Прежде чем расстаться... - Мирра Блайт

— Это весь твой ужин? — изумился он.

— Угу! Поделиться? — Трэйси снова уселась на тахту.

— Нет, спасибо, — усмехнулся Маркус. — Не то чтобы я не любил гренки с сыром, но лишать тебя последнего куска хлеба… это чересчур. Если ты не против, я займусь своим ужином сам. Сиди! — скомандовал он, видя, что она встает.

Через несколько минут он вернулся с бутылкой вина, двумя бокалами и тарелкой, на которой аппетитно красовались нарезанный сыр, салями, лук, оливки и сладкий перец.

— Интересно, откуда ты все это взял?

— Выгреб из холодильника и буфета все, что там было.

— Неужели? А впрочем, я давно туда не заглядывала…

— Как Дженис? — спросил Маркус, налегая на закуску. — Я хотел предложить ей, чтобы она приехала навестить отца не завтра, а днем позже. Я бы очень хотел с ней повидаться.

— Вот как? — Трэйси прикусила губу. — А о чем ты собрался говорить с ней? Ведь Мэрилин…

— Ее предоставь мне. Алекс вернулся домой, и у них снова медовый месяц. Сестрице сейчас не до чего, так что на какое-то время она оставит всех в покое.

— Понятно.

Он хмуро взглянул на нее.

— Что тебе понятно?

Трэйси заколебалась, не зная, стоит ли ей выплескивать то, что накопилось на душе.

— Ну же, Трэйси! Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы не понимать, что за этими словами стоит нечто большее, — сказал он. — Выкладывай!

— Тебе это может не понравиться.

— Можно подумать, до сих пор это мешало тебе говорить все, что ты считаешь нужным, — заметил он с иронией.

— Я говорила о мужчинах вообще…

— Не надо обобщений. Говори только о Маркусе Джулиусе Макларене, о его недостатках и его достоинствах.

— Нет, все-таки права была твоя сестра…

— Знаешь, Трэйси? — перебил он нетерпеливо. — Иногда мне тоже начинает казаться, что у всех женщин есть общие несносные привычки. Например, озабоченность вопросами семейного положения окружающих мужчин.

Наступила тишина, и почти одновременно смолкла последняя мелодия на пластинке.

— Если ты имеешь в виду желание выскочить замуж, то это не про меня, — безапелляционно заявила Трэйси. — Я с самого начала считала, что брак между нами невозможен. Но если ты снова и снова заводишь об этом разговор, то я вынуждена задуматься о том, какую роль мне предстоит играть, пока ты ищешь себе жену. Любовницы? Наложницы? Продажной девки?

— Временами ты становишься просто невыносимой! — разозлился Маркус. — Послушай, а может, тебе действительно нужен постоянный любовник, чтобы не беситься от одиночества? Нет, нет, кулачки свои держи при себе! — процедил он сквозь зубы, поймав ее руку в дюйме от своего лица. — Если, конечно, это не прелюдия к любовному акту в самом экстравагантном его варианте.

Трэйси извивалась в руках Маркуса, пытаясь укусить его.

— Брось, — со смешком сказал тот. — Еще немного, и тебе не надо будет даже раздеваться.

Только сейчас Трэйси заметила, что пояс халата снова развязался, и она стоит перед ним почти голая.

— Пусти меня! — сквозь зубы прошипела она. — Я тебя не трону!

Маркус запахнул ей халат чуть ли не до самого подбородка и крепко завязал пояс.

— Да, рановато нам с тобой отправлять открытки с приглашением на свадьбу, — криво усмехнулся он. — Трудно поверить, что три дня назад эта женщина соблазнила меня…

— Ах вот как? — охнула она. — Святые угодники! Это еще вопрос — кто кого соблазнил. Да, я совершила ошибку, но больше этого не повторится. Я не такая дура.

Маркус поднялся и угрожающе навис над нею, как огромный корабль над утлой лодчонкой.

— Ты мне указываешь на дверь?

В комнате воцарилась зловещая тишина.

— Послушай, — спокойно сказала она, опустив плечи. — У нас ничего не получится. Ты это тоже понимаешь, просто не хочешь признать.

Он долгим взглядом посмотрел ей в глаза.

— Мы ничего не можем знать заранее. А ты не боишься, что будешь скучать по мне, детка?

Она отвернулась.

— По-моему, тебе лучше уйти. — Голос Трэйси звучал еле слышно.

— Не беспокойся, я уже в пути! — с горечью ответил он. — Можешь не провожать меня, я помню, где выход. Погоди, что это с тобой? — Он положил руку ей на плечо и повернул к себе лицом. — Что такое? Ты плачешь? Где же ваша хваленая выдержка, мисс Слейтон?

Трэйси выпрямилась, хотя на глазах у нее все еще сверкали слезы.

— Я справлюсь, Маркус! — прошептала она. — Не сомневайся в этом.

— Тогда моя миссия исчерпана. — Он коснулся губами ее рта. — Прощай, моя маленькая сладкая ведьма! Счастливо оставаться, мой рыжеволосый дизайнер! Крепись, Трэйси, такова жизнь! — И вышел, закрыв за собой дверь.

Она упала на тахту, заливаясь безутешными слезами. Ну, зачем? — спрашивала она себя снова и снова. Зачем тебе понадобилось затевать этот спор именно сегодня, когда он приехал, оставив в больнице больного отца, чтобы увидеться с тобой, пришел к тебе, уставший и голодный, в поисках поддержки? Она вытирала ладонью слезы и рыдала снова, уткнувшись лицом в подушки.

Минут через пять Трэйси села, схватила бокал вина, к которому до сих пор даже не прикоснулась, и сделала большой глоток, наслаждаясь терпким вкусом.

Неужели все дело в том, что я в него влюблена? — спросила она себя со страхом. И больше всего на свете боюсь, что мне не ответят взаимностью? А что бы я делала, если бы он полюбил меня или, скажем, предложил выйти за него замуж?

Трэйси снова пригубила бока и, закрыв глаза, впервые за время знакомства с Маркусом подумала: а почему, собственно, она не может пойти на жертву ради него? Только потому, что не сделала это в отношении другого мужчины?

Но тот, по крайней мере, говорил ей о любви, предложил руку и сердце. А Маркус? Как решиться на то, чтобы отдать свое сердце человеку, который, возможно, ни одной женщины в жизни не любил по-настоящему?

Она попыталась вспомнить, как переживала разрыв с Стивом Карстоном, но почему-то его образ не вызывал больше никаких чувств.

Что со мной происходит? — запаниковала Трэйси. И что мне делать дальше?

— Они все в Ковентри, — сообщила в понедельник Дженис.

— Чудесно! И надолго они приехали?

Та пожала плечами.

— Смотря кто. Все семейство появилось вчера вечером, и я пробыла у них час или около того. Маркус, как я понимаю, останется с отцом до конца недели.

— А миссис Брайд?

— Сегодня утром они с мужем улетели на Багамы, оставив детей у его матери, а значит…

— …твой главный недруг на время выбыл из игры! Будем надеяться, что к тому времени, когда она вернется, Патрик поправится настолько, что обойдется без опеки родной дочки. Дженис, что ты думаешь о гостиной в кремовых тонах?