыталась понять настроение Цзиньлуна по выражению его лица. Как и всегда, оно оставалось непроницаемым. Интересно, если император отправит меня на эшафот, дрогнет ли хотя бы один мускул на его лице?

— Здравствуйте, Ваше Величество! — воскликнул Кристиан. Было видно, что он сильно нервничал. Я же от волнения вообще не могла произнести ни слова.

— Добрый вечер, — ответил Цзиньлун, — ты сегодня весь день просидел в этой комнате?

Кристиан покосился на меня.

— Я хотел попросить вас показать мне восточную часть сада, — робко признался мой брат, — но нам ведь нельзя отсюда выходить.

— Почему? — удивился император, — если хочешь, пойдём прямо сейчас.

Кристиан снова посмотрел на меня, как бы спрашивая разрешения. Я переадресовала его немой вопрос Цзиньлуну.

— А мне можно пойти с вами? — тихо спросила я.

— Да, — согласился император, — тем более, я как раз хотел с тобой поговорить.

Я почувствовала, как мой лоб покрывается испариной. Сейчас я узнаю свою участь.

* * *

Закончив допрос пленного лазутчика, Цзиньлун приказал увести его и бросить в темницу. Преступник во всём сознался, более того, он даже не скрывал своей ненависти к императору. Теперь лазутчика ждало справедливое наказание.

— У вас будут ещё какие-то распоряжения, повелитель? — спросил начальник охраны, когда он и Цзиньлун остались наедине.

— Ты уверен, что преступник действовал в одиночку? — спросил император.

— Да, повелитель, — ответил начальник охраны, — мы тщательно обыскали его комнату и не нашли никаких следов, указывавших на сообщника.

Цзиньлун кивнул. Значит, всё закончилось, и теперь можно было расслабиться и жить спокойно. Странно, но император не чувствовал радости. Несмотря на доводы рассудка, он продолжал испытывать неясную тревогу.

— Вас что-то беспокоит, повелитель? — спросил начальник охраны, словно прочитав его мысли, — если вы пожелаете, я могу провести ещё один обыск.

— Нет, не стоит. Не хочу, чтобы ты напрасно тратил время, — сказал Цзиньлун.

Начальник охраны поклонился.

— А что насчёт вашей наложницы? — уточнил он, — прикажете её допросить?

Хороший вопрос. Цзиньлун знал, что Лисбет солгала ему о причине, по которой ночью пришла в его покои. По идее, императору следовало посадить её под замок и допросить. Это было бы правильно. Разумно. Проблема заключалась в том, что Цзиньлун не хотел так поступать. Он и сам не понимал, почему так привязался к Лисбет.

— Лазутчик попытался её убить. Если бы они были заодно, он бы так не поступил, — заметил император.

— Позвольте не согласиться, повелитель, — возразил начальник охраны, — возможно, лазутчик хотел таким образом устранить свидетеля. Девушка сообщила ему всё, что было нужно, и превратилась в обузу, которая вдобавок в любой момент могла его выдать.

Слова начальника охраны звучали разумно, но Цзиньлун внутренне противился этому. Отчего-то ему хотелось вступиться за Лисбет.

— Я сам поговорю с ней сегодня, — объявил император.

— Повелитель! — воскликнул начальник охраны, — это слишком опасно!

Цзиньлун нахмурился.

— За кого ты меня принимаешь? — строго спросил он, — считаешь, я не смогу справиться с девушкой и мальчиком?

Начальник охраны виновато потупил взгляд.

— Простите, повелитель! — сказал он и коснулся лбом пола.

Цзиньлун встал и вышел из комнаты. Он решил не тратить времени даром и поговорить с Лисбет прямо сейчас, поэтому направился в Летний дворец. Император по-прежнему ощущал смутную тревогу. Кажется, интуиция пыталась его о чём-то предупредить.

Когда Цзиньлун переступил порог спальни Лисбет и Кристиана, то сразу заметил волнение на их лицах. Похоже, они весь день просидели в комнате, дожидаясь прихода императора. Цзиньлун подумал, что такая атмосфера не годится для беседы, и предложил выйти в сад. Красота природы должна была хоть немного рассеять тревогу.

В закатные часы в саду всегда было тихо. Птицы и насекомые готовились ко сну. Ароматы цветов становились тоньше, даже ветер стихал. Повсюду царила безмятежность.

— Иди вперёд по той дорожке, — подсказал Цзиньлун, когда они подошли к развилке.

Кристиан кивнул и пошёл первым. Император заметил, что в этот раз мальчик не взял с собой альбом и краски. Похоже, Кристиан был очень взволнован и расстроен. Лисбет и вовсе выглядела напуганной. Она то и дело со страхом смотрела на императора, боясь предстоящего разговора.

— Вы посадите меня в темницу? — тихо спросила Лисбет, как только Кристиан отошёл на достаточное расстояние.

— Нет, — коротко ответил Цзиньлун, надеясь успокоить этим Лисбет.

— Значит, нам нужно собирать вещи? — предположила она.

Император вопросительно на неё посмотрел.

— Вы ведь поймали человека, который желал вам зла, к тому же собираетесь жениться, — пояснила Лисбет, — значит, я вам больше не нужна.

Цзиньлун не понял, как поимка преступника связана с предполагаемой женитьбой, но уточнять не стал. Сейчас это было не главным. Лисбет правльно сказала: цель, ради которой император привёз её в Пурпурный дворец, была достигнута, и их сделку можно было считать выполненной. Цзиньлун должен был отправить Лисбет и Кристиана домой, но не хотел этого делать. Император испытывал странные чувства, которые не мог ни понять, ни объяснить даже самому себе.

Нет, было бы эгоистично держать Лисбет и Кристиана во дворце только из-за собственной прихоти. Следовало их отпустить. И чем раньше, тем лучше.

В тот момент, когда император собирался сообщить об этом Лисбет, интуиция послала ему