Семейка для отличницы - Александра Шервинская

Что я, бестолочь такая, наделала?! Я свернула направо, но ведь я в это время стояла лицом в другую сторону! Проскочила камень и вернулась к нему, а это значит, что свернула я не направо, а налево! То есть именно туда, куда идти было совершенно не нужно! Это снова было, как сказал бы Сильвестр, «неправильное направо». Следовательно, всё последнее время я не шла в сторону Маунтин-Вилладж, а старательно от него удалялась. Ой, мамочки, это что же я, почти до Загорья дошла? Или оно дальше?

Решительно развернувшись, я быстро пошла в обратную сторону, надеясь добраться до камня и свернуть уже в «правильное направо». Но тропинка вилась, деревья шелестели кронами, деловито жужжали трудолюбивые шмели… Только вот камня не было.

Увидев толстое дерево со странными резными листьями, я притормозила, чувствуя, как медленно, но верно подступает паника. Этого великана я точно раньше не видела, так как обязательно запомнила бы: его ствол был настолько большим, что понадобилось бы человек пять, чтобы обхватить. Мимо него я совершенно точно не шла!

Заставив себя успокоиться, я медленно вдохнула и выдохнула несколько раз. В результате этого простого, но действенного упражнения я почувствовала, что слёзы отступили, а дыхание стало ровнее. Что там говорил Сильвестр? «Заблудиться, конечно, не заблудишься…» Вот! Значит, нужно просто успокоиться и, не паникуя, вернуться по тропинке к перекрёстку. С дорожки я не сходила, следовательно, она должна привести меня к нужному месту.

С этими логичными мыслями я прошла ещё метров триста, но в итоге остановилась, так как тропинка передо мной оказалась перегорожена старым поваленным деревом.

– Нормально вообще! – сказала я вслух, обращаясь непонятно к кому. – А это здесь откуда? Я тут шла, и здесь совершенно точно не было ничего подобного. Я же не могла не заметить целое дерево, верно?

Мне, разумеется, никто не ответил, но у меня возникло странное чувство, будто за мной кто-то внимательно наблюдает. Представить себе хищника, втихаря подсматривающего за человеком из зарослей, у меня не получалось, поэтому я огляделась и громко попросила:

– Выходите, пожалуйста, а то мне и без того страшно! И вообще, я тут, кажется, немножко заблудилась!

Ответом мне была тишина, нарушаемая по-прежнему безмятежным пением невидимых птиц и ласковым шелестом листвы. Я задумчиво посмотрела на перегородившее дорогу дерево, на всякий случай пару раз осторожно пнула его ногой, убедилась, что оно никак на подобное безобразие не отреагировало, и грустно вздохнула.

Интересно, если я поверну обратно, то куда в итоге приду? Буду честной хотя бы сама с собой: шансов на то, что конечной точкой моего пути станет Маунтин-Вилладж, было немного. До Загорья я тоже вряд ли за полдня дошагаю, так что самым реальным вариантом становится ночёвка в незнакомом лесу. Впрочем, до темноты ещё достаточно много времени, и если мне очень повезёт, я набреду на какую-нибудь деревню. Даже если она окажется загорской, это будет лучше, чем дикая лесная чаща. Ну, во всяком случае, я очень на это рассчитываю. Не съедят же они меня, правда?

Вдохновлённая этими оптимистичными мыслями, я бодро зашагала в обратную сторону, так как перелезать через дерево и оказываться на заведомо неизвестной территории я не собиралась. А так, глядишь, всё же куда-нибудь да выйду…

– Посторонись!

От неожиданно прозвучавшего громкого мужского голоса я вздрогнула и отпрыгнула в сторону не хуже какого-нибудь зайца. Оступилась, подвернув щиколотку, и совершенно не элегантно шлёпнулась в заросшую травой, но, к счастью, сухую придорожную канаву.

– …, … и …!! – пусть неприлично, зато от души высказалась я, барахтаясь в траве и пытаясь выпутаться из длинной юбки. Та, как на зло, обмоталась вокруг лодыжек и лишила меня возможности встать на ноги.

– Ого! – раздался всё тот же голос, только теперь в нём отчётливо слышался смех. – Девушка, ты где такие интересные слова узнала?

Тут меня сильно, но аккуратно взяли за талию и, подняв в воздух, слегка встряхнули. Юбка распуталась и выпустила меня на свободу. Я поболтала ногами в воздухе и попыталась рассмотреть спасителя, но он был где-то сзади и сверху, так что у меня ничего не получилось.

– Спасибо! – поблагодарила я невидимого помощника и почувствовала, что меня опустили на землю. Я тут же развернулась и с трудом удержалась от того, чтобы не повторить неприличную тираду. На «бис», так сказать….

Передо мной возвышался настоящий гигант: высокий, с богатырским разворотом плеч, с мощными руками. Грубоватое, но привлекательное какой-то непривычной красотой лицо поражало совершенно дико выглядящими на такой суровой физиономии яркими глазами нереального фиалкового цвета.

На незнакомце была чёрная лёгкая рубашка, заправленная в кожаные брюки, мягкие короткие сапожки, а из-за спины торчала рукоять какого-то оружия. Какого именно, я определить не могла, так как «в лицо» узнала бы только меч: с ними ходили маги из Эленбургской академии. Но самым невероятным было то, что в расстёгнутом вороте рубашки прекрасно была видна мелкая, но плотная чешуя цвета старой бронзы.

«На людей похожи, только побольше и кожа у них такая… чешуйчатая местами…» – вспомнились мне слова Рассела, и я тихонько ойкнула.

– С тобой всё в порядке? – спросил незнакомец и окинул меня откровенно заинтересованным взглядом.

– Да, спасибо, – пробормотала я и, не успев остановиться, ляпнула, – а ты что, загорец? Настоящий?

– А бывают ненастоящие? – насмешливо хмыкнул здоровяк. – Ну а так-то да, загорец, а ты кто, красавица?

– Я Тереза Бриджес, экономка, – уже привычно представилась я и уточнила, – это я что, нечаянно в Загорье зашла, да?

– Не совсем, – подумав, проговорил мужчина, – это пограничные территории, а я их охраняю. Позволь представиться – Игнат Шурадский, капитан приграничной стражи.

– Очень приятно, – я присела в реверансе, что, надо полагать, выглядело с учётом обстоятельств феерично. Мужчина не выдержал и фыркнул, не прекращая с любопытством меня рассматривать.

– И куда же ты направлялась, Тереза? – поинтересовался он, когда молчание стало почти неприличным.

– В Маунтин-Вилладж, – и не подумала скрывать я, – но возле камня свернула в «неправильное право», вот и оказалась тут.

– В каком смысле неправильное? – предсказуемо удивился загорец. – Право не может быть правильным или неправильным. Оно или право… или нет.

– А вот и ничего подобного, – возразила я, не желая, чтобы он считал меня бестолковой. – Вот у тебя где право?

– У меня? – растерялся Игнат. – Вот.

И он махнул рукой вправо, глядя на меня с некоторым опасением.

– Правильно, – согласилась я, – а у меня право тут.

И я махнула рукой вправо, но так как стояли мы лицом друг к другу, то получилось, что показываем мы в