Огонь в его ярости - Руби Диксон

У меня также нет духов, чтобы замаскировать свой запах.

Я собираю несколько штук мыла и шампуней и приношу их обратно в пентхаус. Если я не могу замаскировать свой запах духами, может быть, мне заменить его ароматами шампуней. Я складываю свои вещи в большой ванной, включаю воду и зажигаю свечу, чтобы было больше света. На мгновение вода в душе становится грязной и красноватой, затем начинает стекать прозрачно, поэтому я оставляю ее на несколько мгновений, добавляя свое мыло и шампуни на губку внутри самого душа. Сэм следует за мной в ванную, потому что, конечно же, не хочет оставлять меня, и человек-дракон обнюхивает все, к чему я прикасаюсь. Он находит свечу забавной, фыркает так громко, что чуть не гасит пламя, прежде чем отодвинуть ее в сторону и взять полотенце. Он трет им лицо, а затем бросает на землю, как будто это мусор. С легким вздохом я снова беру его в руки и аккуратно складываю.

— Это не для тебя, это для меня.

Пока я говорю, он придвигается ближе, его глаза вспыхивают золотом, как будто звук моего голоса доставляет ему удовольствие. Он протягивает руку, чтобы погладить меня по щеке, и я позволяю ему, пока его глаза остаются скорее золотыми, чем черными. Я не отвечаю взаимностью, потому что не хочу отвлекаться от своего душа. Когда он опускает руку, я беру его за запястье и указываю на пентхаус, затем вывожу его из ванной.

Сэм легко следует за мной… по крайней мере, до тех пор, пока я не показываю, что он должен остаться, а затем разворачиваюсь и направляюсь обратно в ванную так быстро, как только могу, запирая за собой дверь.

— Я быстро в душ, — кричу я своим самым счастливым голосом. — Сейчас вернусь! — Это будет не горячий душ, но мне все равно. Приятная прохладная струйка воды, стекающая по моей коже, сейчас звучит чудесно.

Я слышу рычание человека-дракона по ту сторону двери, и вся она сотрясается, ручка поворачивается. Когда она не открывается, он рычит громче, и вся дверь трясется на петлях от силы его дребезжания.

— Минуточку, — говорю я своим самым жизнерадостным голосом. Это должен быть самый быстрый душ в мире, потому что он не собирается выпускать меня из виду ни на секунду. — Ты же знаешь, что здесь никого нет, — говорю я своим самым успокаивающим тоном, даже когда снимаю обувь и просовываю руки под футболку, чтобы снять лифчик и трусики. — Это совершенно безопасно, Сэм. Не волнуйся, ладно?

Его низкое рычание переходит в рев ярости, и в тот момент, когда я позволяю своим трусикам соскользнуть на пол, в деревянную дверь врезается кулак. Я ахаю, отшатываясь назад, когда все это содрогается, и когда он убирает руку, большая деревянная панель падает на пол. Сэм свирепо смотрит на меня сквозь полуразрушенную дверь ванной, а затем продолжает ломать ее до тех пор, пока не сможет войти.

— Серьезно? — разочарованно спрашиваю я. Я наклоняюсь, чтобы поднять с пола свои трусики. — Ты не мог бы оставить меня на пять минут одну, чтобы привести себя в порядок? Ты…

Я замолкаю в шоке, когда он выхватывает трусики у меня из рук и подносит их к своему носу.

О мой Бог. Мне так неловко. Я в ужасе смотрю, как он делает глубокий вдох. На данный момент они не могут пахнуть… хорошо. Но, похоже, ему все равно. Пока я смотрю, его глаза становятся полностью золотистыми, и он бросает на меня такой пристальный взгляд, который заставляет мое тело реагировать. Нервничая, я дергаю за подол футболки, которая на мне надета, пытаясь сделать ее достаточно длинной, чтобы прикрыть все свои части тела. Это так, но едва-едва.

— Можно мне это забрать, пожалуйста?

Человек-дракон снимает их с носа, но вместо того, чтобы вернуть мне, как я просила, он начинает наматывать их на запястье, рядом с изношенными лоскутами ткани, которые он постоянно носит на руке.

Удивленная, я хватаю его за руку.

— Что ты делаешь? — спросила я.

Он пристально смотрит на меня, глаза в равной степени наполнены и черным, и золотым, выражение его лица напряженное. Я чувствую, как от него исходит сильное разочарование, и когда я опускаю взгляд ниже, то замечаю, что он полностью возбужден. В его реакции нельзя ошибиться. Мой запах возбудил его. Думаю, я позволю ему оставить мои трусики, если…

Подожди.

Я поворачиваю его запястье и поворачиваю его руку к свету свечи, потому что хочу поближе рассмотреть ту поношенную ткань, которая на нем надета. Она серая и потрепанная от пребывания на солнце, но когда я прикасаюсь к ткани, она кажется знакомой. Я провожу пальцами по резинке и тут вижу это — крошечный бантик, похожий на те, что у девушек на трусиках.

Это мои трусики. Те, что я оставила, чтобы дракон нашел их.

Я задыхаюсь, глядя в глаза Сэму.

— Это ты их нашел? Это был ты?

Он тянется к моему лицу свободной рукой, проводя костяшками пальцев по моей челюсти в легчайшей ласке.

Я потрясена до глубины души. Все это время я думала, что другой дракон был тем, кто был предназначен мне. Что он был моей парой, а Сэм убил его. Оказывается, я была ужасно неправа. Сэм — тот, кто нашел мои трусики и пришел искать меня. Другой, должно быть, просто случайно учуял мой запах в нужное время, и Сэм убил его за попытку украсть меня.

На самом деле это было не убийство. Это был Сэм, защищающий свою территорию.

И его территория — это я.

— Это самая странная вещь, из-за которой можно испытывать эмоции, — говорю я ему, несмотря на то, что мои глаза наполняются слезами. — Но ты всегда искал меня, не так ли?

— Ээээ, — бормочет он, и я даже не возражаю против этих огромных когтей, которые скользят по моей коже. Это моя пара-дракон. Это тот, кого я хотела найти сама.

Он так и сделал, и я все это время держала его на расстоянии вытянутой руки, и все это время он терял рассудок с каждым