Сватовство дракона - Софья Баснина

— И союзник, как я понимаю, ваши величества?

— А это нам еще предстоит решить.

— Союзник, Морок, — решительно заявила царевна. И с нажимом добавила: — Даже не сомневайся, — и вновь вернулась к рассказу: — Так вот, он прознал о заговоре…

— Как прознал? — нарочито спокойно уточнил его величество.

Царевна, которую вопросы, отвлекающие от основной проблемы, уже начали раздражать, недовольно поморщившись, передернула плечами:

— Сам у него спросишь. Меня в ту ночь убить должны были. Это Светозар вам помог убийц и заговорщиков изловить. А меня забрал.

— Мудро, коли так, — неожиданно поддержал решение дракона Морок, вид имевший самый задумчивый. — Но как они могли знать, что вы гулять отправитесь, Ваше Высочество?

— А тут начинается самое интересное. Мой ушлый жених через твоих, — Сия на мгновение перевела взгляд с главы тайной стражи на Лукиана, — братец, царедворцев уговорил Лёнку мне в ночное питье снадобье добавлять. Приворотное. Вернее, как выразился Верислав, в его основе приворотное зелье. И как я полагаю, сниться мне должен был сам Ольгард. Но, как ты знаешь, братец, что-то пошло не так.

Молодой царь чуть прищурился, пристально глядя на сестру. Но промолчал.

— Министр с Магистром решили этим воспользоваться.

— Избавиться от тебя, свалить вину на Ольгарда… — сухо озвучил Лукиан.

Царевна кивнула.

— Жаль, Лёнка пропала, — вздохнул Морок.

Сия лукаво улыбнулась:

— Не пропала. И сегодня перед вами предстанет, коли пожелаете, как только решим, что делать дальше.

— Пожелаем, обязательно.

— Выслушай, прежде чем решение принимать.

Государь лишь прикрыл на мгновение глаза, давая понять, что услышал просьбу сестры.

Негромко напомнил:

— Что дальше было?

Царевна глубоко вдохнула, принимаясь за долгий рассказ. Сложнее всего оказалось о зеркале поведать, о том, что случилось и что на сердце тогда было. Правда, некоторыми подробностями ее высочество предпочла пока не делиться: незачем брату и его верному стражу было пока знать о тех чувствах, что ее со Светозаром связывали, — прежде с заговорщиками разобраться нужно. После расскажет.

После того, как Сияна добралась до своего возвращения в родные стены и были согласованы дальнейшие действия, Морок вновь бесшумно исчез из кабинета. Появился спустя пару мгновений с докладом.

— Господа Советник и Магистр заключены под стражу. Негодуют. Ольгард вернулся. Во дворец впустить?

— Да, не дальше главного зала. Что с осколками?

— На осколках следы вытягивающего жизненные силы заклинания, а также частицы, не поддающиеся распознаванию. Зеркало служило передатчиком. Накопитель установить не удалось. Автора заклинания — также.

— Еще дополнения?

Мужчина качнул головой.

— Всё.

— Благодарю за работу, Морок, — не пряча от верного стража тревогу, вздохнул монарх.

— Служу Благомиру! — отсалютовал мужчина.

— Это была магия внушения… — тихо проговорила Сияна.

Лукиан, отчетливо скрипнув зубами, сжал пальцы лежащей на столе руки в кулак. Некоторое время в воздухе висела напряженная тишина. Его величество какое-то время неподвижно сидел, глядя перед собой.

Наконец, тряхнув головой, молодой правитель вновь вернулся к делам насущным:

— Пора встречать дорогого гостя, — и с недоброй ухмылкой решительно поднялся из-за стола.

34

Шли государь и его сестра чинно, не скрываясь. Отчего все до единого встречные сначала замирали потрясённо, едва не пятясь от царевны, как от призрака, а лишь затем вспоминали о приличиях, отвешивая запоздалые робкие, исполненные благоговения поклоны и реверансы.

Расступались, освобождая венценосным особам дорогу.

Сияна улыбалась, царственно, благосклонно. Многолетняя привычка не подвела. А острый глаз художника мигом выхватывал в толпе искомую реакцию. Почтение, благоговейные поклоны, растерянность, радость, бледность, страх, почти ужас… Морок и его люди не появлялись, но, царевна не сомневалась, тоже не дремали и подмечали детали.

Гостей из свиты Ольгарда видно не было.

— Его Величество Лукиан и Ее высочество Сияна! — провозгласил церемониймейстер в тот момент, когда стража распахивала высокие резные двери.

И царевна вслед за братом шагнула в зал аудиенций.

Ольгард — в парадном мундире, надетом, видимо, по случаю долгожданной встречи с невестой (неужто кто донёс-таки?) — размашистым шагом пересек зал, решительно направляясь к вошедшим. Увидев царевну, живую и невредимую, он просиял счастливейшей улыбкой и бросился навстречу.

— Сияна, наконец-то! Душа моя, как я рад! С тобой все хорошо?

А девушка, с трудом подавив желание отступить, за спиной брата спрятаться, поймала себя на мысли, что радость в этих светлых глазах будто инеем подернута. Слова змеиным ядом отдают, обволакивают, заманивают…

— Благодарю. Боги были милостивы, послав мне верных друзей, — холодно кивнула девушка, не в силах заставить себя быть дружелюбной.

Жених не стал настаивать — лишь обеспокоенно нахмурился, остановившись:

— Что с вами? Меня держат в комнате для гостей, невеста меня будто опасается, и ее брат мне не рад… Могу я услышать объяснения?

На лице Лукиана будто каменная маска застыла.

— Разумеется. Как только Первый министр и Верховный магистр, бывшие увы, изложат их письменно, — без улыбки кивнул монарх.

— Не понимаю… — растерянно выдохнул гость.

Глаза правителя полыхнули гневом. Голос, впрочем, остался спокоен, почти холоден:

— Жаль. Мне казалось, ты достаточно умен, чтобы вовремя остановиться, и понимаешь, что Благомир ничьей провинцией не был и никогда не будет.

— Лукиан, что за загадки?! Это обвинение? Так будь добр говорить прямо, не оскорбляй меня намеками и недомолвками.

Сия украдкой оглядывала зал. И вдруг обнаружила, что стражи стоят так, чтобы при необходимости блокировать гостя и прикрыть правителей.

— Изволь, — согласился ее брат. — Сияна вчера едва не погибла. По милости твоего артефакта.

— Какого? — с неподдельным непониманием уточнил Ольгард.

— Зеркала. Или у тебя еще артефакты имеются?

— И ты обвиняешь меня? — в праведном возмущении взмахнул руками гость. — Мы над ним вместе колдовали! Ты хоть понимаешь, что делаешь? Хочешь развязать войну?

— Подозреваю, — холодно поправил молодой царь. И невозмутимо кивнул, отвечая на второй вопрос: — И понимаю. И с тобой беседы веду, пытаясь избежать кровопролития. Кроме того, ты стоишь здесь, совершенно свободный, а не помещен в темницу вместе с моими подданными.

— Лукиан, ты серьезно? — в негодовании Ольгард снова не смог устоять на месте: он то подходил к столу, то пересекал комнату до высоких окон, забранных тяжелыми портьерами, то возвращался к собеседникам, однако пока подходить слишком близко не пытался. — Столько лет дипломатических отношений, торговли, дружбы… Мы едва не породнились!