Опальная жена. Пекарня на краю севера - Александра Берг

– Приглянулся оберег, девица? – хриплый голос вырвал меня из задумчивости.

Я подняла голову и увидела женщину с морщинистым лицом, сидевшую за прилавком.

– Украшения очень красивые, – ответила я, аккуратно возвращая амулет на место. – Никогда не видела таких искусных работ.

Старуха прищурила выцветшие глаза, и медленно, изучающе обвела меня взглядом.

– А я тебя знаю, – вдруг произнесла она. – Ты вчера приехала на вороном коне.

– Отец оставил наследство, – проговорила я, невольно понизив голос. – Старый дом, тот, что стоит на северном холме.

Женщина вздрогнула и как-то вся сжалась.

– Нехорошее место, – прошептала она, отводя взгляд. – Люди говорят, что стены там помнят больше, чем следует.

Я лишь устало пожала плечами.

– Выбирать не приходится. Мне нужны деньги, и вот… – я показала чемодан.

Женщина прищурилась, и морщинки вокруг её глаз сложились в паутинку.

– Неплохая вещица, – протянула она с интонацией опытного торговца. – Кожа хоть и потрёпана, но добротная.

Она подняла глаза, и в них мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

– Человек, вижу, ты хороший, несмотря на то, что из про́клятого дома пришла, – она неожиданно улыбнулась, обнажив неровный ряд зубов. – Устраивайся рядом со мной. Места хватит на двоих, да и торговать так веселее.

Я кивнула и осторожно поставила чемодан на край прилавка, рядом с резными костяными фигурками. Он смотрелся неуместно среди всех этих оберегов и странных украшений – слишком современный, слишком… чужой. Впрочем, как и я сама.

– Благодарю, – сказала я, устраиваясь на низкой деревянной табуретке, которую старуха пододвинула в мою сторону.

Рыночная площадь постепенно наполнялась людьми. Они проходили мимо нашего прилавка, иногда бросая любопытные взгляды в мою сторону, но на чемодан никто даже не смотрел. Словно его не существовало.

Старуха нервно постукивала сухими пальцами по доскам прилавка, время от времени вздыхая и поглядывая на небо. Наконец, она наклонилась ко мне и прошептала:

– Не идёт торг. Нужна помощь свыше.

– Что вы имеете в виду?

– Надобно сходить в храм Пятерых, – прошептала она так тихо, что я едва уловила её слова сквозь утренний гомон рыночной площади. – Попросить Ткача помочь. Он благоволит торговцам, особенно если подношение правильное сделать.

– Может, просто подождём? – предложила я. – День только начался.

– Как знаешь. Но богами пренебрегать не стоит, иначе…

– Иначе?

– Иначе не приживёшься, – подытожила старуха, недовольно поджав губы.

“А может, она права?” – подумала я, невольно вздрогнув от собственной мысли.

Меня каким-то необъяснимым образом перебросило в другое тело, и глупо отрицать факт существования божественной силы.

То, что произошло со мной, не укладывается ни в какие рамки привычной логики.

И как только эта мысль оформилась, что-то изменилось в воздухе вокруг. Словно сам мир вздрогнул…

Я заметила его издалека – высокий, широкоплечий мужчина с огненно-рыжей бородой, искусно заплетённой в две косы. Он напомнил мне викинга из древних сказаний – сурового воина, которому только боевого топора не хватало для завершения образа.

Мужчина двигался через рыночную площадь. Толпа расступалась перед ним, как морские волны перед кораблём. Он шёл прямо к моему прилавку, и я внезапно осознала, что старуха исчезла. Не просто ушла, а именно растворилась в воздухе – вещи остались на месте, но её самой словно никогда и не было рядом.

Незнакомец остановился напротив, и я почувствовала исходящее от него тепло, будто рядом разожгли костёр.

– Продаёшь? – он кивнул на чемодан.

– Да.

– Сколько?

И тут я поняла, что не придумала цену. Совершенно не представляла, сколько мог стоить этот старый чемодан.

– Эм-м-м… – я лихорадочно пыталась придумать разумную сумму, чувствуя, как краска заливает лицо.

Мужчина негромко рассмеялся.

– Шесть серебряных устроит? – спросил он, доставая из кожаного кошеля на поясе монеты, тускло блеснувшие в лучах полуденного солнца.

Я кивнула, всё ещё пребывая в лёгком оцепенении. Судя по реакции окружающих меня торговцев, цену он предложил значительно выше, чем стоил этот потёртый чемодан…

Я и сама это прекрасно понимала! Но почему? Неужели я выглядела настолько жалко, что он решил проявить милосердие?

Однако довольно скоро туман в моей голове рассеялся, и я поняла истинную природу мужской щедрости. Это была не жалость, а элементарный психологический приём – закидывание удочки. Старая как мир тактика: хочешь расположить к себе человека – сделай что-то доброе, создай ощущение благодарности, и объект твоих манипуляций растечётся перед тобой покорной лужицей. Особенно если этот объект – растерянная девушка в сложной ситуации.

По крайней мере, именно так, судя по самоуверенной полуулыбке и оценивающему взгляду, думал мой покупатель. Так что я перестала краснеть и довольно решительно произнесла:

– Всё-таки это слишком много, – я протянула руку и взяла только две монеты. – Столько хватит.

– Ну как же? – широкая ладонь с оставшимися четырьмя монетами настойчиво протянулась в мою сторону. – Чемодан добротный, стоит всех шести, – уверенно заявил мужчина, пытаясь буквально впихнуть мне деньги. – Кожа хорошая, швы крепкие. Работа мастера. Бери, девочка, не обманывай себя.

Я покачала головой.

Внешне, может, я и выгляжу как двадцатилетняя дурочка, но вот душа принадлежит прожжённой опытом женщине. И именно она сейчас настойчиво кричит, что незнакомые мужчины не раздают деньги просто так. Слишком щедрая плата всегда подразумевает ответную услугу. Какую именно – лучше не выяснять.

– Благодарю, но двух монет более чем достаточно, – твёрдо ответила я.

Рыжебородый нахмурился. В его глазах мелькнуло… Разочарование? Раздражение?

– Как знаешь, – произнёс он, подхватывая чемодан. – Только потом не жалей. Такие возможности дважды не приходят. Судьба редко даёт второй шанс.

– Спасибо, за покупку, – произнесла я, старательно натягивая на лицо улыбку.

Рыжебородый сжал губы, но больше ничего не сказал. Он резко развернулся, и чемодан качнулся в его мощной руке, ударившись о бедро. На мгновение мне показалось, что внутри что-то звякнуло, хотя я точно знала – чемодан был пуст. Наверняка это просто игра воображения, порожденная нервным напряжением и гулом сотен голосов на рынке.

Я перевела дыхание и разжала кулак. Две серебряные монеты поблёскивали на моей ладони. Они были тяжелее, чем выглядели – с гладкими краями и каким-то неразборчивым тиснением, стёртым от времени и многочисленных прикосновений. Я провела большим пальцем по прохладной поверхности одной из них. Первые заработанные деньги. Первый шаг к выживанию.

– Правильно сделала,